А. З. Лобанова

Да, с нечистой силой шутки плохи. И “техника безопасности” должна соблюдаться непременно, но защиту есть смысл искать только в духовной сфере, у Божественных светлых сил.

И нельзя ни в коем случае обольщаться тем, что если уж нечисть поселилась в доме, то она будет защищать хозяев.

Во первых, это далеко не так. А во вторых, и в главных, даже если человек и примет помощь от демона, то потом ему придется платить за это настолько высокую цену, что с ней не сравнится ничто. Попросту говоря, испокон веков конечной целью всех демонских ухищрений было поработить душу человека, лишить её бессмертия.

Поэтому вовсе не так уж безобиден “домовой”, как многие из нас привыкли думать. Суть его остается все той же – злобной и воистину адски жестокой, несмотря на все миролюбивые лицедейства.

Что касается полтергейста “Фотыма” в поселке Светлом, то Кисляковы – обитатели квартиры, где поселился полтергейст, – как видно из статьи Андрея Угрюмова, “смирились с существованием этого загадочного феномена и даже привыкли к нему”. Проживание демона у Кисляковых затянулось не на один год. Причем полтергейст проявил явную тягу к общению – он, как и многие его “собратья”, оставлял множество надписей на стенах, окнах, на полу, а потом вдруг начал разговаривать.

В квартире соседей и подъезде можно было слышать громкий хрипловатый голос, идущий “из ниоткуда”, задающий вопросы, рассуждающий на различные темы. “Шумный дух” даже научился пользоваться телефоном и звонить любому абоненту по своему желанию!

То, что люди смирились с таким поведением непрошеного “квартиранта”, вызывает сильную тревогу, тем более в связи с вышеописанной “местью полтергейста”. Стало быть, сейчас, когда техника “духовной безопасности” соблюдается все таки реже, чем было во времена “домовых”, нечистая сила всегда имеет шанс договориться со своей жертвой. Причем, как мы видим в иных случаях, договориться буквально.

Но даже семье Кисляковых, которых вроде бы “шумный дух” взял под защиту, он принес много неприятностей: жег и портил мебель, одежду, бытовые приборы. Так что же говорить о тех, кого полтергейст невзлюбил?

Приведем несколько примеров издевательского поведения полтергейста.

Демон, поселившийся в одной бразильской семье, начал с того, что изрезал матрас. Разъяренная хозяйка сначала обвинила детей. Но потом такие же разрезы обнаруживались на других вещах, на шторах, обшивке кресел и диванов, а однажды, когда семья уже собиралась ложиться спать, на одной из кроватей разрезы стали появляться прямо на глазах перепуганныx хозяев. Было ощущение, что кто то невидимый кромсал покрывало невидимым ножом.

Дальше – хуже. Пожилой отец хозяина дома по имени Педро едва не умер от страха, когда прямо из воздуха вдруг возникла громадная лапа с длинными, очень острыми когтями и угрожающе потянулась к его лицу. Причем видела ее и присутствовавшая родственница Педро и так испугалась, что даже потеряла сознание. А сыну его, Маркусу, не повезло еще больше – однажды он проснулся от жуткой боли и с ужасом увидел, как из глубокого пореза на руке хлещет кровь.

Вскоре жена Маркуса, Ноэмия, также почувствовала внезапную боль. В зеркале ей представилось жуткое зрелище – все ее лицо и шея были покрыты мелкими, но глубокими царапинами.

“Кстати, рука, воспринимаемая вне человеческого тела, несколько раз фигурирует в рассказах о полтергейсте”, – отмечает много писавший об этом явлении Александр Горбовский и приводит рассказ русского помещика Василия Щапова. Щапов познакомился с полтергейстом в своем имении на Урале в 1870 году.

“В первый раз жена видела в окне снаружи розовую, как бы детскую ручку с прозрачными ногтями, которыми она барабанила в стекло. А в другой раз я сам, будучи один бодрствующим в доме несколько часов добивался подсмотреть, кто и как (не жена ли сама притворяясь спящей) барабанит по полу в ее спальне. Несколько раз незаметно подкрадывался к дверям спальни, где стуки по полу шли непрерывно, но каждый раз, лишь только я чуть чуть заглядывал в спальню, звуки приостанавливались и тотчас же возобновлялись снова, когда я отходил или отводил только глаза от внутреннего пространства спальни, как будто дразнили меня. Но вот, полагаю, в двадцатый, а то и больший раз я как то вдруг ворвался в комнату, лишь только там начались стуки, и… оледенел от ужаса: маленькая, почти детская розовенькая ручка, быстро отскочив от пола, юркнула под покрывало спящей жены и зарылась в складках около ее плеча, так что мне ясно было видно, как неестественно быстро шевелились складки покрывала, начиная от нижнего его конца до плеча жены, куда ручка спряталась. Меня, как я говорю, оледенил ужас, потому что спрятавшаяся ручка была вовсе не рука моей жены (хотя и у той руки были небольшой величины). Это уж я заметил ясно”.

