Архим. Виктор (Мамонтов)

«Мы контактируем», – говорят люди мира сего. Это значит: «поддерживаем функциональные отношения между людьми». Жизни нет, мертвечина, как манекен. Это не в радость. В церкви, наоборот, говорят: «община, общение». А мир не понимает, что это такое.

Сейчас должна идти борьба за жизнь. Не борьба с мнимыми врагами, которые за океаном или где–то еще, а борьба за жизнь, потому что жизнь уходит, и остаются призраки. А надо жить. Не нужно человеку превращаться в призрак. Призрак может создать других призраков, и т. д. Такие страшные вещи происходят, что этот мир не может не породить такое богомерзкое существо, как антихрист. Он родится в этом мире, который лежит во зле. То, что копится сейчас, даст свой всплеск.

Как подготовить ребенка к вхождению в этот мир? С самых первых дней надо научить его жить со Христом. Если он этому научится, если на первом месте в его жизни будет Бог, а не что–то другое – пища, наука, спорт, он сам, тогда устроится его жизнь, и он сможет устоять этом мире в правде и истине.

Не следует допускать такой мысли, что есть зависимость от обстоятельств. Если мы скажем, что человек – продукт общества, частичка этого общества, это будет неправда. Человек не может быть частичкой. Он – целое, он цельная личность, и он – от Бога. Его не общество творит, а вышел он из рук Божиих, и с Богом он должен творить жизнь. Если он с Богом, он творит жизнь вечную уже в этом мире. Если без Бога, он создает социум со всеми его законами, которые в лучшем случае могут только придержать зло, но не искоренить его.

Этот мир может только посадить преступника в тюрьму, за решетку, а заниматься его сердцем президент или различные институты воспитания не будут. Но человек должен знать, что фатальной зависимости от обстоятельств нет, что он свободен и может, живя в мире разлияния зла, не впускать в себя зло. Вот образ обхождения в этом мире: живя в мире зла, насилия, не впускать зло и не быть самому его проводником. Если человек говорит, что: «я таков, потому что мир таков», то он показывает тем самым свое рабство, а не свободу.

На всякое понижение нравственного уровня человек должен ответить только его повышением. Таково правило жизни. Если его не придерживаться, то будут бесконечные войны, убийства, насилия. И мир не преобразится. А человек может исправлять этот мир только любовью.

Сын Божий пришел в этот мир, чтобы его спасти. Чтобы жить, нужно впустить Христа в свою жизнь и жить вдвоем.

Одна женщина пришла к полному отчаянию в минуту лютых страданий, когда все было разрушено в ее жизни: умерла мать от рака, погиб муж в автомобильной катастрофе, она осталась без работы, без средств к существованию. Веры в ее сердце тоже еще не было. И вот в это время ее посетил Господь. Там, где она находилась, она почувствовала Его реальное присутствие. Она заплакала от умиления и просто сказала: «Господи, давай жить вдвоем!». Ее жизнь в этом мире продолжается. Господь послал ей второго мужа, хорошего человека. Бог шел ей навстречу, и она не отвернулась от Него, а пошла навстречу. Он стал жизнью для нее и для ее новой семьи.

Только таким образом могут быть разрешены все проблемы жизни – должен быть духовный подход, а не политический. Политический подход затрагивает только одну сторону жизни. Мы, конечно, не можем обходиться без государства, но должны прекрасно понимать и его природу, и его опасность. Кроме положительного значения, оно имеет и отрицательное, которое заключается в том, что государство не терпит личности. Оно имеет дело только с толпой. А это – богоборческое направление.

Бог общается не с массами, а лично с каждым человеком. И эта встреча происходит у каждого в свое время. Если бы христианство было бы идеологией, то сейчас уже весь мир был бы христианским. Потому что идеологию можно навязать насильно. Мы знаем такие «вывихи» в истории христианства, когда его именно так и воспринимали. В каком–то смысле, христианство должно быть тотальным, т. е. всемирным, потому что «во всю землю изыде вещание их»28. Но – не в том смысле, в каком это понимала Римская империя и прочие великие державы, не тоталитарно. Мир во Христе преображается, но вовсе не перестраивается.

