(Поучение на праздник Собора Иоанна Предтечи)
453. Доброе слово наемному человеку
Если обедняешь, сын мой, и не в силах будешь сам себя пропитать, то и тогда не унывай, не отчаивайся и никакого неправедного дела не касайся, с негодными людьми знакомства не заводи, а возложи надежду свою на Бога, иди к кому-нибудь в наемники и служи ему - работай всею правдою без лености и лукавства. Не день к вечеру гони, а дело к концу приводи, работай так, как работал бы на себя. Если хозяин и ничего тебе против других не прибавит за твое усердие, — зато Бог тебе воздаст и на сем, и на том свете. Знай, сын мой, если и до поту лица будешь работать, от этого не умрешь, но еще и здоровее будешь, и суровая пища тебе покажется сладкою. А когда придет праздник Господень, то отнюдь не занимайся работою, а иди в церковь Божию; и если бы тебе за работу лишнюю плату обещали, не слушай, не меняй дела Божия на деньги. Праздник — Божий день, Богу и надо в оный поработать: в церковь Божию сходить, святую книгу почитать, а если что и поработать, то отнюдь не за деньги, а ради Бога, по необходимой нужде, по любви к ближнему. Если и будут тебе за это деньги давать, — ты не бери, не пойдут они тебе впрок. А в пьянство, в картежную или другую какую игру отнюдь не вдавайся. И если кто из сторонних людей или из товарищей твоих тебя бранить станет — молчи, будто не слышишь, ни худого, ни доброго ответа ему не давай. Даже если кто скажет: что ж ты молчишь?— отвечай ему: "Это он себя только тешит; что мне за дело до его забавы? Бог с ним, пусть его утешается, как знает".
А если увидишь, что товарищ-работник ленится, скажи ему по-дружески: "Что ж ты, брат, лениво дело делаешь? Грех тебе будет за это. Нанялись мы с тобой работать, а не гулять. Бог с нас взыщет, если мы деньги возьмем не по совести. Это все равно, что украсть. Надо, брат, трудиться по совести". Если он тебя будет бранить за эти слова, то не обижайся на него, а скажи: "Хочешь ты — бранись, хочешь — не бранись, а надо работать по совести. Будешь делать по совести — тебе же будет хорошо, а не мне. Будешь и худо делать, тебе же будет худо, а не другому кому". А при хозяине его не обличай, и своего усердия не выставляй перед хозяином. Кто бы ни был твой хозяин — барин или простой крестьянин — служи ему как Богу Самому, без всякой лености, безобманно. Как на глазах у него, так и заочно работай по совести, как на себя, береги всякую вещицу хозяйскую паче своей собственной. Во всем будь вежлив с хозяином, и если он посадит тебя с собою за стол, не начинай есть прежде его, не выбирай себе лучшие куски. С товарищами-работниками живи мирно, не спорь, и если обидят чем — потерпи. Сказано в Писании: «претерпевый до конца, той спасен будет». И во время работы, и без работы никакого сквернословия, пустословия и пересудов себе не позволяй, за что полюбят тебя и Бог, и добрые люди. За такую твою жизнь Бог благословит всяким изобилием и дом твоего хозяина, как благословил Он дом Лавана — ради Иакова, и дом Пентефрия — ради Иосифа. Если случится, что твой хозяин, несмотря на твое усердие, будет к тебе немилостив, то ты не только людям, но и Богу на него не жалуйся. Мало того —
А о том не размышляй, что ты смолоду жил в довольстве или, может быть, был сыном богатого и знатного отца, а от всего сердца говори ко Господу: «благо мне, яко смирил мя ecu, Господи!» Возьми себе в пример Иосифа Прекрасного: у его прадеда, Авраама, у деда его, Исаака, и у отца его, Иакова, много было и рабов, и рабынь, и всякого богатства; их почитали даже соседние цари; а когда продали Иосифа в Египет, в рабы Пентефрию, он стал трудиться со всем усердием, как один из последних бедняков. Даже тогда, когда по клевете злой египтянки посадили его в темницу, он был как кроткий агнец незлобивый: не стал оправдываться, ни словом не обличил клеветницу свою и целых два года просидел в темнице. За то Бог и наградил его: он стал господином не только своему прежнему господину Пентефрию, но и целому Египетскому царству. Но и тогда он не изменил своего кроткого и святого нрава, он даже и словом не напоминал Пентефрию и жене его их неправды противу него. И за такое его кроткое смирение, и за целомудрие, и за незлобие Бог не лишил его Царства Небесного. Так и ты, сын мой, не скорби в злоключениях: без воли Божией никто тебе не повредит, только сам ты будь Божиим человеком, живи во всем по-Божии, ни на кого, даже на самого злодея — врага своего, не ропщи и помни, что нищета и богатство — все от Господа: Бог богатит и убожит, кого Он Сам хочет, и во всяком деле, во всех людях да будет Его Святая воля, а не наша.
