Цветослов советов
Когда спустя пять лет после кончины отца Порфирия я приехал, чтобы помолиться на его могилке, то его останков в ней уже не было. Монахи из его кельи сказали мне, что они ночью, никого об этом не известив, выкопали и скрыли его мощи. Теперь никто не знает, где они находятся. Таково было завещание отца Порфирия: он не хотел, чтобы к его мощам началось паломничество.
Хотите еще ближе прикоснуться к духоносному образу Старца? Почитайте нижеследующие достоверные свидетельства его святости, выбранные мной из нескольких книг о нем.
Один из духовных детей Старца пишет: «Неоднократно отец Порфирий рассказывал мне один необыкновенный, поразительный случай, произошедший с ним незадолго до того, как он покинул Святую Гору. В то время он подвизался в скиту Кавсокаливия. Однажды отец Иоанникий, Старец кельи и земляк отца Порфирия, отправил его собирать улиток, которые служат для подвижников праздничной постной пищей [9]. Эти улитки живут в основном в скалах и на обрывистых склонах горных ущелий. Молодой еще тогда отец Порфирий, чтобы порадовать своего Старца, доверху наполнил свой мешок улитками, для чего ему пришлось вскарабкаться наверх по одному очень опасному, скалистому, почти неприступному склону. На обратном пути в скит он пересек русло реки, к которой спускалась каменистая осыпь. Когда отец Порфирий немного поднялся вверх по склону, камни у него под ногами неожиданно стали осыпаться и уже грозили увлечь его за собой. Находясь в таком безвыходном положении, к тому же начало смеркаться, он воскликнул: «Пресвятая Дева!» «И я не понял, что в тот момент произошло, — рассказывал нам Старец, — но какая‑то сила выхватила меня из этой осыпи и в мгновение ока перенесла на противоположный берег ущелья. Придя в себя, я увидел, что стою на высокой скале, рядом с которой проходит тропинка, ведущая в скит»».
«Об отце Порфирии мы впервые услышали от тогда еще мирянина и аспиранта Фракийского университета, а теперь уже священника и преподавателя физики того же университета, отца Георгия Анагностопулоса. Четвертого октября 1980 года мы приехали к Старцу в Оропос, где он жил в очень скромной келье из бетонных блоков. Я и моя жена разговаривали с ним около часа. Нас поразило следующее: прежде чем мы успевали рассказать отцу Порфирию о какой‑либо из наших трудностей, он уже приводил нам примеры точно таких же случаев из жизни других людей. Таким образом, он разрешил все наши недоумения, хотя мы практически ни о чем его не спрашивали.
Когда мы поднялись, чтобы уходить, святой Старец с тихой, радостной, ласковой отеческой улыбкой взял моего мужа за руку точно в том месте, где она болела, хотя мы ни слова не говорили ему о болезни. Да и не собирались говорить, поскольку курс лечения проходил под наблюдением нашего доктора. У мужа было воспаление локтевого сустава. Ему кололи кортизон, и он принимал сильные противовоспалительные препараты. Когда отец Порфирий взял его за локоть, на какие‑то секунды мой муж почувствовал некую теплоту, пронизывающую все его тело, кроме того, его стало немного мутить, как от морской болезни, но очень скоро все это прошло, и он почувствовал, что боли в руке неожиданно совсем прекратились. Мой супруг не смог сдержаться и со слезами на глазах сказал Старцу: «Геронда, и это Вам было открыто». Естественно, после этого мой супруг выбросил все таблетки и больше с этой проблемой к врачу не ходил».
«Одна женщина впервые пришла к отцу Порфирию, чтобы посоветоваться относительно серьезной семейной проблемы. Она хотела, чтобы и ее муж, и дети услышали, что ей скажет Старец, поэтому положила в свою сумочку небольшой магнитофон, чтобы записать на пленку их беседу. Приехав к отцу Порфирию, она увидела, что у него уже много народа, встала в сторонку и стала ждать своей очереди. Скоро она услышала из толпы впереди стоящих людей голоса: «Старец велел, чтобы сейчас к нему зашла женщина с магнитофоном». Она совершенно растерялась, ведь никто кроме нее не знал, что у нее в сумочке находится магнитофон. Отцу Порфирию было открыто все».
