Commentary on the Gospel of Luke
And when he drew near to the city, he looked at it, and wept over it, and said, Oh, that thou also wouldst know in this thy day that it is for thy peace. But these things are now hidden from thy eyes, for the days shall come upon thee, when thy enemies shall entrench thee, and surround thee, and press thee on every side, and destroy thee, and slay thy children in thee, and shall not leave in thee one stone upon another, because thou hast not known the time of thy visitation.
Господь, как человеколюбивый, плачет о городе; ибо не желал погибели жителей оного за дерзкий против Него поступок. Итак, плачем Он обнаруживает сострадательное сердце. А что Он жалел их и не только прежде распятия, но и после распятия, жаждал их обращения, это видно из того, что Он предал их римлянам спустя столько лет, ибо протекло тридцать пять лет. Без сомнения, Он отлагал наказание не по другому чему, как по сильному желанию их обращения. Итак, Он плачет о бесчувственности Иерусалима и говорит: "о, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему". То есть, о если бы ты хотя ныне узнал, что служит к твоей пользе и ведет к миру и спокойствию, именно: что нужно уверовать в Меня и удалиться от злого умысла против Меня! А теперь сокрыто от очей твоих то, что на тебя придут нестерпимые бедствия за твое отвержение Меня и что ты потерпишь вот то и то за то, что не уразумел времени "посещения" своего, то есть Моего явления, когда Я пришел посетить тебя и спасти. Итак, тебе должно было узнать, что служит к твоему благосостоянию, то есть уверовать в Меня, и ты был бы безопасен со стороны римлян и свободен от всякого повреждения. Ибо все уверовавшие во Христа остались свободными от плена, так что если бы все уверовали, то никто и не попался бы в плен.
И, войдя в храм, начал выгонять продающих в нем и покупающих, говоря им: написано: дом Мой есть дом молитвы, а вы сделали его вертепом разбойников. И учил каждый день в храме. Первосвященники же и книжники и старейшины народа искали погубить Его, и не находили, что бы сделать с Ним; потому что весь народ неотступно слушал Его.
Глава двадцатая
И отвечали: не знаем откуда. Иисус сказал им: и Я не скажу вам, какою властью это делаю.
Господь, со славой вошедший во Иерусалим, в доказательство Своей власти творит то, что дом Отца Своего очищает от торгашей. Он сделал это и в начале проповеди, как говорит евангелист Иоанн (2, 13-18). А теперь снова делает то же, во второй раз. Это служит к большему обвинению иудеев, что они не уцеломудрились от первого Его открытого вразумления, но продолжали торговать в храме и называли Его противником Божиим, тогда как Он почитает Отца и Бога до такой степени, что дом Его очищает от торгашей. В обличение их Он приводит и слова Исаии: "дом Мой назовется домом молитвы" (56, 7). А они безумно спрашивают Его: "какою властью Ты это делаешь?" Однако же им можно было понять, что поскольку Он привел слова пророка во свидетельство, что дом Божий есть дом молитвы, а не торжище и вертеп разбойников (ибо любостяжание и торгашество свойственны разбойникам), то какая же, наконец, нужда спрашивать Его, какой властью Он это делает, когда можно прямо заключить, что так повелевает Бог чрез пророка? А они спрашивают: "какою властью Ты это делаешь"? Закон, - говорят, - распоряжаться в храме предоставил происходящим от Левии, как же Ты, не происходящий от Левиина колена, делаешь это и похищаешь священные права? Но, о иудеи, вспомните слова Давида: "Ты священник вовек по чину Мелхиседека" (Пс. 109, 4). Мелхиседек назван священником. А Мелхиседек не был священником ни по Закону, ни по происхождению от Левиина колена. Ибо как быть сему, когда он за столь много лет был прежде Левия? Потом, с чего ты требуешь от Христа порядка законного? Бог законам не подлежит. Когда нужно было, Он повелел, чтобы священники были из колена Левиина, а теперь отменяет тот закон и предызбирает священство Мелхиседека. Поэтому и продающих жертвенных животных, как-то: овец и голубей, Он выгоняет, с одной стороны, чтоб сохранить благолепие и благоприличие храма, а с другой, чтоб и то показать, что не должно уже веровать в умилостивление Бога жертвами животными. Итак, Господу легко было ответить им, что "так сказано", и сказать, что так повелевает пророк, или лучше, Бог. Однако ж, чтоб обличить их в постоянном противлении Духу Святому и в том, что они не хотели веровать не только древнему пророку Исаии, быть может, ими и забытому, но и так недавно явившемуся, почти невещественному и бесплотному Иоанну, для сего на вопрос их со своей стороны дает им настоящий, достойный удивления, вопрос. Сим вопросом Он и им заграждает уста, и нам показывает, что если они не поверили такому пророку, каков Иоанн, по их мнению больший Его, когда сей свидетельствовал о Нем, то как же поверили бы они Его ответу на то, какой властью Он это делает? Ибо, что бы Он ни сказал, они, во всяком случаев могли перетолковать это и осмеять, подобно тому, как они презрели и слова Иоанна, бывшего у них в большой славе.
