Страница 39 из 45
47 «Оказывается, грехами своими мы давно уже отлучены от Бога, от благодатного внутреннего общения с Церковью. Перерезали духовную связь, пуповину, через которую наши души и дух питаются благодатью Духа Святого» (16: 8). 48 «Авраам, отец ваш (иудеев — а. к.), рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался» (Ин. 8: 56). 49 Цитата из Рим.
2: 14 приведена нами в соответствии с Синодальным изданием Библии. 50 О благодати Божией, даваемой людям в период от первородного греха и до Искупительной Жертвы Христа, в Священном Писании говорится и в отношении Ноя (Быт. 6: 8, 9), Гедеона (Суд. 6: 17-23), Иеремии (Иер. 1: 5), Девы Марии (Лк. 1: 30), а также в отношении непоименованных людей, обладающих определенными качествами: смирением, премудростью (Прит. 3: 34; 8: 35). 51 «...
души лишились благодати Божией, укреплявшей естественные силы невинного человека в направлении к добру... Греховному повреждению подверглись все силы души: ум, воля и сердце» (23: 319. Книга 1). «Праотеческого греха зло неисцельно заразило душу нашу со всеми ее силами, так что умом слеп, ВОЛЕЮ преслушлив, СЕРДЦЕМ отвращен от БОГА учинился человек.
Отсюда воспоследовало, что между добром и злом распознать не может и часто вместо ДОБРА ЗЛО избирает, ДОБРОДЕТЕЛЬ ПОРОКОМ и порок добродетелию называет; РАДУЕТСЯ о том, что ему зло и вредно, ПЕЧАЛИТСЯ о том, что ему полезно. Сия пагубная тьма РАЗУМ человеческий объяла. СЕРДЦЕ и ВОЛЯ человеческая не иное что замышляет и хочет, как только противное воле Божией...» (83: 229). «...
Западная антропология говорит о грехопадении человека только как о потере Божественной благодати, при сохранении естественного состояния души. Для восточной же антропологии грехопадение представляется более глубокой драмой в истории мира: человек выпал из центра своей жизни, на место Бога он поставил себя. Богоборческий импульс, разорвав союз человека с его Творцом, деформировал саму человеческую природу.
Дух стал отключенным от души, будучи оторванным от Бога; душевные силы также разобщились между собой: разум, чувство и воля то вступают в согласие, то противостоят друг другу» (30: 68, 69). «Эта утрата Божией благодати умертвила ум человека, причем все его естество оказалось больным и передало эту болезнь потомкам» (68: 33). 52 «... Нет человека, который не грешил бы...» (3 Цар. 8: 46)
; «Все уклонились, сделались равно непотребными; нет делающего добро, нет ни одного» (Пс. 52: 4); «Все мы сделались — как нечистый, и вся праведность наша, как запачканная одежда; и все мы поблекли, как лист, и беззакония наши, как ветер, уносят нас. И нет призывающего имя Твое...» (Ис. 64: 6,7); «... но люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы» (Ин. 3: 19); «... весь мир лежит во зле» (1 Ин. 5: 19); «...
воля преклонилась более ко злу, нежели к добру» (Православное исповедание Соборной Кафолической и Апостольской Церкви Восточной. Вопрос 23. Цит. по 23:319. Книга 1); «Этот факт общеизвестный. Наша воля повреждена, видимо страдает наклонностью нарушать законы нашей нравственной природы. Грех есть всеобще признаваемый факт. И не одно Откровение говорит, что все люди грешники.
Это подтверждается нашей совестью, на это указывает повседневный опыт жизни, все голоса народов оплакивают это» (26: 11). См. также по данному вопросу: Быт. 6: 5-7, 11-13; 19: 13; Суд. 2: 10, 11; 3: 12; 4: 1; 6: 1; 10: 6; 13: 1; 2 Пар. 6: 36; Пс. 13: 3; Пр. 20: 9; Еккл. 7: 20; Иак. 3: 2; 1 Ин. 1: 8; Рим. 3: 10-18, 23; 46: 449; 64: 113. Об уклонении ко греху конкретно ума, воли и сердца говорится, например, в Ис. 1: 3, Иер. 4: 22, Рим. 3: 11; Иер. 13: 23, Иак. 4: 3, Рим. 1: 32; Мих. 3: 2.
