Страница 36 из 114
Откуда бы ты, говорит, мог узнать это и покрыться таким стыдом, если бы не предался крайней невоздержности и не пренебрег Моею заповедью?
4. Обрати, возлюбленный, внимание на преизбыток благости Божией: Он ведет с ним (Адамом) речь, как друг с другом, и упрекает его за нарушение Своей заповеди. Кто возвести тебе, яко наг сей, аще не бы от древа, егоже заповедах тебе сего единаго не ясти, от него ял еси? Не мало силы заключается и в словах: сего единаго. Разве, говорит, Я стеснил тебя в наслаждении (удовольствиями райскими)? Разве не дал Я тебе полной свободы и не отдал во власть всего, что есть в раю, заповедав воздерживаться от одного только дерева, чтобы ты видел, что находишься под Владыкою и должен оказывать некоторое послушание? Что же за безпечность такая, что ты, имея столько наслаждений, не мог воздержаться от одного этого (дерева), но так скоро нарушил данную Мною заповедь и подверг себя стольким бедствиям? Какую получил ты пользу? Не говорил ли Я об этом наперед? Не удерживал ли и не предохранял ли страхом наказания? Не сказал ли, что произойдет с вами? Не для того ли запретил вам вкушать (от древа), чтобы вы не подверглись этим (бедствиям)
Вот ты собственным опытом познал, как пагубен этот совет. Видите человеколюбие Судии? Видите несказанную .Его кротость и незлобие? Видите снисхождение, превосходящее всякое слово и мысль? Видите, как вопросом и словами: Кто возвести тебе, яко наг сей, аще не бы от древа, егоже заповедах тебе сего единаго не ясти, от него ял еси? - (Бог) хочет открыть ему двери к оправданию, чтобы явить такому грешнику Свое человеколюбие. Послушаем же виновнаго, что он отвечает на это? И рече, сказано, Адам: жена, юже дал еси со мною, та ми даде от древа, и ядох (ст. 12). Несчастныя слова, возбуждающия великую жалость и способныя подвигнуть к человеколюбию Господа, столь кроткаго и благостию побеждающаго наши беззакония. Так как (Бог) великим Своим долготерпением потряс его душу и показал ему тяжесть греха его, то Адам, в свое оправдание говорит Ему: жена, юже дал еси со мною, та ми даде от древа, и ядох. Признаю себя, говорит, грешником; но жена, юже дал еси со мною, о которой сам Ты сказал: сотворим ему помощника по нему, - она была виною моей погибели. Жена, юже дал еси со мною. Мог ли я ожидать, что подвергнет меня такому стыду та, которая для того и создана, чтобы доставлять мне собою утешение? Ты дал ее мне; Ты привел ее ко мне. Она-то, не знаю по какому побуждению, даде ми от древа, и ядох. Это имеет некоторый вид оправдания, но оно не приносит прощения.
Какого в самом деле прощения, говорит (Бог Адаму), можешь ты заслуживать, забывший Мои заповеди, и предпочевший данное женою Моим словам? Пусть и жена дала, но довольно было Моей заповеди и страха наказания, чтобы заставить тебя бежать от вкушения. Разве ты не знал? Разве не ведал? Заботясь о вас, Я для того и сказал наперед, чтобы вы не подверглись этому. Итак, хотя и жена подала тебе повод к преступлению заповеди, ты от этого не будешь безвинным. Тебе надлежало бы показать к Моей заповеди более доверия, и не только самому удержаться от вкушения, но и жене показать важность греха. Ты - глава жены; она для тебя создана; а ты извратил порядок, и не только не исправил ее, но и сам увлекся; тело должно повиноваться голове, а вышло наоборот: голова последовала за телом и высшее сделалось низшим. Так как ты извратил весь порядок, то и находишься теперь в таком состоянии, ты, который доселе был облечен такою славою. Кто достойно оплачет тебя за потерю стольких благ? И во всем том, что с тобою произошло, не вини никого другого, кроме самого себя и своей безпечности. Если бы ты не захотел, жена не могла бы довести тебя до этой погибели. Она тебя не упрашивала, не уговаривала, не соблазняла.
Она только подала, и ты тотчас с такою легкостью решился вкусить, нисколько не вспомнив о Моей заповеди, но подумав, будто Я обманул тебя и не позволил вкушать для того, чтобы ты не приобрел больших благ. И с какою целью ты мог быть обманут Мною, Который излил на тебя столько благодеяний? И то самое, что Я предварил вас и заповедал воздержание, чтобы вы не подверглись настоящему бедствию, и это какое было благодеяние! Но ты, вменив все это ни во что, вот на опыте узнал тяжесть своего греха. Итак, не приписывай вины одной жене, но - и своей безпечности.