Мне очень не нравилось в минувший период слово «перестройка». Я даже написал маленькую статью, в которой возразил: «не перестройка, а преображение». Перестройка напоминает производственный термин. А речь шла о душах людей. Конечно, нужно и о материальной жизни людей заботиться. Но эту заботу опять поставили на первое место и забыли о том, что нужно было начать с преображения душ. Когда сейчас власти заигрывают с церковью, то это не есть желание воцерковиться, а стремление использовать церковь в своих интересах.

Вопрос духовного преображения жизни – самый актуальный. Он должен возникнуть в душе каждого человека. Начинать нужно с себя, не надеясь, что кто–то за меня это будет делать. И так каждый – должен начать с себя. Если человек начнет приближаться к Богу, то мы в этом движении сможем встретиться на одном пути. Если я иду к Богу, а кто–то – идет в противоположную сторону, то встречи не произойдет. В этом случае мы только создадим общество, где есть вражда различных партий, группировок. Мы не сможем умирить этот мир.

И.Г. Сейчас я вспомнил одно из своих первых сознательных религиозных переживаний. В четырнадцать лет я впервые попал во взрослую больницу. Там оказались очень интересные люди. Один еще довольно молодой человек был убежденным коммунистом из Латинской Америки. В их стране была запрещена пропаганда марксистских идей. Его привезли лечиться, т. к. за свои убеждения он был страшно изувечен на родине. Он рассказывал, что новых членов для своей организации они находят в тюрьмах. «Мы разговариваем с людьми, сидящими в тюрьмах, и объясняем им, что они ни в чем не виноваты. Виновато общество, которое их сделало такими. Вы должны повернуть свою энергию на разрушение этого общества. Это будет вашим оправданием». Он рассказывал: «Они нам охотно верят и становятся коммунистами». Все очень просто: ты ни в чем не виноват, ответственность снимается.

Для меня его слова были откровением, поскольку в то время я не задумывался о коммунизме. Мы все жили в этой среде и ее почти не замечали. И вот тогда я остро ощутил эту неправду. Если человеком можно так манипулировать и так легко из плохого человека, который ворует, убивает, сделать хорошего, то человек ничего не стоит, он не нужен вообще. Значит, должно быть что–то сверх того. Помню, что впервые ясно увидел ложь той системы, марксизма, и в то же время ощутил жажду встретиться с Тем, Кто может сделать человека Человеком – по–настоящему, с большой буквы.

О.В. Да, любое государство всех времен и рас построено на лжи, потому что основание его жизни – человек, а не Бог. Ставка делается на сильную личность: диктатора, императора, который устроит хорошую жизнь. Все основано на соблюдении закона: если ты внешне соблюдаешь закон, то ты порядочный человек. Если ты, допустим, украл малость какую–то из кошелька человека, и это не будет замечено государственным законом, ты всегда будешь в глазах общества честным человеком.

И.Г. Это, батюшка, уже немного архаическое представление. Еще Марк Твен, в конце XIX века, заметил, что жизнь изменилась. Ему принадлежит такая горькая шутка: «Если ты украдешь булку, тебя посадят в тюрьму. А если ты украдешь железную дорогу, тебя посадят в сенат».

Бегство в монастырь?

И.Г. Отец Виктор, многие люди считают, что ребенка лучше ограждать от этого мира, лежащего во зле. Некоторые родители начинают ребенка с детства готовить, например, к карьере священнослужителя или к поступлению в монастырь. Не потому, что к этому призвание – редко бывает, что у человека в два–три года видно призвание, – а чтобы оградить его от мира.

Несколько лет тому назад одна церковная женщина привела ко мне сына–отрока и сказала: «Я готовлю его к поступлению в монастырь». Она хотела, чтобы с ним занимались историей. И она четко определила границы: «Вот этому его надо учить, а это ему не нужно, потому что в монастыре не пригодится». Такую программу жизни для сына она успешно реализовала. Недавно я узнал, что он уже иеромонах в Троице–Сергиевой Лавре.

О.В. Человек ограждается от зла не тем, что уходит в монастырь. И в монастыре действуют темные силы. Антоний Великий уходил в пустыню и подвергался таким нападениям темных сил, что они его избивали до полусмерти. Зло остается в этом мире, оно не может восходить к Богу. Поэтому оно ранит людей. Силы зла всюду присутствуют в этом мире, от них не скроешься в монастыре. Но нужно уметь противостоять злу в любых обстоятельствах жизни: и в монастыре, и в миру. Нужно понять простую истину, что Бог – на всяком месте. Следовательно, нужно искать не место, не монастыри, а искать Христа.