Если твой товарищ загуляет, ты на него не смотри, с ним себя не равняй, не считайся. Что тебе велят работать, — то и работай, куда посылают, — туда и иди, будет ли грязь и непогода — ничем не отговаривайся, во всем будь услужлив и безответен. В одном будь не послушен: если будут тебя посылать на какое дело грешное, Богу противное и людям вредное, тогда откажись, скажи хозяину: "Как я решусь на такое грешное дело? Да Господь нас обоих накажет, — пожалей и себя, хозяин, и меня". Если другие гуляют — ты себя знай, чтобы тебе даром времени не потерять, чтобы ты был постоянно в трудах, а до других тебе дела нет. То помни, сын мой: от лишней работы греха на наживешь, а вот в гулянье без греха не обойдешься. От гулянья не только в грех впадешь, но и душу свою погубишь: ведь от праздности всякое зло бывает — и пьянство, и нищета, а люди трудолюбивые всегда живут безбедно. Нет ничего приятнее, как трудиться и потом плодами трудов своих утешаться. Сохрани тебя Бог делать и говорить, как делают и говорят люди недобросовестные: "Лишь бы с рук дело сошло", — а старайся все делать по совести, как пред Богом, за что и люди будут тебя добрым, честным человеком считать, и Бог тебя благословит во всем. Бог Сам правда — Он и в нас правду любит. Если хозяин и другого кого будет наряжать на работу, ты скажи ему: позволь, это я сделаю, — и сделай. И что увидишь в доме без порядка, то, не ожидая приказания, поправь, и если будешь так поступать, то это и Богу будет приятно, и твоему хозяину, и тебе самому будет весело. А если твой хозяин будет пьяница или расточительный человек, ты не поноси его и береги его. Если он иной раз и обидит тебя чем, не гневайся, и не только людям, но и Богу не жалуйся на него, и никому о нем худого слова не говори. И если договорился с ним служить ему на какой-нибудь срок, на год или два, а тебе будет тяжело у него жить, не моги ты раньше срока уходить от него, или, живя у него, нерадиво служить, или — сохрани Боже — что-нибудь воровать у него. Смотри, сын мой, у кого бы ты ни жил, у доброго или злого человека, бойся и всячески берегись, чтобы не быть тебе вором.
Если у иноверного будешь служить, и там живи верно, по совести, и там себя береги от воровства. И если случится найти тебе что-нибудь затерянное в саду или на дворе, или еще где, не моги ты взять себе: все отдай хозяину или хозяйке. Никому ни на кого не жалуйся, а говори сам себе: за грехи мои Бог послал мне такого хозяина или товарищей, надо терпеть. За такое твое терпение, за твое незлобие и кротость Бог тебя не оставит и, имиже ведает судьбами, выведет тебя из твоей нужды — не твоим смышлением, а Своим Божественным промышлением, и не только наделит тебя здешним земным богатством, но не лишит тебя и будущего Царствия Небесного. И какие бы ты ни понес труды и лишения ради душевной пользы твоей, ты тех трудов и болезней своих не воспоминай — не только пред Богом или пред людьми, но и перед самим собою, — так, как будто их и не бывало. Об одном помышляй и заботься: как бы тебе еще в чем-нибудь потрудиться, какое-нибудь доброе дело сделать и как бы в праздности времени не потерять...
