Страница 48 из 191
Посему он тотчас же оставил Святую Гору, удалился в пределы Олимпийские и стал там везде с дерзновением и велегласно проповедовать слово Божие, возбуждая христиан к покаянию и удалению от неправд и пороков и призывая всех к хранению заповедей Божиих и творению добрых и богоугодных дел. Расседался от злобы доброненавистник диавол, смотря на братолюбивые его труды и, не терпя их, возбудил против него много лжеименных христиан, которые начали наветовать на жизнь его и, называя его прельщенным и обманщиком, стали жестоко преследовать.
Подражая подвигоположнику Христу, святой дал место гневу и удалился оттуда в пределы Киссовские и Ларисские, где также проповедь слова Божия составляла существенный предмет его занятий. Подвергнувшись и там нареканиям, зависти и преследованиям злобы, он удалился в верхние пределы Аграфской епархии, и всюду наставлял христиан пребывать твердыми в вере и хранить заповеди Господни.
Но диавол не дремал: он и там воздвиг против святого некоторых не боящихся Бога и забывших свои обязанности христиан, и они, движимые человеконенавистником, преследовали его, называя его прельщенным и лжемонахом; почему святой оставил и эти пределы и возвратился в Киссово. Возжелав безмятежия, он построил там монастырь[78] и, собрав братию, стал вместе с ней денно и нощно воссылать молитвы и благодарение Господу Богу: впрочем, многие и туда приходили к нему для душевной пользы; ибо, будучи облечен свыше, он творил великие знамения и чудеса, а из уст его текли реки душеполезных поучений.
Однажды, по некоторым монастырским нуждам, а более для пользы христиан, шел он в селение Вулгарини. На пути туда, схваченный агарянами, был он представлен властителю ларисскому, с безстыдными клеветами, будто он возмущает христиан. Поэтому властитель велел сначала бить святого жестоко, потом, наложив на шею и ноги его тяжелые цепи, ввергнуть его в темницу; затем варвар-нечестивец безпрерывно 15 дней продолжал истязать его, то нанося ему жестокие раны, то устрашая, то лаская его и обольщая всевозможными способами, в намерении заставить мужественного воина Христова отречься от Христа.
Но мучитель не в состоянии был склонить к этому мученика и притом видел, что он, несмотря на все его муки, с мужеством обличает веру их в лжепророка, со многим дерзновением проповедует Христа Богом истинным и готов ради любви Его претерпеть безчисленные мучения; поэтому, весь исполнившись гнева, повелел мучитель тотчас же умертвить мученика и сожечь труп его.
Палачи немедленно взяли его и повесили, но в минуту вздергивания его кверху один из них ударил его по голове железом; в ту же минуту случилось, что веревка оборвалась, и мученик упал с высоты на землю полумертвым. Тогда эти окаянные еще живого его бросили в огонь и сожгли, а пепел высыпали в реку Пинион. Так блаженный преподобномученик Дамиан принял мученический венец!
Молитвами его да избавимся все мы сетей вражеских и да сподобимся Царствия Небесного. Аминь.
Св. преподобномученик Дамиан пострадал в 1568 году, 23 февраля[79].
1 МАРТА Память преподобного отца нашего Агапия[80]
Преподобный Агапий был послушником одного добродетельного старца, безмолвствовавшего в келье Св. Троицы в местности, называемой Колицу, в пределах Ватопедского монастыря. В одно время вышел он на море помыть свои одежды, а там случились агаряне: они тотчас взяли его и, увезши с собой, продали в Магнисии одному тоже агарянину, у которого святой находился 12 лет в оковах и ежедневно работал с усердием.
С полной верой и горячими слезами день и ночь молился Агапий Госпоже Богородице, скорой всем, с верой прибегающим к Ней, помощнице, дабы Она, как Сама знает, освободила его от горького этого плена и тяжкой работы. Вняла наконец Всемилостивая молениям раба Своего. В одну ночь, явившись ему во сне, Она велит ему идти без всякого страха к своему старцу. О чудо!
– Пробудившись, Агапий видит, что цепи с него спали и двери отверзты. Тогда святой понял, что это сделано чудодействием Богородицы, и потому тотчас же без всякого препятствия, вышедши из дома агарянина, прибыл на Святую Гору к своему старцу. Но старец этот, увидев его, опечалился, ибо думал, что он тайно убежал от своего господина, и сказал ему: «Чадо!
Агарянина ты обманул, но Бога никто и никогда не обманет; в час всеобщего суда ты должен будешь отдать ответ за те сребреники, которые истратил твой господин на покупку тебя, чтобы иметь тебя помощником в своих нуждах: поэтому, если ты истинно желаешь себе спасения, иди назад к своему господину и служи ему. Поступив так, ты будешь истинным рабом Божиим и верным Его служителем; когда же Бог просветит господина твоего, он сам даст тебе отпуск».