5. После того, как всеблагий Господь довольно побеседовал с Адамом и тот сделал признание во грехе, сложив, как он думал, вину на жену, - смотри, какое опять употребляет (Господь) снисхождение, как удостоивает и жену ответа пред Собою. Рече, сказано, Бог жене: что сие сотворила еси (ст. 13)? Ты слышала, говорит, что муж слагает вину на тебя и все приписывает тебе, которая дана ему в помощь и для того создана, чтобы доставлять ему утешение, какое только можешь, как подобная ему и имеющая общую с ним природу. Зачем же ты это сделала, жена? Для чего стала и для себя и для мужа виновницею такого стыда? Какая вышла тебе польза от такого невоздержания? Какая тебе прибыль от обольщения, которому ты поддалась добровольно и в котором сделала участником и мужа? Что же жена? Змий прельсти мя, отвечала она, и ядох. Смотри, и она объята великим страхом и оправдывается в совершенном грехе. Как муж думал сложить вину на свою жену, говоря: жена принесла и дала мне, и я ел, - так и она, не находя никакого убежища, признается в сделанном и говорит: змий прельсти мя, и ядох. Это злое, говорит, животное причинило нам такую погибель; его пагубный совет поверг нас в такой стыд, оно обольстило меня, и я ела. Не пройдем, возлюбленные, этих слов без внимания, но разсмотрим тщательно, чтобы получить нам отсюда великую пользу.
Суд здесь страшный и полный ужаса, и надобно выслушать внимательно все, что ни говорится, собрать из этого великое сокровище для ума. Смотри, и муж говорит: жена, юже дал еси со мною, та ми даде, и ядох. Нет никакого принуждения, никакого насилия, видно произволение и решимость: только даде, не принудила, не заставила насильно. И жена опять в свое оправдание не сказала: змий принудил меня, и ядох, - но что? Змий прельсти мя; а уступить или не уступить обольщению было в ея власти. Змий, говорит, прельсти мя. И точно, враг нашего спасения, действовавший и давший совет посредством этого лукаваго животнаго, обольстил (жену), т.е. не принудил и не заставил насильно, но привел в дело обман свой чрез гибельный совет, так как нашел, что жена легко может принять обман, не заслуживающий никакого извинения. Змий прельсти мя, и ядох. Смотри же, как всеблагий Господь довольствуется их словами и ничего более не принуждает их говорить. Ведь и об этом Он спрашивал не потому, чтобы не знал: Он знал, и совершенно знал, но для того, чтобы показать Свое человеколюбие, Он снисходит к их немощи и призывает их к исповеданию греха. Поэтому Он больше ни о чем и не спрашивает. Надлежало знать и вид обмана; но чтобы нам показать, что вопрос (жене и мужу) сделан не по незнанию, Бог удовлетворяется тем, что сказано ими.
Сказав: змий прельсти мя, и ядох, жена этим указала на то гибельное внушение, которое она приняла от диавола чрез змия, т.е. что после вкушения будете яко бози. Видели вы, с какою тщательностью был вопрошаем Адам? С каким снисхождением введена в судилище и жена? Как оба они оправдывались? Посмотрите теперь и на преизбыток несказаннаго человеколюбия Судии. Когда жена сказала: змий прельсти мя, и ядох, то (Бог) уже не удостоивает змия и ответа, не дозволяет ему оправдываться и не спрашивает его, как (спрашивал) мужа и жену; но, приняв от них оправдание, устремляется на него, как на виновника всех зол. И поелику Он, как Бог, ведущий и сокровенное, знал, что змий служил орудием козней и злобы диавола против человека, то чтобы ты познал Его благость к людям, по которой Он, хотя и знал это, говорил однако одному: где еси? кто возвести тебе, яко наг еси? - другой: что сие сотворила еси? - не так поступает в отношении к лукавому этому зверю, но как? И рече Господь Бог змию: яко сотворил еси сие. Видишь различие? Жене сказал: что сие сотворила еси? - а змию: яко сотворил еси сие. Так как ты, говорит, сделал это зло, подал этот гибельный совет, послужил орудием столь великой злобы, до того изострил (жало) зависти против созданного Мною, то проклят ты от всех скотов и от всех зверей земных; на персех и чреве ходити будеши и землю снеси вся дни живота твоего.