Евергетин
2. Сказал старец: «Как почерневшее олово можно отчистить, так и верующие хотя и чернеют от грехов, но вновь очищаются покаянием. Поэтому веру можно также уподобить и олову».
7. Из святого Ефрема
Заметь, брат, как много разных способов у врага бороться с подвизающимися. До того, как грех совершен, враг представляет его ничтожным. Особенно похоть плотского наслаждения, до того, как она исполнена, он выставляет столь маловажной, что это кажется брату не страшнее, чем вылить на землю чашу холодной воды. А когда она уже совершена, то лукавый еще и преувеличивает грех в воображении падшего, поднимая против него бурю бесчисленных помыслов, чтобы, потопив разум брата, низвергнуть его в бездну отчаяния.
Поэтому, возлюбленный, заранее зная козни врага, смотри, чтобы не быть обманутым и не грешить. А если и впадешь в какое–то прегрешение, не оставайся в нем и не отчаивайся в своем спасении. Восстав, обратись ко Господу и Богу твоему — и Он будет милостив к тебе. Потому что щедр и милостив Господь наш, долготерпелив и многомилостив, и не отвергает искренне кающихся, но тотчас же и с радостью принимает их.
Так что, когда враг говорит тебе: «Все, ты погиб и не можешь спастись!», скажи ему: «Мой Бог милосерден и долготерпелив — не буду отчаиваться в своем спасении. Ведь Тот, Кто заповедал нам до седмижды семидесяти раз прощать ближнего, и Сам тем более простит грехи каждому, кто обратится к Нему всей душой». Тогда по благодати Божией прекратится в тебе брань.
8. Из аввы Исайи
Если отрекся ты от мира и предал себя Богу для покаяния, не давай своему помыслу удручать тебя из–за твоих прежних грехов, что, дескать, они тебе не простились. И не пренебрегай вновь заповедями Господа, потому что тогда Он и прежние твои грехи не простит. Остерегайся, брат, того духа, что приносит человеку печаль: у него много хитростей, чтобы лишить тебя силы.
Потому что «печаль ради Бога» (2 Кор 7. 10) — это радость, радость видеть себя пребывающим в воле Божией. Тот, кто тебе говорит: «Куда тебе бежать? Нет тебе покаяния», — говорит это из ненависти, чтобы заставить человека нарушить воздержание. А печаль, которая ради Бога, не воюет с человеком, а говорит ему: «Не бойся! Давай же, возвращайся назад!» — потому что она знает, что человек немощен, и ободряет его.С разумным сердцем принимай помыслы, и они не будут столь тяжкими для тебя. А кто их боится, того они сокрушают своим бременем. В этом и есть сила тех, кто хочет стяжать добродетели: если падешь, не малодушничай, а начинай заново. А благость Божия — в том, что, когда бы ни обратился человек от своих грехов, Бог принимает его с радостью и не вспоминает ему его прежних согрешений. В Писании ведь так и сказано о блудном сыне: он оставил пищу свиней, то есть свои плотские похоти, и со смирением вернулся к своему отцу (Лк 15. 11–32). Потому–то и принял его отец и сразу велел дать ему одежду чистоты и залог сыновства, который даруется Святым Духом. Потому как Владыка наш милостив и хочет лишь, чтобы человек обратился — как Он и Сам сказал: «Аминь, аминь говорю вам, что на небесах радуются и об одном грешнике кающемся» (Ср.Лк.15,7). Так что, братья, насколько дана нам Его милость и богатство Его щедрот, обратимся к Нему всем сердцем — а Он примет нас с человеколюбием и сделает причастниками вечной жизни. Поэтому обратись и храни свое сердце. И не впадай в небрежение, не говори: как, дескать, я, человек грешный, могу сохранить все эти добродетели?Ведь даже этого не требует от тебя покаяние! Вот обратится человек к Богу, оставит свои грехи — и тотчас покаяние вновь рождает его и, словно материнским молоком, кормит его из своей пречистой груди. Как нежно любящая мать, взращивает она его. И пока дитя на руках у матери, она бережет его от всякого зла, а когда заплачет — тут же дает ему грудь. А то и хлопает младенца по щечке, насколько тот может снести, — это чтобы напутать его, чтобы он принимал молоко со страхом и не был дерзок сердцем. Но если заплачет, она сразу пожалеет его, потому что он ведь выношен ею. И тут уж она его уговаривает, и целует, и ласкает, пока он сам не возьмет у нее грудь.Если показать младенцу золото, или серебро, или жемчуг, или еще какую драгоценность этого мира, он, конечно, на них посмотрит. Но пока он на руках у матери, он будет тянуться только к ее груди, а остальное ему будет неважно. Да и отец не будет ругать его, почему это он не работает или почему не идет на войну с его врагами. Он–то ведь знает, что тот еще маленький и ничего не может: ножки у него есть, а стать на них он не может; и ручки у него есть, но он не в силах держать оружие. Поэтому его родители терпят и ждут, пока дитя не вырастет.Когда же ребенок подрастет немного, он станет отроком. И если захочет с кем–то другим побороться и тот бросит его на землю, отец за это не сердится на сына: он ведь знает, что тот пока еще отрок. А вот когда сын возмужает, тогда и видна вся его ревность — если он воюет с врагами своего отца. Тогда и отец, как своему сыну, вверяет ему свое состояние.Но если после всех тех трудов, что родители положили на него, сын стал негодяем, если будет он их ненавидеть и не станет чтить их благородства, если сдружится с их врагами — вот тогда лишат они его своей милости, выгонят из дому и не дадут наследства.Так что, братья, постараемся и мы остаться под кровом покаяния, будем пить молоко от его святой груди — и оно воспитает нас. Будем нести его иго, если оно наказывает нас, — и тогда мы волею Божией возродимся свыше и «придем в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова» (Еф 4. 13).