Результат поиска по библиотеке для текста:
Почему потеребонькать клитор - это грех? А если хотя бы немножко?
Книга:`Откровенные рассказы странника духовному своему отцу`
Дед мой, подошедши ко мне и указывая на первую кучу, грозно сказал: „это что? Давите его!“ И вдруг земля со всех сторон начала так сильно сжимать и сдавливать меня, что я, не могши переносить боли, тоски и истомы, застонал и закричал: „помилуйте!“ Но мучение все продолжалось… Потом дед указал на другую кучу и также сказал: „а это что? Давите его сильнее!“ И я почувствовал такую сильную боль и тоску, что никакое мучение на сей земле не может с ним сравняться. Наконец, оный дед мой близко подвел ко мне ту лошаденку, которую я вчера украл, и крикнул: „а это что? Давите его как можно больнее!“ И меня так мучительно сдавило со всех сторон, что я не могу и пересказать, как было жестоко, страшно и истомно; точно как будто жилы из меня тянуло и с ужасною болью душило так, что невозможно было терпеть и надо было упасть без памяти, если бы сие мучение хотя немного продолжалось; но подведенная лошаденка брыкнула и задела меня в щеку, которую и рассекла. В тот миг, при сем ударе, я проснулся весь в ужасе и, трясясь, как расслабленный. Взглянул, а уж белый день и солнце всходит. Хватил за щеку, а из нее течет кровь, а те места, которые во сне были в земле, все как словно одеревенели и как мурашки по них ползают. В сем испуге я едва кое-как встал и пошел домой. Щека у меня долго болела, вот видишь, и теперь шрам, которого прежде не было. Итак, после сего видения часто стал нападать на меня страх и ужас, и как только вспомню ту муку, которая мне грезилась, то и начинается тоска и истома и так мучительно, что не знаю куда деваться… Что дальше, то сие стало представляться чаще и, наконец, я стал бояться людей и стыдиться, как будто все узнали бывшее мое плутовство. Потом от сей грусти я не мог ни пить, ни есть, ни спать и как тень шатался. Думал было идти в свой полк и во всем признаться: потерпевши наказание, авось Бог простил бы грех, но боялся и оробел, потому что прогонят сквозь строй. Итак, выходя из терпенья, хотел было удавиться. Но пришла мысль, что и так уж мне жить недолго и скоро умру, ибо вся сила пропала, то я и вздумал пойти проститься с родиной и там умереть. У меня на родине есть родной племянник, вот теперь туда и иду уже полгода, а все грусть и страх меня мучает… Как ты думаешь, добрый человек, что мне делать? Ведь уж терпения моего не хватает!..»
Найти книгу...
link
link
link
link
link
link
link
link
link
link
Книга:`Откровенные рассказы странника духовному своему отцу`Наконец, оный дед мой близко подвел ко мне ту лошаденку, которую я вчера украл, и крикнул: „а это что? Давите его как можно больнее!“ И меня так мучительно сдавило со всех сторон, что я могу и пересказать, как было жестоко, страшно и истомно; точно как будто жилы из меня тянуло и с ужасною болью душило так, что невозможно было терпеть надо было упасть без памяти, если бы сие Книга:`Откровенные рассказы странника духовному своему отцу`Наконец, оный дед мой близко подвел ко мне ту лошаденку, которую я вчера украл, крикнул: „а это что? Давите его как можно больнее!“ И меня так мучительно сдавило со всех сторон, что я не могу и пересказать, как было жестоко, страшно и истомно; точно как будто жилы из меня тянуло и с ужасною болью душило так, что невозможно было терпеть и надо было упасть без памяти, если сие Книга:`Откровенные рассказы странника духовному своему отцу`Наконец, оный дед мой близко подвел мне ту лошаденку, которую я вчера украл, и крикнул: „а это что? Давите его как можно больнее!“ меня так мучительно сдавило со всех сторон, что я не могу пересказать, как было жестоко, страшно истомно; точно как будто жилы меня тянуло с ужасною болью душило так, что невозможно было терпеть и надо было упасть без памяти, если бы сие
Сообщить администратору (пожаловаться на страницу)