Страница 53 из 95
Не формалистика и не «большинство голосов» имеет главное значение в Церкви, а благодать чистого единодушия, привлекаемая совестью, примиренной с Богом и с Истинной Церковью.
В 1439 году на пресловутом флорентийском соборе была заключена уния с Римом, и Православие подавляющим «большинством голосов» было ликвидировано: все православные должны были подчиниться папе Римскому.
И что же?
Истинная Вселенская Церковь голосом лишь одного святителя Марка Ефесского отвергла нечестивые определения этого «собора», и Православие восторжествовало.
Так надо судить нам и о нашем, еще более злокозненном и лукавом времени почти повального отступления от Истинного Православия, когда и в Церкви возобладала какая-то лукавая, «политика», а голоса совести почти не слышно.
Вот все чаще и чаще раздаются голоса о предстоящем в скором времени «вселенском соборе».
О каком «вселенском соборе» может сейчас идти речь и чего мы можем ожидать от него при современном ненормальном церковном положении, при современном извращении умов и сердец?
Со времени пресловутого «Всеправославного Конгресса» 1923 года печальной памяти патриарха Мелетия II-го мы уже знаем, какие «реформы» замышляет провести этот «восьмой вселенский собор». И он, конечно, проведет их, ибо участвовать в нем будут только те иерархи, которые и так давно «идут в ногу с временем» – «служат не Богу, а времени» (перефразируя слова св. Афанасия Великого) – и едва ли найдется среди них кто-либо подобный святому Марку Ефесскому.
И если Сам Господь не разрушит нечестивых замыслов этих лукавых делателей-реформаторов, то дело кончится, конечно, созданием на месте «Православной Церкви», новой «лжецеркви», или «церкви лукавнующих», а Истинная Церковь Христова должна будет скрыться в пустыню, как та апокалиптическая жена, облеченная в солнце, которую видел Тайновидец святой Иоанн Богослов (Апок.12).
Где будем тогда мы с вами, братие и сестры?
Уже теперь надо решать этот вопрос, ибо «время близко» (Откр.22,10).
В самом опасном положении окажутся тогда те из нас, у кого гибкая совесть, кто стремится сделать карьеру, кто падок на деньги.
Такие не пойдут в пустыню: они неспособны к подвигу самоограничения, к скорбям и лишениям. Они, будучи весьма эластичными, легко найдут компромиссы со своей совестью, оправдывая себя всячески и извиняя самые безсовестные деяния и поступки, под предлогом какой-то особой «высшей политики», необходимой якобы «для спасения Церкви».
Вот тогда-то и откроются «тайная» многих!
Кто сейчас проходит поприще великопостного подвига только формально, не каясь искренно, по совести, и не возсоединяясь с Церковью, тот и тогда останется вне Церкви, какими бы высокими званиями и санами он себя ни украшал.
«Действо льсти» , о котором предрекал святой Апостол Павел (2 Сол.2,11) уже в полном ходу. Блажен, кто это понимает, и горе тому, кто остается слепым!
«Рече Господь: иже хощет по Мне идти, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет»
(Мк.8,34).
Великий пост – напоминание нам, что истинное христианство есть подвиг.
Великий пост есть время покаяния, а покаяние есть подвиг борьбы с греховными страстьми и похотьми, которая настолько тяжела для человека, что Сам Господь-Подвигоположник уподобляет ее крестоношению. Об этом живо напоминает нам в самой середине Великого поста неделя Крестопоклонная. Как Господь нес крест, ради нашего спасения, так и каждый из нас должен нести «свой крест», чтобы стяжать это уготованное нам Господом спасение.
Без креста, без подвига – нет спасения!
Так учит истинное христианство. Учение о подвиге, о несении креста красной нитью проходит через все Священное Писание, о нем ярко свидетельствует вся церковная история, жития святых угодников Божиих – подвижников христианского благочестия. Великий пост есть только ежегодно повторяемое упражнение в несении жизненного креста, упражнение в подвиге, неразрывно связанном со всей жизнью истинного христианина.
Но вот в 20-ом веке христианской эры появились умники – «нео-христиане» (как некоторые из них сами себя так наименовали), которые и слышать не хотят об этом. Они проповедуют какое-то новое слащавое, сентиментальное, «розовое нео-христианство», без всяких трудов и подвигов, мнимую всеобъемлющую псевдо-христианскую любовь и невозбранное наслаждение всеми благами здешней временной земной жизни.