И начал Он говорить к народу притчу сию: один человек насадил виноградник и отдал его виноградарям, и отлучился на долгое время; и в свое время послал к виноградарям раба, чтобы они дали ему плодов из виноградника; но виноградари, прибив его, отослали ни с чем. Еще послал другого раба; но они и этого, прибив и обругав, отослали ни с чем. И еще послал третьего; но они и того, изранив, выгнали. Тогда сказал господин виноградника: что мне делать? Пошлю сына моего возлюбленного; может быть, увидев его, постыдятся. Но виноградари, увидев его, рассуждали между собою, говоря: это наследник; пойдем, убьем его, и наследство его будет наше. И, выведя его вон из виноградника, убили. Что же сделает с ними господин виноградника? Придет и погубит виноградарей тех, и отдаст виноградник другим.
Притча сия кратка, но научает нас многому и великому, именно: что Бог имел и доказал особенное промышление об евреях, что они издавна склонны к убийству, что один Бог Ветхого и Нового Завета, что язычники будут введены, а иудеи отвергнуты. Виноградник есть самая церковь иудейская, виноградари книжники и фарисеи, эти передовые люди и приставники народные. Или: каждый сам по себе есть виноградник и виноградарь, ибо каждый из нас возделывает самого себя. Человеколюбец, отдав этот виноградник делателям, "отлучился", то есть оставил их действовать по собственному их произволу. Он посылает разных "рабов", то есть пророков, чтоб иметь хотя малую какую-нибудь прибыль; ибо желал, сказано, получить "плодов", а не все плоды. Какой же от нас Богу плод, как только не Его познание? И оно есть нам прибыток; однако ж Он спасение наше и нашу пользу поставляет Своими. Злые делатели причиняли обиды посланным, избивали их и отсылали ни с чем, то есть дошли до такой неблагодарности, что не только уклонились от добра и не дали никакого доброго плода, но и зло совершили, что заслуживает большего наказания. После того, как пророки перенесли такое ужасное зло, посылается Сын. "Может быть, - говорит, - постыдятся" Сына Моего. Говорит "постыдятся" не потому, будто не знает будущего, именно: что с Ним поступят гораздо хуже, чем с пророками, но потому, что так должно было быть, именно: они должны были устыдиться Его. Если же они до того были бесстыдны, что и убили Его, то это служит к большему их обвинению, потому что и после того, как Бог высказал, что хорошо было устыдиться Сына, они положили приговор противный. Такой оборот речи находится во многих местах Писания, например: "Может быть, послушают" (Иер. 26, 3); "будут ли они слушать" (Иез. 2, 5; 3, 11)? В этих местах Бог говорит так не по незнанию будущего, но для того употребляет такой образ выражений, чтобы кто не сказал, что предвидение Божие было необходимой причиной непослушания. "Убили" Сына, "выведя его вон из виноградника". Удобно можно сказать: вон из Иерусалима; ибо Христос "вне врат" пострадал (Евр. 13, 12). Но поскольку выше под виноградником мы разумели народ, а не Иерусалим, то едва ли не ближе к делу сказать, что народ хотя убил Его, но вне виноградника, то есть не своеручно нанес Ему смерть, а предав Его Пилату и язычникам. Итак, Господь пострадал вне виноградника, то есть не от рук народа, ибо ему нельзя было никого убивать, поэтому Он умер от рук воинов. Некоторые под виноградником разумели Писания. Итак, Господь пострадал вне Писаний, то есть Его убили неверующие Моисею. Ибо если бы веровали Моисею и обращались в Писаниях, исследуя оные, то не убили бы Владыку Писаний. - Сказав это, присовокупляет и тот приговор, который имеет произнести над ними, именно: что "отдаст виноградник другим", то есть другим даст ту благодать, чтоб называться Моим народом. Смотри: те, кои говорят, что виноградник означает Писание, кажется, ближе угадывают смысл, как отсюда оказывается. Ибо Писание, отобранное от евреев, передано нам. А иной смелый, пожалуй, скажет, что виноградник есть все духовное, заключается ли оно в Писании и законах, или в деяниях и историях, чего всего иудеи лишились, а мы тем наслаждаемся.