И конечно, на таком фоне, когда весь народ жаждет только внешнего чуда, истинная благодать уходит, она от людей прячется, потому что человек не воспринимает самых простых духовных вещей. Вот взять детей. Им говорят: поел — вымой за собой тарелку. Любому же понятно, что так и надо делать. И человек это понимает, и сделать это не трудно — но все равно не делает. А если этому человеку действительно воля Божия откроется? Поэтому Господь и заповедал: не мечите бисер перед свиньями. Потому что эти свиньи оборотятся и вас же и затопчут. Вот потому Господь и скрыл от нас святых, что мы все превратились в свиней, в тех самых, о которых вчера в Евангелии читали. Потому что душа наша полна всякой нечистоты, всяких беснований, всяких страстей греховных. Наша участь — только с крутизны и в море, если мы не обратимся и из свиней не начнем постепенно превращаться в людей. Вот такая перед нами поставлена духовная задача. Поэтому надо нам к этому стремиться по милости Божией. Аминь.
Крестовоздвиженский храм, 13 ноября 1989 года
Суббота седмицы 22-й по Пятидесятнице
Сегодняшнее Евангелие повествует нам о том, как Господь послал Своих учеников на проповедь. Они еще не были во всей полноте апостолами, но Господь уже дал им благодать Божию, чтобы проповедовать Царствие Божие, исцелять больных и бесноватых, и они разошлись во все концы Палестины, прошли по ее городам и весям. Господь велел им не брать с собой ничего: ни посоха, ни сумки, ни хлеба, ни денег, даже по две одежды не брать в запас. Так Он приучал их всю надежду полагать на Бога: «трудящийся достоин пропитания», поэтому ни о чем не беспокойтесь, идите с Богом. И они поверили Ему, пошли, и, когда вернулись, Он их спрашивал: имели ли вы в чем-то нужду? Нет, не имели. И все последующие христиане православные, которые обратились от проповеди апостолов и их учеников, все, кому удавалось свою надежду на Бога возложить, никогда ни в чем нужды не имели. Всегда Господь их сохранял, лишь бы они были Ему верны.
И вот ученики ходили, исцеляли больных, очищали прокаженных, даже мертвых воскрешали, проповедовали о том, что Царствие Божие приблизилось, что пришел в мир Спаситель. Вся обстановка окружающей жизни была им крайне враждебна, слово их не принималось, поэтому единственное, чем они могли сокрушить сердца людей, было добро. Потому Господь им и заповедал исцелять больных: ведь когда человек страждет, ему не до греха, а если к нему с добром, да еще помочь исцелиться от болезни, то он лучше расположен слышать. Поэтому по заповеди Божией апостолы с любовью относились ко всем страждущим — и проповедь любви, милосердия, добра постепенно сокрушила весь мир. Чего только иудеи и язычники с христианами ни делали! Первый христианин — это Сам Христос. Его распяли. И всем апостолам пришлось и в тюрьме посидеть, и в ссылках побывать, и все они, кроме Иоанна Богослова, кончили жизнь насильственной смертью. Потом пошли мученики — десятки, сотни тысяч мучеников за веру пострадали. Уж как христиан ни искореняли: и ловили, и сажали, и били, и травили — уничтожали всячески, на корню, как говорится, и ничего не удалось, добро, любовь все равно победили. И после трехсот лет такой проповеди — проповеди добра, любви, проповеди делом — Римская империя склонилась, пала к ногам Христа. Первые христиане не все имели дар исцелений, какой Господь дал апостолам, но дар любви имели все. Из Деяний апостолов мы знаем, что люди говорили: посмотрите, как они любят друг друга. Действительно, между христианами была такая любовь, что она обращала к себе всех, даже мучителей. Палачами обычно бывали воины, римские солдаты. И вот они начинали мучить какую-нибудь девушку христианскую, думали: сейчас мы ее быстренько сломаем. И пытались и так, и так: и жгли, и били, и голодом морили — ну никак не сдается. И смотрят: в глазах ее нет к ним ни злобы, ни ненависти, ни гнева — ничего. Только терпение, кротость и смирение. И эти кротость, смирение и любовь обращали мучителей к Богу. Они думали: что же мы делаем, за что же мы такого хорошего человека истязаем? И даже упрашивали: нет уже сил тебя пытать, отрекись ты ради Бога. Веруй себе там в душе, только исполни то, что положено, и мы тебя отпустим. Некоторых мучеников даже соблазняли: мы тебе должность хорошую дадим, денег, дочь замуж за тебя отдадим, вылечим тебя, только давай кончим это дело скорей. Нет, не могут никак отречься от Христа. И это смирение, с которым мученики принимали страдания, обращало к вере. Многие палачи тут же вставали рядом и говорили: не будем их больше мучить, и нас казните, и мы хотим быть христианами. Их сразу же убивали, и они крестились в собственной крови.