Святитель Димитрий Ростовский
РОСА УТЕШЕНИЯ СТРАННИКОВ
«Утешения не имамы, разве Тебе, Владычице миру» (Тропарь на молебне).
Чудо 3 в 1667 году
Некая женщина из Мозирского уезда, по имени Вера, целый год была парализована. Будучи немой, имела она и иссохшую руку. Дойдя до Ильинского монастыря, в субботу, в канун Сошествия Святого Духа, во время пения Акафиста пред чудотворной иконой Пресвятой Богородицы, та женщина получила исцеление. Вначале сухой и неподвижной рукой начала двигать, показывая всем, простерла руку свою — и та сделалась целой, как другая. Затем, во время литургии, на «Достойно есть», немым языком она заговорила — и закричала, благодаря Преблагословенную Деву за внезапное исцеление.
Беседа
Окружаемая печалями от нищеты, вдовства и бесчадия, Ноеминь говорила: «Не называйте меня Ноеминью» (то есть красивой), «а называйте меня Марою» (то есть горькой), «потому что Вседержитель послал мне великую горесть» (Руфь. 1, 20). Впрочем, в стольких печалях имела она немалую отраду от Руфи, снохи своей, которая не оставила ее, но привязалась к ней таковою любовью: «Куда ты пойдешь, туда и я пойду, и где ты жить будешь, там и я буду жить; народ твой будет моим народом, и твой Бог — моим Богом; и где ты умрешь, там и я умру и погребена буду; смерть одна разлучит меня с тобою» (Руфь. 1, 16-17). Не меньшие и нас окружают печали, снаружи и внутри. На внешнего человека находят болезни: то расслабление тела, то немота языка, то усыхание рук — как на ту женщину. Внутренний же человек расслабляется грехами: он нем и безъязычен, когда не хочет исповедовать беззакония свои, и, как отсохшую руку, имеет волю, не желающую благого намерения приводить в исполнение. Но во всех этих бедах есть у нас великая отрада — Пресвятая Богородица, если имеем к Ней веру несомненную, надежду дерзновенную и союз любви. Ноеминь, лишенную мужа и детей, кто смог бы утешить в горькой печали? Руфь смогла. Но что в Руфи было утешительного, способного к освобождению от печали, когда она была такой же нищей, сирой, и вдовицей? То, что она стала прообразом Марии, Матери Христовой, ибо и она была одной из праматерей Его: «Вооз родил Овида от Руфи; Овид родил Иессея; Иессей родил Давида царя» (Мф. 1, 5—6), который был праотцем Христа по плоти. Это и утешало Ноеминь в печали. Ибо, когда она видела Руфь, радовалось сердце ее, тайно из-вещаясь, что от ее плода произрастет радость всей вселенной — Иисус, Сын Марии. И если только тень Марии могла претворить печали в радость, то тем более Сама Мария, Мать всякого утешения, утешит нас во всякой нашей скорби, внутреннего и внешнего человека уврачует! Только прибегнем к Ней верою и привяжемся такой же любовью, как Руфь к Ноемини, — да неразлучны будем с Нею во все дни жизни нашей. О, Госпожа, будь с нами во все дни до скончания века!