На литургии Евангелие читается всеми священнослужителями, повторяемое по частям в разных частях храма, а где можно, например, в монастырях и соборных церквах, то и на нескольких языках, причем бывает особый звон на каждой статье. Сим изображается благовестие всему миру о Воскресении Господа. На вечерне Евангелие читает настоятель, обратясь лицом к народу, дабы тем яснее напомнить явление Господа ученикам Своим в вечер первого дня по воскресении, о чем и повествуется в читаемом тогда Евангелии.
Другие особенности праздника Пасхи:
1) Во святом алтаре или в храме, на особом столе полагается хлеб, именуемый «артос» (слово греческое и значит "хлеб"), с изображением Креста или образа Воскресения Христова; сей хлеб носится в крестных ходах, а в монастырях и в трапезу, во всю Светлую Седмицу и раздается верующим в субботу. Он изображает собою тот хлеб, который вкушал Спаситель пред учениками в удостоверение Своего Воскресения, и ту часть хлеба, которую святые апостолы оставляли в честь Господа Иисуса за трапезою после Его Вознесения на небо. Артос должно вкушать прежде обычного ядения, как хлеб священный, но не более; а посему те, которые почитают вкушение его равным Причащению Пречистых Таин Христовых, много согрешают, ибо никакой хлеб и ничто вообще не может заменить Животворящего Тела и Крови Христовой.
2) Царские врата и другие двери во святой алтарь во всю Светлую Седмицу не затворяются в знак того, что Господь Своим Воскресением для всех открыл вход в Царство Небесное.
3) Во всю Светлую Седмицу бывает целодневный звон, знаменующий торжество Церкви, празднующей во славу Победителя ада и смерти.
4) На все время от Пасхи до Троицына дня церковные правила воспрещают коленопреклонения и земные поклоны, как неприличные празднованию Воскресения Христова. (Правило 20-е I Вселенского Собора).
5) Святая Плащаница остается в алтаре, на святом престоле, до дня Вознесения в знамение того, что Господь по Своем Воскресении еще 40 дней пребывал на земле.
3. Добрые советы о памяти смертной Молодые люди нередко путешествуют в чужие страны, чтобы там изучать разные науки. Люди мудрые называют память смертную особою наукой, а, стало быть, чтобы познать эту науку, стоит побывать и в чужих краях, поучиться у мудрых людей. Пойдем же, братие, не телом, а умом в чужие страны, за море, перенесемся мыслию от нынешних времен в века давно минувшие. Ведь также переносился и Давид, когда говорил: «помыслих дни первым, лета вечная помянух» (Пс. 76; 6), то есть: привел я себе на память времена давно минувшие, пророчески воззрел и на те, что после меня будут, ибо мыслию можно скоро переноситься и в прошедшее, и в будущее... Итак, пойдем в страны дальние, во времена глубокой древности. Вот один из семи греческих мудрецов, знаменитый философ Солон в Афинах, на дверях капища написал крупными буквами: "Познай себя самого". — Для чего ты, философ, написал это на дверях вашего капища? — "А для того, — говорит, — что сюда каждый день приходит множество народа: пусть же каждый входящий в сии двери читает это ежедневно, а какой смысл в этих словах и чему они научают, сам рассмотри и угадай. Как же это рассудить? — Да предложи своему уму такие вопросы: кто ты? откуда? и куда идешь? кто ты, человек бренный, тленный, немощной, подверженный всяким болезням, злым случайностям, всяким бедам и всякому несчастию? откуда ты? из персти земной создан, от похоти плотской зачат, от болезней матерних рожден... Куда ты идешь? — Во гроб... И нет ни для кого — ни для царя, ни для князя, ни для богача, ни для нищего, ни для ученого, ни для невежды, — нет иного конца, кроме гроба, а во гробе — тление, черви, смрад, гной, персть, а затем и совершенное уничтожение. Итак, каждый познавай сам себя". Не худо учение сего философа, можно похвалить его. Получив пользу в Афинах, идем далее.