Страница 20 из 29
Касательно мироправления, самый важный вопрос есть следующий: как совместить управление Божие со свободой человеческой? Что здесь не нарушается свобода человеческая, это доказывает собственный опыт каждого, собственное сознание. И поелику собственное сознание лучше всех доказательств, то, опираясь на своем сознании, человек всегда будет верить, что Бог управляет им, и что через это свобода его не нарушается. Неудивительно, что мы тайны сей не знаем, ибо не знаем всего мира; если бы и мир знали, то Существа Божия не можем знать. Мы знаем управление Божие над главнейшей частью мира, и притом и над сею частью знаем управление Божие только по отношению к настоящему и прошедшему ее состоянию, а отношений к будущему не постигаем.
Впрочем, разум и здесь может указать на следы возможности совмещения управления Божия со свободой человека. Именно: а) отношение наших сил во многом зависит от сил физических. Каждое разумное существо, или, скажем ближе, человек, окружен со всех сторон силами других существ так, что, сколь ни свободен, однако же во многом зависит от других. Все почти наши познания приходят к нам отвне; почему же не допустить, что первоначальный источник их в Боге, а существа, нас окружающие, суть проводники их? б) Притом, глубина нашей души для нас недосягаема. Мы сознаем, что многое происходит в нас не от нас; возникновение в душе нашей мыслей, желаний и чувствований - этот закон assotiatio idearum - от нас не зависит. Вообще, наша свобода есть точка, зыблющаяся в пучине тварей; наша самостоятельность есть только полусамостоятельность.
Сими и подобными соображениями разум проясняет себе ту истину, как мироправление Божие совмещается со свободой человеческой.
Не противоречат ли мироправлению Божию несовершенства мира? Но в чем они состоят, или какие они? 1) Зло метафизическое: оно состоит в ограниченности тварей и есть с одной стороны необходимое, а с другой - оно есть основное начало прочим недостаткам. 2) Зло физическое, состоящее в болезнях и других бедствиях. 3) Зло нравственное.
Какой первоначальный источник всякого зла? Первый и главный источник недостатков мира есть закон многоразличия в единстве и единства в многоразличии; многоразличие не может быть без столкновения, и притом такого, из которого происходит в вещах даже противоположность. Но многоразличие сие необходимо в мире, который состоит из многих существ; оно не могло бы быть тогда, когда бы мир был только одно существо, имеющее отношение к одному Богу. Поелику же мир состоит из многих существ или же тварей, то все твари не имеют того, что есть в Боге, а каждая тварь не имеет того, что есть во всех других тварях. Второй источник недостатков есть противоположность двух составных частей мира - мира духовного и физического. Эта противоположность необходима, ибо для духовного нужно физическое и, наоборот, для физического духовное. Но поелику из сей противоположности необходимо рождается столкновение, то опять происходит то, что есть в одних существах, того нет в других, то есть происходят несовершенства или недостатки. Третий источник зла - свобода нравственных существ. Невозможность грешить при свободе возможна только для ума всесовершенного, всезнающего. Но для ума несовершенного, ограниченного, всегда есть область тьмы; для воли ограниченной всегда есть область зла. Таким образом, если бы мы даже не согрешили, то была бы возможность пасть.
Против зла метафизического разум не восстает; что говорит он о зле физическом? Он говорит, что оно - следствие злоупотребления. И действительно, многих болезней и бед не было бы, если бы не было греха. Впрочем, должно сказать, что все теодицеи человеческие не успокаивают и не удовлетворяют уму. Взгляд на мир более смущает, нежели успокаивает философские теодицеи. Истинная теодицея есть одна христианская религия: краткое, простое и самое глубокое учение ее о том, что эти зла суть самые временные, что их прежде не было и потому в вечности их не будет, - спасает честь Промысла. Священное Писание говорит нам, что повреждение есть не в одних существах свободных, как думали люди, а во всех тварях, и что источник его был сперва в злых духах, а потом в человеке. Как смотрит Бог на сии недостатки? Разум говорит, что Он употребляет к истреблению зла средства естественные, как то: воздвигает особенных мужей, и прочее. Но религия признает эти средства недостаточными; она говорит, что для восстановления мира Бог послал Сына Своего, и что Он избавил всю тварь. При сем взгляде на мир все возражения делаются мелкими. Христианская религия поступает безпристрастно; она не боится, подобно философии, признать мир во всех частях поврежденным; не боится, что бездна зла велика, потому что представляет достаточные средства.