(Из "Завещания отеческого " крестьянина Ивана Посошкова)454. До чего доводит пьянство! (Письмо к слабому человеку)Жаль мне тебя, брат возлюбленный, от души жаль! Хотелось бы сказать тебе доброе слово, слово от сердца, хотелось бы, чтобы и твое бедное, измученное сердце не отвернулось от слова братской любви... Не хочу, не буду бранить тебя, обзывать позорным именем "пьяницы"; знаю, брат, что и самому тебе не сладко, знаю, что и сам ты себе не рад, особенно, когда совесть начнет укорять тебя, когда Ангел хранитель твой внятно для сердца скажет: пожалей себя, погибающий человек!И в самом деле, посмотри, брат, на себя, подумай: на кого ты стал похож? До чего ты дошел? Вот и праздники Господни для тебя — ничто: православные в храм Божий к обедне, а ты — в корчемницу; они Богу молиться, а ты — кому идешь служить? На что ты променял церковь Божию? Будет ли Божие благословение на доме твоем, когда ты сам бежишь от дома Божия? И вот, сколько горя бывает семье от твоей слабости, сколько слез прольет о тебе старушка-мать твоя, или бедная жена, Богом данная тебе в жизни помощница! Тебе бы утешать свою мать на старости, быть для нее подпорою, а ты только огорчаешь ее. Кто знает, может быть она, глядя на тебя, горько плачет и жалеет, что Господь раньше не прибрал костей ее, не видала бы она такой скорби и печали, — может быть она с этою печалью о тебе и в могилу сойдет... Оставит ли она тебе свое родительское благословение, навеки нерушимое? Не ответишь ли ты Господу Богу, что огорчил ее последние дни?.. Страшно подумать, если она на тебя Богу пожалуется! А жена-то, а дети? Тебе бы учить их уму-разуму, страху Божию, доброму хозяйству и христианской жизни; тебе бы надо быть для них во всем добрым примером, держать свой дом в порядке и чистоте, всех кормить и одевать, для дома добро наживать; а ты, друг мой, какой ты отец детям, какой советник и друг своей жене?! Какой пример взять им с тебя? Как им любить и почитать тебя, когда ты часто на виду у них уподобляешься скоту несмысленному? — Ты говоришь, что любишь их; но что это за любовь, когда и любишь, и губишь, и мучишь всю семью!Подумай, друг мой: вот ты сидишь в недобром месте и пропиваешь последнюю копейку, тобою добытую, а, может быть, недобрый человек и в долг тебе отпустил хмельного пития; ты сидишь и пьешь это питие с приятелями, а дома у тебя горе и слезы: малютки-дети плачут — есть просят, а хлеба нет; им холодно, изба нетоплена, одежда износилась, а тебе и горя нет; лишь бы тебе было тепло да весело, — это ли любовь родительская? Жена из сил выбивается, чтобы достать как-нибудь ломоть хлеба или кувшин молока для малюток твоих, работает в людях с утра до вечера, мерзнет на реке с чужим бельем, просит дровец у добрых людей или сама на своих плечах несет вязанку хвороста из леса, чтобы избу согреть, а ты и забыл, и знать не хочешь обо всем этом, — это ли любовь к жене-труженице? А с каким страхом и трепетом ждут тебя все твои домашние, когда, наконец, ты вернешься к ним из недоброго места, вернешься — сам не свой, едва передвигая ноги, едва произнося слова, но гневный, грозный для всех... О, как ноет сердце, когда только со стороны посмотришь на твою несчастную семью, а что же она-то испытывает? Брат мой, друг мой! ужели в тебе нет никакой жалости к бедной жене, к несчастным детям? Нет! Я знаю, я уверен, что и ты их жалеешь в душе, да вот несчастье: никак с собою-то не совладеешь... Не правда ли — так?"