ЖИЗНЬ И УЧЕНИЕ СТАРЦЕВ ПУТЬ К СОВЕРШЕННОЙ ЖИЗНИ
Важным дополнением к учению св. Григория об исихии является разговор его с Максимом Святогорцем об умной молитве. Афонский патерик в житии св. Максима рассказывает: «Когда св. Григорий Синаит встретился со св. Максимом, он спросил Максима: «Я прошу тебя, мой высокопреподобный отец, поведай мне об умной молитве, совершаешь ли ты ее?» Максим, устремив глаза долу, ответил: «Я не хочу скрыть от тебя, высокопреподобный отец, чудо, которое совершилось со мной с помощью Пресвятой Богородицы. От юности я имел живую веру в мою Госпожу Пресвятую Богородицу и не переставал со слезами умолять Ее о даровании благодати духовной молитвы. Однажды, как всегда, я пришел в церковь и молился Ей с безграничной теплотой моего сердца. Когда я, исполненный любви, поцеловал Ее святую икону,
387
Тогда пнгмдппо ощутил я и моем сердце нгобыкноиешюе тгнло и огонь, ж Шгдпшг от святой иконы, но не опаляшпиг, а освг жаишие меня. В нто мгнонг • нир, мой отец, начало мое сердце из своих глубин произносить молитну, и мои ум через нос поминание о Господе Иисусе Христе и моей Заступнице I 1ре снятой Богородице получил новую силу. И до сих пор мое сердце не теряет втого воспоминания. И с того часа, прости меня, не прекращается молитна в моем сердце». Тогда сказал св. Григорий: «Скажи мне, преподобный отгц, когда ты творишь Иисусову молитву, видел ли ты какие‑нибудь Божестнгп Ные явления, которые можно считать плодами Святого Духа? Св. Максим ответил: «Так, мой отец, и поэтому я удалился в уединенные места и лт(>ил молиться в совершенной тишине, чтобы получить больше плодов Святого Духа».
Тогда спросил св. Григорий: «Я прошу тебя, отец, скажи мне, имеешь ли теперь и всегда то, о чем ты мне рассказываешь?» Потупив глаза, отнетил Максим: «Не требуй от меня, чтобы я говорил о даваемых мне откровениях», Тогда сказал св. Григорий: «О, дай тебе Бог всегда иметь такие утешения, преподобный отец! Я прошу тебя все же, поведай мне: когда твой ум восходит к Богу, что видишь ты своими духовными очами? И может ли твой ум вместе с сердцем подняться ввысь?» Св. Максим ответил: «Нет, этого он не можп Когда благодать Святого Духа через молитву нисходит на людей, молитна прекращается, ибо ум подчиняется Святому Духу и не может более действовать своими собственными силами, он бездействен, и Святой Дух ведет по туда, куда хочет: или в нематериальную атмосферу Божественного Света, или к какому‑либо неизреченному видению, или к беседе с Богом. Короче говори, как Утешитель, Святой Дух как хочет, так утешает Своих рабов; в какой благодати каждый нуждается, ту дарит Он ему.
То, о чем я сейчас говорю, каждый может найти у пророков и апостолов; люди часто думали, что те впали в прелесть, но люди ошибались. Так, св. про рок Исайя видел Господа, сидящего на высоком Престоле, окруженном Серафимами. Первомученик Стефан видел отверстое небо и Господа Иисусп одесную Отца. Так и теперь рабы Христовы удостаиваются иногда видении, хотя другие этому не верят. Я часто удивляюсь и не понимаю, что это за люди и почему они так слепы, почему они не видят и не верят тому, о чем Истинный Бог устами пророка Иоиля сказал: Палию от Духа Моего на всякую плоти, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши (Иоил. 2. 28). Это тя благодать, которую Господь послал Своим ученикам, которую Он и сегодня дарует и вечно будет давать, как обещал.
Если благодать Святого Духа сходит на кого‑либо, она показывает ему иг обыкновенные предметы этого чувственного мира, но то, чего он никогда иг видел и что превосходит всякое представление. Так научает Святой Дух дух человеческий высшим и скрытым тайнам, о которых божественный I law*л говорит: Не видел того глаз, не слышало ухо и не приходило то на сердце человеку (1 Кор. 2. 9).
И чтобы ты лучше понял, как наш ум постигает тайны, подумай о таком сравнении: если воск держать далеко от огня, то он остается твердым, и ты можешь к нему прикоснуться и взять, но если бросить его в огонь, он тотчас растает, воспламенится и сгорит, превратившись в свет. Так и человеческий
388дух: пока он одинок и не нашел Бога, он постигает то, что его окружает, обычными своими силами; когда же он приблизится к Огню Божества и Святого Духа, то полностью захватывается этим Огнем, сам становится светом, сгорает в пламени Святого Духа, входит в Божественную мысль и не может более проявить свои собственные мысли и волю».Тогда спросил Григорий: «Мой отец, а бывает ли что‑либо другое похожее, но являющееся искушением?» Великий Максим ответил: «Конечно, бывает, но каждое имеет свои собственные признаки: искушение — одни, благодать — другие. Когда злой дух искушения войдет в человека, он омрачает его, приводит в ярость и возбуждение, покрывает тьмою его сердце, делает его сомневающимся и полным страха или, наоборот, гордости. Взгляд его нетверд, мозг неспокоен; все тело приходит в дрожь. Дьявол показывает ему свет, но свет обманчивый: он не чист, а окрашен в красный цвет, повергает его дух в безрассудство и заставляет его уста произносить непристойные слова. Те, кого постигнет подобное искушение, становятся злыми и гневными, не знают кротости, совершенно не знают об истинном плаче и слезах, но хвастаются своими качествами, болтают о них без всякого страха Божия, и, наконец, дух их падает в совершенный мрак и идет в гроб и землю. Да сохранит Господь через твою молитву, преподобный отец, нас от подобных искушений.Признаки благодати следующие. Если человек получил благодать Святого Духа, то его собственный дух становится собранным и кротким, он постоянно помнит о своих грехах и смерти и о будущем суде и вечных мучениях, умиляется душою и плачет, и чем ближе благодать становится к человеку, тем более исполняется его душа мира и утешения через святые страдания Господа нашего Иисуса Христа и Его безграничную любовь к людям. Дух ведет человека к высочайшему зрению: во–первых, это созерцание неизреченной силы Божией, того, как Он Словом все сотворил из ничего; во–вторых, как Он той же силою все содержит, всем управляет и все определяет; в–третьих, человек созерцает непостижимую Пресвятую Троицу и неисследимые глубины Божественного Существа. При этом человеческий дух умиляется и просветляется Божественным Светом, сердце становится спокойным, Святой Дух изливает на него все Свои дары: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание (ср. Гал. 5. 22)».Потрясенный и полный изумления, св. Григорий запомнил слова св. Максима и назвал его земным Ангелом.Православные монахи усердно переписывали сочинение св. Григория и перевели его с греческого на славянский язык. Мистики XIV‑XV вв., такие, например, как Каллист, патриарх Константинопольский, и его друг Игнатий, оба называемые Ксанфопулами, затем Каллист Катафигиотис, Симеон, архиепископ Фессалоникийский, монах Никифор, Филофей, патриарх Константинопольский, — развили мистические взгляды Григория и придали духовной молитве особое значение. Но затем наступило время, когда Григорий и его сторонники были забыты.Во 2–й половине XVIII н. происходит возрождение исихастской мистики. 1 1ский греческий монахе Афона — НикодимСнятогорец (1748—1808) углубился в старые писания аекгтон и мистиком Восточной Цгркии, которые он