53 Возможно, именно из-за того, что наличие тела создает дополнительные соблазны (похоти плоти) для человека, которые отсутствуют у ангелов, человеку и дарована возможность прощения грехов через покаяние: « Ведь один только человек - из всех одаренных разумом существ - имеет то преимущество, что удостаивается прощения через покаяние: ни демоны, ни ангелы не могут получить прощения через раскаяние.
В этом более всего сказывается и обнаруживается милосердие и правосудие Божие. Ангелы, не имея никаких неотразимых побуждений, вовлекающих в грех, но по природе будучи свободными от телесных страстей и удовольствий, по всей справедливости не могут получить никакого прощения через раскаяние; человек же есть не только разумное, но и животное существо, - причем, животные потребности и страсти часто порабощают (увлекают) разум. Поэтому, когда человек, отрезвившись (придя в себя)
, избегает этого и достигает добродетелей, то получает заслуженную милость, т. е., прощение. И как смех является свойством человеческой природы, так как одному ему это только присуще - и всякому, и всегда, - так в том, что происходит по благодати (то есть, Божией), свойственно человеку, преимущественно перед прочими разумными тварями, освобождаться от вины за прегрешения через раскаяние.
Ведь одному только человеку - и всякому, и всегда - дается это на время земной жизни: но после смерти уже нет » (25:28, 29 - данная цитата приведена нами, в отличие от оригинала, без комментариев переводчика). 54 О душевно - телесных чувствах, называя их телесными, епископ Эмесский Немесий говорит: « Телесные же удовольствия - те, которые происходят через участие души и тела и которые по этому называются телесными; таковы удовольствия, касающиеся пищи и совокуплений.
Но никто не мог бы подыскать удовольствий, свойственных одному только телу » (25:116). Для сведения приведем и противоположное мнение, свойственное « ... языческому взгляду и отчасти Оригену, по которому душа зарождается грехом от тела или плоти и последнее является ее гибелью. Но сама душа как дух считается невиновною » (63:126).
55 «Иногда слово “плоть” обозначает не конкретного человека в его материальной телесности, но плотяное существование человека вообще, так сказать, его человечность со всей ее слабостью и ограниченностью. И тогда плоть противопоставляется Богу и Духу Божию» (11: 23). «В посланиях апостола Павла слово “плоть” часто употребляется в особом смысле — для обозначения падшего человеческого естества, греховного и враждебного Духу Божию...
В переводах слово “плоть” часто обозначает естество человеческое, лишенное благодати Святого Духа. Синонимами могут служить выражения: “природа человеческая”, иногда “греховная природа”, или “греховное естество”» (19: 249). 56 Приведем также и другие высказывания о страстях. «Страсти есть внутренние идолы в СЕРДЦЕ человека...
Страстолюбие есть внутреннее и душевное идолослужение; потому что работающие страстям почитают их внутренним сердца покорением, как идолов» (святитель Тихон Задонский. Цит. по 83: 989). «Страсти — это сильные стремления внутреннего настроения порочного сердца. Они глубоко входят в естество души и долгим властвованием над нею и привычным удовлетворением их до такой степени сродняются с нею, что составляют наконец как бы ее природу» (святитель Феофан Затворник. Цит. по 86: 170. См. прим. 9 в работе 86).
«Страсти — это греховные навыки души, обратившиеся от долгого времени и частого упражнения в грехе как бы в природные качества. Таковы: чревообъедение, пьянство, сладострастие, рассеянная жизнь, сопряженная с забвением Бога, памятозлобие, жестокость, сребролюбие, скупость, уныние, леность. Лицемерие, лживость, воровство, тщеславие, гордость и тому подобное.
Каждая из этих страстей, обратившись в характер человека и как бы в правило его жизни, делает его неспособным к духовному наслаждению на земле и на Небе, хотя бы человек и не впадал в смертный грех» (91: 318, 319). «Ужасен и весьма худ страстный навык: он как бы неразрешимыми узами связывает мысль, и узы сии всегда кажутся мне вожделенными, потому что сам хочу быть так связанным.
Мои навыки опутывают меня сетями, и я радуюсь, что связан. Погружаюсь в самую несносную глубину, и это веселит меня. Враг ежедневно обновляет узы мои, потому что видит, сколько я рад разнообразию уз своих. Враг мой очень искусен: не связывает меня теми узами, какие мне не угодны, а, напротив того, налагает всегда такие узы и сети, которые принимаю с великим удовольствием; ибо знает, что изволение мое сильнее меня; и во мгновение ока налагает узы, какие хочет» (святой Ефрем Сирин. Цит. по 39: 187).