Пять путей к сердцу ребенка
Деннис и Бренда ничего не могли понять. С их восьмилетним сыном творилось что‑то странное. Бен всегда был умницей, учеба давалась ему без труда. А в этом году его словно подменили. Он отставал по всем предметам. С домашними заданиями Бен еще кое‑как справлялся; в классе у него не получалось ничего. Он не отходил от учительского стола, по десять раз переспрашивал одно и то же. Он словно разучился работать самостоятельно, учительнице приходилось объяснять ему каждый шаг. Сперва родители думали, что мальчик стал хуже слышать. Его осмотрел врач — все в порядке. Школьный психолог тоже не нашел отклонений: развитие Бена соответствовало возрасту.
Родителей беспокоило и поведение сына. Он очень изменился, стал назойлив, на переменах не отходил от учительницы. В столовой ему во что бы то ни стало нужно было сесть рядом с ней. Он расталкивал одноклассников, доходило и до драки. Стоило учительнице появиться на школьном дворе, Бен тут же бросал товарищей и, подбежав к ней, повисал у нее на рукаве.
Несколько раз родители встречались с учительницей. Вместе они пытались разобраться, в чем дело, почему прежде самостоятельный мальчик вдруг начал липнуть ко взрослым. Ответа не было. Родители просто за голову хватались. Бен постоянно ругался со старшей сестрой, а ведь раньше ссоры были редкостью. Конечно, в его возрасте конфликты с братьями и сестрами — дело обычное. Однако это не утешало родителей. Что, если их ребенок стал «трудным» и впереди их ждут серьезные проблемы?
Мы познакомились на семинаре в небольшом городке штата Висконсин. Деннис и Бренда подошли ко мне перед началом беседы.
— Доктор Чепмен, — сказала Бренда. — Я понимаю: это семинар по браку, и, наверное, наш вопрос неуместен. Но мы так волнуемся из‑за сына… Может, вы нам что‑то посоветуете.
И они рассказали, что происходит с Беном.
Я тут же уточнил, не изменился ли за последнее время ритм их жизни. Деннис — коммивояжер, обычно возвращается домой от шести и до половины восьмого, однако, бывает, задерживается допоздна. Вечером он сидит над бумагами или смотрит телевизор. Раньше по выходным они с Беном ходили на футбол, а в этом году «работы — выше головы, не до того».
— А вы, Бренда? — спросил я. — Ваше расписание не изменилось?— Изменилось, — ответила она. — Последние три года я работала на полставки. В этом году решила перейти на полный рабочий день, поэтому домой я теперь возвращаюсь позже. За Беном присматривают мои родители. Дедушка забирает его из школы и отводит к ним домой. После работы я захожу за сыном. Если Деннис задерживается, мы, бывает, и ужинаем у родителей.Понемногу я начал понимать, что стряслось с Беном. Однако время поджимало, пора было приступать к семинару. И я предложил:— Вернемся к этому разговору позже. На занятии речь у нас пойдет об отношениях между супругами. А вы попытайтесь спроецировать те же принципы на отношения с сыном. После семинара скажете, к какому выводу пришли.Деннис и Бренда отправились на свои места, не скрывая разочарования: они‑то рассчитывали получить совет.Семинар закончился к вечеру, народ понемногу расходился, и тут я заметил своих утренних собеседников. Спеша поделиться открытием, Деннис и Бренда пробирались ко мне сквозь толпу.— Доктор Чепмен! — Бренда улыбалась. — Кажется, мы поняли, что с Беном. Когда вы заговорили о «языках любви», нам тут же стало ясно: его «родной язык» — время. А мы так невнимательны к нему! Последние полгода и я, и муж заняты только собой.