Любящий Бога и Богом возлюбленный Агапий, приняв эти слова старца своего, как от Бога, возвратился к купившему его. Агарянин, неожиданно увидев его, удивился. «Как ты ушел от меня и почему возвратился», – спрашивал его варвар. Тогда святой подробно объяснил ему все дело. Удивился и даже изумился варвар добродетели Агапиева старца и высоте святой христианской веры, а с тем вместе смягчилась от умиления и зачерствелая душа его.
Скоро, взяв с собой Агапия и двух сыновей своих, пришел он на Святую Гору к старцу Агапиеву и просил от него себе и детям своим крещения. Будучи надлежащим образом утверждены в вере Христовой, варвары эти были крещены, а после того приняли на себя и ангельский образ и, богоугодно пожив в добродетельном подчинении сначала старцу Агапиву, а по смерти его Агапию, отошли в Царство Небесное радоваться с прочими преподобными отцами во Христе Иисусе, Которому подобает честь и поклонение во веки. Аминь.
5 МАРТА Страдание святого мученика Иоанна Болгарина[81]
Блаженный Иоанн был родом из Болгарии. Однажды случилось, что, забыв предосторожность против козней диавола, он отрекся Христа, но чрез несколько времени, придя в чувство, раскаялся в своем преступлении. В раскаянии он оставил свое отечество, прибыл он на Святую Гору и избрал себе жилищем лавру святого Афанасия: здесь находился три года в услужении у одного духовного старца, но так как совесть никогда не давала ему покоя, то он был уныл, печален и молчалив; самый этот наружный вид его показывал всем, что он потерпел какое-то величайшее зло.
Не в силах более сносить угрызений совести, он оставил Святую Гору, прибыл в Константинополь, оделся там в турецкие одежды и в таком виде вошел в мечеть святой Софии. Явившись здесь, он стал творить на себе знамение честнаго креста и молиться по обычаю христианскому, что чрезвычайно поразило находившихся там агарян. Смущенные, они подбегают к нему и с суровостью спрашивают, для чего он так делает.
Тогда блаженный небоязненно исповедал, что он христианин и как христианин творит на себе знамение крестное и покланяется Христу, Который есть истинный Сын Божий и Бог. Нечестивцы хотели было отвлечь его от этого святого исповедания, но, видя непреклонность его мысли, тотчас же обезглавили его вне двора святой Софии. Таким образом блаженный Иоанн приял светлый венец мученический от Христа Бога нашего, Которому слава и держава во веки. Аминь.
Святой Иоанн пострадал на 19-м году своей жизни, в 1784 году.
19 МАРТА Память преподобного Иннокентия Вологодского
Преподобный Иннокентий, сын боярина Охлебинина, принял иночество в обители преподобного Кирилла Белозерского; потом вместе с другом и наставником своим преподобным Нилом Сорским[82] долго странствовал на Восток и жил на св. Афонской Горе. Возвратясь с Востока в Белозерский монастырь, он недолго пробыл там и последовал за преподобным Нилом в пустыню.
Скит преподобного Нила, где, как и на св. Горе Афонской, подвизался с ним Иннокентий, находился за пятнадцать верст от большого монастыря Кириллова на берегу безвестной речки Сорки. Там поставил Нил убогую свою хижину, и невдалеке от него, так чтобы можно было подавать друг другу голос, по обычаю палестинскому поставил себе другую келью собеседник его Иннокентий; и другие отшельники мало-помалу начали к нему собираться; таким образом составился первый русский скит, образцы которого видим мы на святой Горе Афонской.
Незадолго до блаженной своей кончины преподобный Нил, предчувствуя свое отшествие к Богу, послал собеседника своего Иннокентия в пределы вологодские, на реку Нурму, и предсказал будущую славу его обители, которая должна была процвести общежитием. «Здесь же, – говорил преподобный, – как было при жизни моей, так пусть будет и по смерти: братия пусть живут поодиночке каждый в своей келье».
Исполняя предсмертное завещание учителя, погрузился он в глубину Комельского дремучего леса, с южной стороны которого еще в начале XV века поселились преподобные Сергий Нуромский и Павел Обнорский. С 1491 года преподобный Иннокентий подвизался в одиночестве, но мало-помалу собралось вокруг него пустынное стадо, которое подчинил он строгому уставу преподобного Нила; тогда соорудил для братии церковь во имя Ангела пустыни Предтечи Господня – и процветала его обитель.