Они вовсе игнорируют все безчисленные места Священного Писания, которые сильно и красноречиво говорят о подвиге, об уподоблении Христу-Спасителю в самораспятии и о многих скорбях, ожидающих христианина в этой жизни, начиная со слов Самого Христа-Спасителя, сказанных ученикам на Тайной Вечери: «В мире скорбни будете» (Ин.16,33). И это потому, что как Сам Господь пояснил, истинные христиане – «не от мира» (Ин.15,19), так как «весь мир лежит во зле» (1 Ин.5,19). Вот почему христиане и не должны любить этого мира и «того, что в мире» (1 Ин.2,15). А «дружба с миром есть вражда против Бога» и «кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (Иак.4,4).
Эти современные умники как-будто не видят того, что Слово Божие решительно нигде не обещает христианам полного духовного удовлетворения и райского блаженства в этой земной жизни, а как раз наоборот – подчеркивает, что жизнь на земле все дальше и дальше будет отходить от Закона Божия; что люди все ниже и ниже будут опускаться в нравственном отношении (2 Тим.3,1-5); что «все хотящие о Христе Иисусе благочестно жити, гоними будут, а злые люди и обманщики будут преуспевать во зле вводя в заблуждение и заблуждаясь» (2 Тим.3,12-13); и что, наконец, «земля и все дела на ней сгорят» (2 Петр.3,10), а явится «новое небо и новая земля, на которых будет обитать правда» (2 Петр.3,13), – тот дивный «новый Иерусалим, сходящий от Бога с неба» , который был показан Тайновидцу Иоанну в Откровении (гл. 21-я).
Все это «нео-христианам» – не по душе. Им хочется блаженства здесь, на этой обремененной многими грехами и беззакониями земле, и они с нетерпением ждут этого блаженства. Одним из вернейших путей к достижению этого блаженства представляется им «экуменическое движение» – объединение и соединение всех людей в одной новой «церкви», куда войдут не только римо-католики и протестанты, но и иудеи, и магометане, и язычники, оставаясь каждый при своих убеждениях и заблуждениях. Мнимая христианская любовь, во имя этого будущего блаженства людей на земле, должна попрать Истину.
Гибель этой земли, со всем, что на ней, хотя она и ясно предречена Словом Божиим, представляется им чем-то неописуемо-страшным, будто бы даже несогласным со всемогуществом Божиим, и, по-видимому, весьма нежелательным. Они соглашаются, скрепя сердце, признать это (ибо как не признавать совсем того, о чем предсказано в Слове Божием), при условии, что это произойдет где-то далеко-далеко, в туманной глубине… не веков, а многих миллионов лет.
Отчего это так?
Можно полагать: оттого, что они слабо веруют или вовсе не веруют «в воскресение мертвых, и жизнь будущего века».
Для них всё – в этой земной жизни, и с нею для них все кончается!
В некоторых своих пунктах – особенно в ожидании наступления блаженной жизни на этой земле – такое умонастроение весьма сближается с весьма распространенной в первые века христианства ересью «хилиазма» – ожиданием тысячелетнего Царства Христова на земле, и потому может быть названо «нео-хилиазмом».
Но надо знать и помнить, что хилиазм осужден на Втором Вселенском Соборе в 381 году, а потому придерживаться его в 20-м столетии, хотя бы частично, совсем непростительно. Кроме того, этот современный «нео-хилиазм» гораздо хуже древней хилиастической ереси, ибо в основе его лежит, несомненно, неверие в «жизнь будущего века» и страстное желание получить блаженство здесь на земле, пользуясь всеми усовершенствованиями и достижениями современного материального прогресса.
Это лжеучение приносит страшный вред, усыпляя духовную бдительность верующих и внушая им, что до конца мира еще очень далеко (если только он вообще будет?!), а потому нет надобности особенно «бодрствовать и молиться», к чему постоянно призывал Христос-Спаситель Своих последователей (Мф.26,41), так как в мире все идет постепенно к лучшему и лучшему – духовный прогресс «идет в ногу» с материальным. А те жуткие явления современности, которые мы наблюдаем сейчас, это все – временное, это бывало и раньше, и все это, в конце концов, минует и заменится необыкновенным разцветом христианства, в чем экуменизму будет, конечно, принадлежать главное почетное место.