Популярная психология для родителей
Под влиянием прошлого опыта, истории развития личности человека в его сознании могут появляться так называемые сверхценные идеи. Ими могут быть представления о том или ином человеческом качестве как наиболее ценном, необходимом, помогающем в жизни. В этих случаях родитель строит свое воспитание так, чтобы ребенок был обязательно наделен этим «особо ценным» качеством. Например, родители уверены в том, что их сын или дочь должны обязательно быть добрыми, эрудированными или смелыми.
В тех случаях, когда ценности родителей начинают вступать в противоречие либо с возрастными особенностями развития ребенка, либо с присущими ему индивидуальными особенностями, проблема независимости становится особенно очевидной.
Типичным и ярким примером может служить ситуация, когда увлечение спортом приводит к тому, что супруги строят планы о совместных семейных походах, катании на яхтах, занятиях горными лыжами, не замечая, что в их мечтах о будущем ребенке им видится все–таки мальчик… Рождается девочка. Но воспитание строится по заранее запрограммированному сверхценному образцу. Подчеркнутый мужской стиль одежды, обилие, несколько излишнее для девочки, спортивных упражнений, скептическое, насмешливое отношение к играм с куклами и даже шутливое, вроде бы ласковое прозвище Сорванец — тоже мужского рода. Все это может привести к отрицательным последствиям в психическом развитии и даже вызвать тяжелое заболевание у ребенка. Здесь двойная опасность. Во–первых, у девочки могут сформироваться черты противоположного пола, препятствующие правильной и своевременной половой идентификации, иными словами, может быть искажено осознание себя как будущей женщины. Во–вторых, навязывая ребенку не присущие ему самому качества, родители как будто убеждают его в том, что такой, какой он есть, ребенок не нужен, подчеркивают свое непринятие. А это самый неприемлемый, самый опасный для психического здоровья ребенка стиль отношения к нему.
Приходится встречаться и с другим типом реализации сверхценных идеалов воспитания. Вспоминается такой случай. В психологическую консультацию обратилась мама десятилетнего мальчика с жалобами на увеличивающееся заикание, которое возникло у сына впервые в пятилетием возрасте. На занятиях с ребенком в игровой группе было обнаружено, что заикание — хотя и наиболее заметное, но частное, речевое, проявление более общей особенности ребенка. У него сформировалась привычка к задержке любой ответной реакции. Оказалось, что действенный или речевой ответ на любой вопрос или поведение партнеров по игре мальчик давал после продолжительной паузы. Сомнений в трудности понимания вопроса или ситуации не было. Мальчик прекрасно учился, играл на скрипке, много читал, справлялся со всеми тестами на сообразительность. И все же в общении любой ответственный сигнал сопровождался задержкой. Постепенно выяснилось, что причина кроется в том, как мама реализовывала сознательно принятые, особо значимые для нее цели воспитания. Она исходила из достаточно привлекательных с точки зрения нравственности принципов о всеобщей доброте, всепрощении, невозможности причинить боль, о «непротивлении злу». С первых же дней жизни подобные принципы, которые для ребенка оборачивались всевозможными ограничениями его активности, сопровождали каждый шаг, каждое действие малыша. Было невозможно случайно обломать ветку — ведь она тоже чувствует, наступить на букашку — это означает причинить боль, разбить стакан — это же творение чьих–то добрых рук. Ну а когда пришло время ребячьим стычкам и дракам, мама усилила свое воздействие. Раз и навсегда был наложен запрет на ответный шлепок, толчок или удар. Если у тебя взяли игрушку — отдай, толкнули — ни в коем случае не отвечай тем же, не приняли в игру — отойди. Так с самого раннего возраста, с «азов общения», мальчик был вынужден — а он очень любил маму, верил ей — сдерживать первую, непосредственную реакцию и лишь потом, после задержки и оттормаживания, проявлять ответную реакцию в соответствии с внушенными требованиями. Так возникла эта особенность поведения, а затем зафиксировалась, стала основной причиной заикания.
В этом примере нарушение поведения возникло как следствие реализации сверхценных родительских требований без учета особенностей этапа развития, возрастных возможностей ребенка.
Как видно из приведенных примеров, предоставление ребенку той или иной меры независимости, более короткая или длинная дистанция определяются теми мотивами, которые побуждают и «осмысливают» воспитание.