С этой точки должно всегда смотреть на послание Сына Божия в мир, то есть должно помнить, по словам Павла, что Христос пришел возглавить всяческая, что Он примирил мир небесный, земной и преисподний, словом, всю природу. Против мелких возражений на несовершенства мира может служить басня Вольтера о мыши, попавшей в пышный дом и в тесном уголке своем начавшей рассуждать о совершенстве всего дома. Мы также занимаем тесный уголок большого дома - мира, и из него дерзаем судить о всем мире; наше временное пребывание на земле есть еще младенчество, и потому хорошо заметил один писатель, что духи совершенные смотрят на нас так, как мы смотрим на животно-растительных или же земноводных; мы мало отросли от земли, далеко отстоим от неба. Василий Великий о зле говорит, что оно не могло произойти от Бога. Если же так, то откуда произошло зло, когда сначала не было зла? Значит, оно произошло от чего-то противного ему? Нет! Оно произошло не от противного ему добра, а от чего-то среднего, a quodam indifferenti, ибо произошло от человека в то время, когда он не был еще совершенно ни добр, ни зол – erat indifferens. Беды физические, можно сказать, не суть настоящее зло, ибо многие не от нас происходят (ни сей согреши: Ин. 9; 3), а следовательно, со временем пройдут. От того-то, вероятно, Бог, особенно в Ветхом Завете, не стыдится выражаться по-человечески, называя себя источником зла.
Например, в книге Второзаконие, запрещая смеяться над людьми с физическими недостатками, Он говорит: "не Я ли сделал глупаго...", и прочее. У пророков Он часто говорит: Аз наведу злая (4 Цар. 21; 12), и тому подобное.
Какую услугу оказала христианская религия учением о сотворении и Промысле? Ту, что она ниспровергла неправильные понятия о мире, опасные для нравственности, и представила мир, по его бытию и действиям, совершенно подчиненным Богу. Нам с младенчества внушали сию истину, и потому мы привыкли к ней; но с первого раза уму человеческому трудно было дойти до нее. Казалось, к этому мог приводить философов закон единства, но и он не защитил самого Платона от дуализма. Читая сочинение блаженного Феодорита о Промысле, кажется, что все сказанное им слишком просто, но до сей простоты не достиг самый ум человеческий и партии философов, кои извращали учение о Промысле. Сам Цицерон в своих "Записках Академических" весьма усиливается, желая доказать divinam providentiam. Кроме того, учение христианское ниспровергло судьбу, на которой помешан весь мир древний; никто ее не понимал, а все к ней обращались. В VII веке эту судьбу поставил у престола Божия Магомет, а ныне некоторые немецкие философы начали учить что-то похожее.
Знаком ли народ наш с этим учением? Что все от Бога, и что все Им управляется, народ с этим весьма знаком; но учение Моисея мало ему известно. Что в мире все управляется Богом, это известно простому народу до излишества; он не знает управления естественного, а всего ожидает от сил сверхъестественных. Это потому, что он не знает природы, и что средств естественных у него мало. Поэтому в болезнях, по недостатку врачеваний естественных, он тотчас обращается к Богу - к способу лечения сверхъестественному.
О путях Промысла Божия в жизни человеческой
Господи упование мое от юности моея. В Тебе утвердился от утробы, от чрева матере моея. Ты ecu мой покровитель: о Тебе пение мое выну. (Пс. 70, 6)