Страница 49 из 67
Удовлетворившись первым ответом, который для большинства будет таким: «Я за него боюсь» или «Я тревожусь за нее», далее можно поговорить с ним о его потребности контролировать и управлять ребенком для того, чтобы реализовать чувство собственной значимости. Нередко секрет родительских проблем состоит в том, что родитель хочет чувствовать себя хотя бы для кого-то в этом мире начальником, пускай только для собственного ребенка.
В беседе с родителями лучше ориентировать их на путь изменения внешних проявлений своего поведения относительно детей. Важным поведенческим изменением будет переориентация родителей с контроля детей на проявление собственных чувств и переживаний, связанных с ребенком. Такая цель, на первый взгляд, кажется несложной. Вместо того чтобы железобетонным тоном сказать: «Не смей и думать о том, чтобы бросать учебу», лучше сесть с дочерью вечером и тихо, проникновенно обратиться к ней:
— Доченька! Я боюсь, что ты сломаешь всю жизнь, если бросишь учиться. Мне в свое время советовали закончить институт, защитить диплом. А я не захотела никого слушать, вышла замуж, времени на учебу не было, и в итоге я осталась ни с чем. Я переживаю, чтобы и у тебя так не получилось.
Казалось бы, разница невелика, но удивительно, насколько трудно некоторым родителям вместо директивных установок поделиться с детьми своими переживаниями, завершить фразу: «Я чувствую, что...».
Выражение собственных чувств бывает очень эффективным для разрешения, казалось бы, неразрешимых ситуаций. Ведь порой, если мать или отец выразят собственные переживания своему ребенку и предоставят ему право выбора, это подействует гораздо глубже, чем категоричный тон. Именно потому, что собственные чувства многими взрослыми людьми редко перед кем-то проговариваются или анализируются, чувства и переживания других остаются для них такими же непонятными или толкуются достаточно примитивно. Например, от некоторых родителей можно услышать: «Он поступает мне назло», «Она ничего не понимает». Но как только родитель сумеет раскрыть своему ребенку (в приведенном выше примере уже повзрослевшему) свои чувства, то и ему, естественно, приоткроются переживания сына или дочери. Разобравшись в них, родитель, может быть, перестанет наконец-то контролировать или тревожиться по любому поводу. Возможно, все окажется не таким уж страшным: ребенок не слишком беспомощен, а его друзья не такие уж распущенные.
В ходе беседы с ребенком родителям уместно не просто обсудить проблему чувств, а рассказать, почему так необходимо делиться ими с окружающими, дать почувствовать, что значит выражать их.
К сожалению, во многих семьях ситуация отношений родителей и детей очень часто похожа на битву при Бородино. В семье идет постоянное противостояние между двумя сторонами, боязнь в чем-то уступить. Если родитель случайно в чем-то уступил, то вскоре он старается все это с боем отвоевать. Например, в какой-то момент он упустил свое требование к ребенку приходить домой до двенадцати, и вот опять, как бы одумавшись, вновь пытается вогнать его в эти рамки. Если иногда это удается, то в следующий раз родитель утверждается в собственной позиции запрета. В основном эта война изматывающая и очень тяжелая. Если же у отца или матери хватит мужества выйти на доверительный разговор с сыном или дочерью, если у них появится возможность покаяться в своих грехах друг перед другом, приоткрыть душу и избавиться от накопившихся обид и претензий, то это может стать новым этапом взаимоотношений.
Пастырь может посоветовать родителю для такого разговора лучше выбрать спокойное время, отсутствие конфликтной атмосферы. Желательно, чтобы это был разговор один на один. Время, когда произойдет этот разговор, нужно обсудить конкретно. Это необходимо для того, чтобы выявить возможные препятствия на пути выполнения задачи, которые могут быть не замечены при поверхностном обсуждении и достаточно быстро вскрываются, когда начинается конкретное планирование.
Например, мама решается поговорить с дочерью, но оказывается, что она постоянно возвращается домой поздно. А в выходные дни родителям необходимо ехать на дачу или к больной бабушке. Таким образом, для того чтобы провести долгий спокойный разговор, нужно специально спланировать удобное для обеих сторон время. Священник, которому доверили планирование ситуации, может в значительной мере способствовать целесообразному решению этой проблемы. Когда какое-то решение принято не «в принципе», а вполне конкретно, то, во-первых, выполнить его гораздо легче, а во-вторых, анализ причины невыполнения может стать хорошей базой для более глубокого понимания причин разногласия.