Чем это кончилось? Полтергейст поджег платье жены Щапова, при этом другой человек, попытавшийся погасить пламя получил самые настоящие ожоги.

“В Кемерове хозяйка дома, – рассказывает дальше Горбовский, – несколько раз тоже видевшая фигуру человека, проснулась как то ночью от чувства страха и, увидев снова эту фигуру в углу, с ужасом наблюдала, как от нее отделяется рука, приближаясь к ней. Если сама фигура представилась размытой, то руку, рассказывала жена, виделась четко. Приблизившись к ней, рука схватила ее за горло и стала душить. Она пыталась освободиться от руки, звать на помощь мужа, но тот спал. Утром на шее у нее оказались следы от пальцев, которые долго болели”.

Такие сообщения, оказывается, не единичны. Вот рассказ женщины, записанный исследователями в одной из сибирских деревень: “Я на себе испытала… Я его, конечно, не видела, только чувствовала. За руку поймала. Рука то мягкая мягкая. Я родила Вовку в сорок первом году, в апреле, перед войной. Я родила, наверное, часов в одиннадцать, а где то в двенадцать слышу: с печки спрыгнул кто то и ко мне идет. Я крикнуть то хочу и не могу. А потом как то рукой его схватила… Рука то моя – как в пух погрузилась: мягкое что то такое, пушистое! А я же никакой сроду молитвы не знаю. Лежу и призываю: «Господи! Господи!» А мужик то у меня с ребятишками на полу. Спал крепко, если он уснет, его не разбудишь. Он мне даже притащил палку на случай, если нужно было его разбудить…

– Если чего тебе надо – попить или чего – потычь меня. А то пока меня дозовёшься – ребят разбудишь.

Я лежу, боюсь пошевелиться. Потом разбудила его палкой:

– Ложись со мной. Он на меня:

– Да ты чё?!

– Ну тогда стели мне на пол, я с тобой лягу. Не лягу я одна.

Я так всю ночь пролежала с открытыми глазами. Лампу себе поставила, и он возле лег.

А потом назавтра то свекровь пришла, я ей и стала рассказывать: мама, мол, так и так… Она:

– Ах ты… Что ж ты его не спросила, к добру или к худу?

Я говорю:

– Я испугалась. Мне не приходилось такое видеть, я и не знала.

Она так на меня посмотрела, но ничего мне не сказала. И, видимо, подсказала, чтобы убрали все зеркала. Дня три, наверное, прошло, когда немного выздоровела, встала, вижу: ни одного зеркала нет.

– Где ж зеркало то у нас?

– Не знаем, – а сами глаза отводят.

А потом (уж много времени прошло) я взглянула в зеркало то: а у меня на шее, на этой стороне три и на этой два пальца то”.

Итак, – подводит итоги исследователь, – мягкая пушистая пятипальная рука (или лапа), но пальцы расположены не как у человека – один и четыре, а два и три.

И в других случаях свидетели говорят об ощущении невидимой руки. Рука эта может рвануть за ворот, щекотать, щипать и даже ударить. Удары эти, судя по всему, реальные, так как нередко от них также остаются следы и царапины.

Полтергейст в совхозе “Коммунарка”, сгоняя подростка Юру с кровати, сбросил его. Стоило его отцу, Виктору Ивановичу, сильно выразиться в адрес полтергейста, как он тут же получил “пятерней” по правой ягодице. “Сейчас я тебя поймаю, такой то!..” – воскликнул мужчина, рассердившись, и попытался было схватить невидимую руку которая ударила его. И тут же получил еще более сильный удар, теперь по левой ягодице. Другой член семьи рассказывал:

– Подхожу я было к буфету, сюда вот, к телефону, а “он” меня – раз! По уху! А сзади нет никого! “Он” все время меня толкал то в спину, то в бок. А ударил по голове не твердым чем, а как кулаком, и его удар не женщины, а мужика.

Говорит девятилетняя сестра Юры Оля:

– Мы собрались уезжать. Отец стоял внизу на улице, а я то брюки забыла, то деньги. В кухню забежала. “Он” меня в спину ударил с одной стороны по лопатке. Я говорю: “Ухожу! Ухожу!” Нет никого, а что делать? Выгоняет, выживает.

– Чем ударил? Оля:

– Чувствуется, как кулаком.

Некоторые из переживших полтергейст упоминают также, что, будучи даже одни в квартире, испытывали неприятное чувство чьего то присутствия.