После кончины Старца многие его духовные дети стали писать о нем статьи в самых разных периодических изданиях и издавать очень хорошие книги. В них они рассказывали о своих собственных встречах с отцом Порфирием, приводили случаи из жизни других людей, как клириков, так и мирян, близко знавших Старца. В жизни многих и многих людей отец Порфирий сыграл очень важную роль. Эти книги православные люди полюбили настолько, что некоторые из них выдержали по нескольку изданий. Различные рассказы о Старце, беседы с ним, его советы и разъяснения сложных вопросов, удивительные воспоминания о нем его чад, слова признательности — таково было их содержание. Эти книги оказали мне неоценимую духовную помощь, они еще больше разожгли в моем сердце любовь к отцу Порфирию и желание почаще бывать рядом с ним.
Но прекрасные наставления, поучения и примеры из личного опыта Старца, дающие нам правильные ориентиры в жизни, были рассеяны по многим книгам, и мне представилось, что было бы лучше собрать их вместе, расположить по темам и опубликовать в одном сборнике, который, таким образом, включил бы в себя все книги об отце Порфирии. К этой работе я мог приступить, естественно, только получив на это благословение основанного Старцем исихастириона. Благословение было получено, и теперь я могу представить вашему вниманию эту книгу, которая представляет собой тематическое собрание наставлений отца Порфирия.При чтении книг о Старце меня особо поразило в нем — и это нашло отражение в моем сборнике — следующее:— Безграничная любовь отца Порфирия к людям. Он принимал и утешал всех: православных, католиков, протестантов, неверующих, индуистов, рабочих и ученых, людей, часто измученных и запутавшихся в этой жизни. Он не видел, не хотел видеть их недостатки и говорить о них. «Возлюбите Христа, — говорил он, — и все то, что вас угнетает и губит, греховные помыслы, все то, что уводит в сторону, — все это уйдет. Благодать Христова дарует вам исцеление. Это как свет. Когда свет приходит, тогда тьма отступает».— Одной из главных добродетелей Старца было смиренномудрие. Смирением было пронизано все — его всегда сияющее радостью лицо, все его движения, келья, в которой он жил, его пища. Один человек спросил отца Порфирия: «Геронда, у Вас нет искушения высокомудрием, ведь сюда приезжает столько людей, и все стремятся встретиться с Вами?» И Старец ответил: «Представь себе, что игумен послал меня в магазин купить для монастыря лукум и дал мне 100 драхм. Разве это мои деньги, чтобы я ими гордился?»— Отец Порфирий обладал даром непрестанной молитвы. Он мог, пребывая телом на одном месте, посещать своих духовных чад как в Греции, так и за границей, благодаря своему дару прозорливости видеть, что они делают, что их волнует, какие у них трудности, и как отец мог наставлять их или во сне, или когда неожиданно звонил им по телефону.— Меня также всегда поражало то, что Старец безгранично уважал свободу человека. Он никого ни к чему не принуждал, не собирал себе поклонников, которые бы постоянно его окружали. Отец Порфирий к любому относился как к личности, как бы низко человек ни пал. Он чувствовал, что он тоже один из грешников, и не отделял себя от них. Поэтому всех, кто к нему приходил, он окружал искренней любовью, никого не отчитывал, не делал замечаний, никогда не держался с высокомерием. Даже тех, кто часто любил с ним поспорить, он принимал с безграничной любовью и по–дружески пытался им помочь.— Особое внимание я обратил на медицинские познания отца Порфирия. Когда он был настоятелем храма при центральной поликлинике Афин, некоторые врачи, сталкиваясь с тяжелыми случаями, приглашали его в кабинет, и он ставил точный медицинский диагноз, при этом говоря правильным медицинским языком, что приводило в изумление весь больничный персонал.