Иногда человек обещает спокойно, доверительно, по душам побеседовать со своим ребенком и сказать ему о том, что он считает его взрослым. Но каждый раз, когда он видит его дома не таким, каким бы хотел видеть в идеале, у него это желание сразу исчезает. Появляется раздражение, ненависть и желание запустить в него стул.
Чрезмерно опекающая позиция родителя опасна и тем, что часто приводит к неправильной оценке собственного ребенка. Родитель начинает воспринимать свое дитя как ненормальное, а его поведение вызывает ничем не обоснованное, серьезное опасение. Порой отец или мать, обращаясь за помощью, выдвигают настолько неадекватные аргументы, что они начинают казаться просто абсурдными. Например, одна мама как-то жаловалась: «Мне кажется, что моя дочь наркоманка. Когда она возвращается поздно домой, у нее блестят глаза». А другая говорила: «Меня очень тревожит моральный образ моей дочери. Я несколько раз видела, как ее провожают молодые люди. С одним из них она целовалась».
К любому высказыванию родителя священнику стоит относиться внимательно и сдержанно, поскольку, с одной стороны, за ним может скрываться нечто иное, нежели преувеличенное беспокойство матери, а с другой, — повлиять на мнение человека, успокоить его тревогу можно только тогда, когда установлен хороший доверительный контакт, который невозможен без принятия всего того, что говорится в начале беседы.
Пастырю иногда приходится, если в нем достаточно пастырской мудрости, отказаться от роли человека, который знает ответы на все вопросы и может разрешить любую ситуацию. Здесь необходимо смирение пастыря и пастырская мудрость, которая будет состоять вот в чем. Во-первых, кроме обычных и нормальных, правильных советов о том, что необходимо усерднее молиться за дочь или сына, нужно также сказать родителю о том, что в некоторых случаях ребенку необходима помощь специалиста. И если мама или папа уже успели воспитать достаточно негативное отношение к Православию своим постоянным желанием тянуть ребенка в храм или постоянным напоминанием о его "религиозной бессовестности", и беседа со священником невозможна, то пастырь может рекомендовать в отдельных случаях обратиться к врачу-наркологу или психотерапевту.
Направление к специалистам — задача довольно сложная. Родитель, направляющий своего ребенка к врачу, часто не может найти правильного тона и способа мотивации. В большинстве случаев он угрожает или обещает: «Там тебе доктор объяснит, кто ты такой на самом деле», т.е. подчеркивает прежде всего негативные моменты, связанные с предстоящим визитом, что, естественно, отнюдь не подталкивает, а лишь подрывает доверие к отцу или к матери, а также к специалисту. Обсудив с родителем, что и как он говорит своему сыну или дочери в сложившейся ситуации, священник может постараться по возможности снять негативные и внести позитивные моменты в сам процесс объяснения необходимости визита к специалисту. Это может быть гарантированная родителем анонимность помощи. Это может быть также рассказ о чувствах и переживаниях, испытываемых родителями по поводу ребенка, разумеется, без обвинения. То есть родитель должен подчеркнуть, что он верит в собственного ребенка и любит его.
В искренности и бережности материнских слов заключена великая сила. Подумайте и прочувствуйте, насколько глубоко в сердце могут проникнуть следующие слова:
— Сынок, я тебя очень люблю и переживаю за тебя. Я знаю, что то, что ты «сел на иглу», — это случайность. Если у тебя есть желание избавиться от этого, давай постараемся все исправить, я нашла хорошего доктора, и ты вернешься к обычной нормальной жизни.
В большинстве случаев, кроме тех, когда идет речь о действительных, реальных причинах происшедшего, родитель испытывает определенную долю вины за то, что произошло с ребенком. К сожалению, большинство родителей в ситуациях тяжелых психических и социальных трудностей, переживаемых их детьми, бывают склонны поучать своих детей, критиковать их, указывать на какую-то былую свою правоту. А дети, которым и так приходится несладко, могут чрезвычайно болезненно воспринимать даже такие, на первый взгляд, безобидные замечания, как: «Я тебя предупреждал, чтоб ты с ними не связывалась» или «Тебе лучше молчать, а не рассуждать». Дети считают такие высказывания свидетельством отвержения родителей, нежелания помочь. В таких случаях, ситуациях, связанных с проявлением чрезмерной опеки, учить чему-либо уже поздно или бессмысленно. Детям нужна реальная поддержка. И спасти их от дальнейшего падения может не совет, тем более не наказание, а ощущение принятия и сочувствия со стороны родителя.