В Дельфах один знатный человек, Зенон, вопрошает немого идола Апполона: как бы вести получше жизнь? Глупый и спрашивает у глупого. Какое наставление, что за совет от бездушного идола? Однако повелением Божиим и камень издает голос, и идол говорит. Заговорил и тот идол. Что же сказал? Он отвечал Зенону так: "Спроси у мертвых...". Видно камень, вопреки своей природе, проговорил сие чудесным образом по повелению Божию, в поучение людям, а проговорил он полезное слово: "Спроси у мертвых", — как будто говоря: если хочешь вести хорошо свою жизнь, попроси полезного совета и мудрого наставления у мертвых; у них спроси, они тебя научат, только пожелай слушать их. Но ты скажешь: как мертвец может поучать живого, когда он бездушен и безгласен, язык у него нем и уста неподвижны? Поистине научит, молча скажет, оставаясь немым, возгласит, не двигая устами и языком, будет говорить. Что же он скажет? Он будет говорить не словом, а делом, не речью, но указанием на самые вещи. Итак, послушаем, что говорят нам мертвецы: "О люди! что теперь вы, то и мы были некогда; что теперь мы, то и вы скоро будете. Вы теперь живете в довольстве, едите, пьете, утешаетесь удовольствиями мира сего, — и мы так жили, а теперь вот в тесных гробах... Куда девалась пища? где питие? где веселие и всякое мирское наслаждение? не лишились ли мы всего этого? так и вы скоро будете их лишены. И мы когда-то были живыми людьми, подобными вам, и вы будете мертвецами, подобными нам".И в книге Премудрости Соломоновой мертвецы говорят нам: "Какую пользу принесло нам высокомерие, и что доставило нам богатство с тщеславием? Все это прошло, как тень и как молва быстротечная, как корабль, идущий по волнам, за которым не остается следа, или как птица, пролетающая по воздуху и не оставляющая никакого знака своего пути; или как стрела, пущенная в цель; так и мы родились и умерли " (Прем. 5; 8-13). Когда же мертвецы говорят нам так, то будем спрашивать у них обо всем. Придет ли кому греховное вожделение плотской нечистоты? — спросись у мертвых, и именно у содомлян, горящих в неугасаемом огне, — что они тебе скажут? — "Если хочешь придти в это огненное место, мучиться с нами вечно, то иди, делай, что тебе хочется". Если явится желание роскошно пировать каждый день, пить, есть, — спросись у мертвых., а именно, у того богача, который «во аде возведе очи свои, сый в муках», просит одной капли воды на язык свой от Лазарева перста, и не получает (Лк. 16; 23). Захочешь ли преследовать и обвинять невинных? — спросись у того фараона, который преследовал неповинно людей Божиих и утонул в море, а ныне утопает в геенне. Вздумаешь ли восстать против своих начальников, устроить против них заговор? — посоветуйся с Дафаном и Авироном, восставшими на Моисея и Аарона и поглощенными землею. Захочешь ли завидовать беззаконным? — спросись у жены Лотовой, оглянувшейся на Содом и превратившейся в соляной столб. Захочешь ли похитить принадлежащее Церкви? — спросись Илиодора, казнохранителя сирийского царя Селевка, который пришел было в Иерусалим — ограбить церкви, и был наказан руками Ангелов. Если захочешь величаться, надмеваясь гордостью, спросись у оного Ирода, о котором писано в Деяниях Апостольских, что он высокомерно, с большой гордостью воссел пред всем народом, «и внезапу порази его Ангел Господень, зоне не даде славы Богу, и быв червьми изъяден — издше» (Деян. 12; 23). Придет ли мысль положиться на свое богатство, — посоветуйся с тем Евангельским богачом, который говорил душе своей: «душе, имаши многа блага, лежаща на лета многа: почивай, яждъ, пий, веселися. Рече же ему Бог: безумие, в сию нощь душу твою истяжут от тебе: а яже уготовал еси кому будут» (Лк. 12; 9-20). Захочешь ли вообще сделать что-либо греховное, злое, прогневляющее Бога? — Итак, спрашивайся мертвецов и будешь умен, научишься от них благоразумию, получишь уроки мудрости.Из Греции идем в Египет. Здесь царь Птоломей дает пир. Носят блюда с кушаньями на царскую трапезу очень роскошные. Что говорить! он — царь: дивиться нечему. Но вот что заслуживает удивления: несут одно большое блюдо, а на нем лежит мертвая голова, без тела, без волос, без кожи, как есть один только череп. На что это? Неужели есть? Но кто же будет есть обнаженную кость, да еще человека давно умершего? Но вот ставят голову пред самым царем, а один из стольников громко говорит ему: "Смотри, царь: и ты таким же будешь!" Царь, взглянув на кость, вздохнул и смирился мыслью. Потом царь, забывшись, веселился, и вот опять один из слуг, указывая ему на ту же голову, говорит: "Смотри, царь, и ты таков будешь!" И опять царь вздохнул, и опять смирился в мысли, и свое веселье растворял таким образом памятью смертной. Вот любомудрие! Вот прекрасная философия — память смертная! Спрашивался и он у мертвых, что ему делать, как вести свою жизнь.