Что делать, — говоришь ты, — вот, Бог даст, брошу пить — поправлюсь, буду работать, все пойдет хорошо". Ах, если бы было так на деле, а не на словах! Но когда же это будет? С каждым днем ты все слабеешь и слабеешь, все глубже втягиваешься в это погибельное болото, а время все идет да идет — смотри, не поздно бы было исправляться! Бог милостив, говоришь ты; но знай, друг мой, что Бог милостив, но и правосуден; Он милостив к тому, кто сам милостив к другим, а ты и своей души не жалеешь, и своих детей губишь. Суди ты сам: будут ли они добрыми христианами, будут ли они почитать тебя, как подобает почитать родителя, будут ли они хорошими хозяевами, когда ты об этом сам не думаешь, не учишь их, когда они видят в тебе только одно худое? Что если и они будут такими же несчастными, как ты? За что же после этого Бог к тебе будет милостив? Посмотри ты на добрых людей, и они от тебя уж сторонятся. Кто с тобою захочет дело иметь? Разве такие же, как ты, несчастные, а люди добрые, люди честные смотрят на тебя, как на ту овцу, которую надобно выгнать вон из стада, чтобы других овец не перепортила. А себя-то, свое тело, свою душу-то как ты губишь! Посмотри на себя: каков ты стал? Где твои крепкие силы? Куда делось цветущее здоровье? И то болит, и другое болит, голова как в тумане, пища на ум не идет... И дойдет до того, что или с ума сойдешь, или прежде времени Богу душу отдашь, а старуха-мать, если доживет до этой беды, а жена и дети — идите все по миру! И добро еще, если Господь христианскую кончину пошлет, а то — чего не бывает? — пожалуй, без покаяния умрешь, там где-нибудь за углом, в канаве, а то и в любимой тобою корчемнице... И пойдет твоя душа грешная в муку вечную, ибо нет для нее в Царстве Небесном места: «пьяницы, — сказано в Слове Божием, — Царствия Божия не наследят!» И будешь ты мучиться во аде во веки веков! Этого ли желаешь ты? О, конечно, нет!Я уверен, что душа твоя исстрадалась, измучилась от несчастной твоей слабости... Так что же? Зачем дело стало? — "Не слажу с собою — вот моя беда!.. И рад бы бросить, да не могу себя одолеть: так и тянет пить...", — так говоришь ты. И верно говоришь. Сам Господь сказал: кто творит грех — тот раб греха. Так, друг мой, своими силами нам со грехом, конечно, не справиться. Но зачем же мы забываем, что у нас есть всесильный помощник — Господь наш; Он Сам сказал: «без Мене не можете творити ничесоже»; — но — «просите и дастся вам, ищите и обрящете, толцыте» в двери милосердия Моего и «отверзется» вам! Он расслабленных исцелял — тебя ли не укрепит? Он мертвых воскрешал — тебя ли не исцелит? Он только ждет твоего покаяния, Он Сам стоит у дверей сердца твоего: «се стою, — говорит Он, — се стою при дверех и толку!» Вспомни, кто из грешников прибегал к Нему с покаянием и не был прощен и помилован? И мытаря Он оправдал, и блудницу помиловал, и блудного сына приял в отеческие объятия, и разбойнику сказал: «днесь со Мною будеши в раи!» Что же ты один медлишь, брат мой? Пойдем к Нему, припадем к Пречистым стопам Его, как некогда блудница, восплачемся пред Ним, как она плакала, пожалуемся Ему на свои немощи, скажем Ему Милосердому в детской простоте: "Господи наш, Господи! Никак мы с собою не сладим, чего не хотим, то творим! Одолел нас грех, одолели наши слабости — страсти наши! Милосердый и всемогущий! Коснись наших сердец Твоею благодатию, дай силы бороться со грехом, прогони диавола искусителя, пошли нам Ангела хранителя! Ими же веси судьбами, спаси нас! Ты Сам сказал, Господи, что пришел Ты грешников спасти, Ты Сам сказал, Милосердный, что не хочешь Ты смерти грешника, а ждешь его покаяния, Ты Сам изрек Пречистыми Твоими устами: «грядущаго ко Мне не изжену вон!»И вот, мы пришли к Тебе, надежда наша; мы плачем у ног Твоих, Владыко наш, Господи! Не отврати лица Твоего от созданий Твоих! Хоть мы и грешники, но все же — Твои, дай же нам крепость и силу бросить нашу злую греховную привычку!"