Оказалось, что, если единственным или основным мотивом воспитания является потребность эмоционального контакта, или потребность достижения, или потребность смысла жизни, воспитание проводится на укороченной дистанции и ребенок ограничивается в своей самостоятельности. При реализации определенной системы воспитания, когда мотив воспитания как бы отодвигается от ребенка, дистанция может быть любой, это определяется уже не столько личностными установками родителей или особенностями детей, сколько рекомендациями избранной системы. Но проблема независимости отчетливо проявляется и здесь. Она выглядит как проблема несвободы ребенка в проявлении присущих ему индивидуальных качеств. Подобно этому регулирующие воспитание сверхценные мотивы родителей ограничивают свободу развития присущих ребенку задатков, усложняют развитие, нарушая его гармонию, а иногда и искажая его ход.
Цели воспитания. Будущие родители, конечно же, задумываются о том, как лучше сформулировать для самих себя цели работы по воспитанию своего ребенка…Ответ так же прост, как и сложен: цель и мотив воспитания ребенка — это счастливая, полноценная, творческая, полезная людям жизнь этого ребенка. На созидание такой жизни и должно быть направлено семейное воспитание. Ведь нет ничего естественнее, чем воспитание собственного ребенка! Когда юная мать дает первый раз ребенку грудь, она не просто его кормит, она дает ему первый жизненный урок. И это ей сладко, как потом будет сладко высаживать сына на горшок, учить пользоваться ложкой, переходить улицу и т. д. В каждом из нас изначально есть педагогическая жилка. Она дана нам как голос, как слух, как способность мыслить. Она основа человеческого контакта, контакта универсального, все время передающего знания, опыт, мудрость, доброту… Без нее человечество не выжило бы. «В воспитании детей есть естественность протянутой на помощь руки, так освободите из плена эту естественность!» — эти слова произносит первого сентября, обращаясь к учителям, мудрая бабушка — опытнейший педагог — из повести Г. Щербаковой. Но эти же слова могут быть адресованы и нам, родителям: «Воспитание — это протянутая рука, побуждение шагать вперед без страха, потому что вы рядом. А это так естественно учить шагать… Ничего не надо в себе ломать, не надо искать в помощь костыли и инструкции, надо просто следовать самому себе. Жить естественно и естественно отдаваться своей воспитательной работе. Без жертвенности, без мук…».Следовать самому себе… «Как же так, — спросят читатели, — говорим о воспитании ребенка, а оказывается, думать надо о самовоспитании?» Да, именно так. Многими психологическими исследованиями доказано, что успешность воспитания стоит в прямой зависимости от личностного развития, от гармонии или дисгармонии душевного мира взрослого. Некоторые авторы пытались проследить, как связаны черты характера родителей с чертами характера ребенка. Они полагали, что особенности характера или поведения родителей прямо проецируются на поведение ребенка. Думали, что если мать проявляет склонность к тоске, подавленности, то и у ее детей будут заметны такие же особенности. При более пристальном изучении этого вопроса все оказалось значительно сложнее. Связь личности родителей и воспитанных особенностей поведения ребенка не столь непосредственна. Многое зависнет от типа нервной системы ребенка, от условий жизни семьи. Теперь психологам понятно, что одна и та же доминирующая черта личности или поведения родителя способна в зависимости от разных условий вызвать и самые разные формы реагирования, а в дальнейшем и устойчивого поведения ребенка. Например, резкая, вспыльчивая, деспотичная мать может вызвать в своем ребенке как аналогичные черты — грубость, несдержанность, так и прямо противоположные, а именно подавленность, робость.Мы уже обсуждали вопрос о связи мотивов воспитания с тем, какая степень самостоятельности предоставляется ребенку. Связь воспитания с другими видами деятельности, подчинение воспитания тем или иным мотивам, а также место воспитания в целостной личности человека — все это и придает воспитанию каждого родителя особый, неповторимый, индивидуальный характер.Именно поэтому будущим родителям, которые хотели бы воспитывать своего ребенка не стихийно, а сознательно, необходимо начать анализ воспитания своего ребенка с анализа самих себя, с анализа особенностей своей собственной личности.Гармония душевного мира. Будущие родители могут задать себе вопрос: какой характер человека, какие склонности, какие особенности поведения наиболее необходимы для правильного воспитания ребенка? Кто может быть успешным родителем? По–видимому, успешность воспитания не зависит от какого–то определенного набора личностных черт. «Мамы всякие нужны, мамы всякие важны» — эти известные строчки могут быть осмыслены как признание того факта, что успешность воспитания не определяется наличием каких–то особых, необходимых для родительской роли черт личности.Психологические исследования показывают, что наиболее успешно справляются с воспитанием люди, которых определяет некая гармоничность душевного мира, его открытость, способность к изменениям, способность к анализу. Для воспитания ребенка наиболее приспособлены так называемые самоактуализированные, гармонично развитые личности. В чем же секрет личностной гармонии, каков путь ее обретения? Почему гармоничная личность способна наиболее успешно выполнять функции воспитания ребенка?