Страница 28 из 40
Мысль о ней могла промелькнуть в моей голове и, согласно теории передачи мысли, могла от меня сообщиться уму мисс Ангус, но я никогда не думал о костюме Мариот. 8. Нижеследующий факт имел место в том же городе. Дама, сообщившая мне его, хорошо мне известна, и факт этот устно был подтвержден мне самой мисс Ангус, которой дама, ее племянник и все, их касающееся, было совершенно незнакомо.
«Я очень беспокоилась, будет ли мои племянник в этом году послан в Индию, и по этой причине сказала мисс Ангус, что я думаю об одной вещи и прошу ее посмотреть в кристалл. Она посмотрела, но тотчас же отвела свои взоры и стала смотреть в окно на море, говоря: «Я видела так явственно корабль, что подумала, что это отражение». Потом она снова стала смотреть в кристалл и сказала: «Это громадное судно, и оно проходит близ высокой скалы, на которой стоит маяк.
Я не могу рассмотреть, кто есть на судне, но небо очень ясно и голубого цвета. Теперь я вижу большое строение, что-то вроде клуба, и перед ним толпа людей сидящих и ходящих. Я думаю, что это, должно быть, какая-нибудь чуждая страна, так как люди одеты очень легко и там, по-видимому, очень жарко. Я вижу молодого человека, сидящего на стуле с протянутыми вперед ногами; он не говорит, но, кажется, слушает что-то.
Он брюнет, строен, не очень большого роста, с черными и резко очерченными бровями». Я не имела удовольствия раньше встречаться с мисс Ангус, и она ничего не знала о моем племяннике, но тем не менее описанный молодой человек совершенно походил на него как своей наружностью, так и своей манерой сидеть». В отношении этого случая гипотеза передачи мысли вполне достаточна.
Дама думала о своем племяннике в связи с Индией, и нет основания заключать о пророческом характере вызванного образа, (см. Ann. des Sc. psych. 1898 г., № 3; сн. «Ребус». 1898 г., № № 45-47.) 3. Духовное прозрение Чистое, просвещенное свыше око пустынных старцев видело мысли людей, презирало в будущее, созерцало светлый мир добрых ангелов, проникало и в темный мир духов злобы.
Мы можем указать на преподобного Анувия, который подробно рассказывал мысли, желания и образ жизни посетителей, приходивших к нему, который не раз видал ангелов и демонов, видел и светлые обители рая, и мрачные затворы ада («Чет-Мин.» июня 5); на преподобного Нифонта, который видел, как души разлучаются с телами («Чет-Мин.» дек. 23); на преподобного Андрея, который видел в храме, как Матерь Божия молится за род человеческий («Чет-Мин.» окт. 1)
; на преподобного Пахомия, который не знал греческого языка, но, при помощи свыше, вдруг стал понимать инока грека, пришедшего к нему; и отвечать ему на греческом языке («Чет. – Мин.» мая 15); или на преподобного Ора, который в пустыне читал, никогда не учившись читать («Чет-Мин.» авг 7). Таких примеров так много, что о них можно было бы написать целую книгу.
Вот еще выдающиеся случаи духовного прозрения. 1. Преподобный Зосима, Соловецкий чудотворец, прибыв в Новгород ходатайствовать за свой Соловецкий монастырь, от которого слуги новгородских бояр отнимали угодия, необходимые для содержания братии, приглашен был к обеду знаменитой в то время Марфой, посадницей новгородской, которая вместе с некоторыми боярами, по неразумию, своекорыстью и гордости, не благоприятствовала основанию монастыря на Соловецком острове.
Во время трапезы, осмотрев сидящих, преподобный видит, что шесть знаменитых бояр новгородских сидят без голов. Пораженный этим видением, он прослезился и не мог вкушать ни пищи, ни пития. Никому он в это время ничего не сказал, но после открыл эту тайну ученику своему Даниилу. Вскоре видение прп. Зосимы оправдалось совершившимся событием: Новгород был взят царем Иваном Васильевичем, и те бояре, которых преподобный видел без голов, были казнены; сама Марфа была сослана в заточение, дом ее был разрушен, и самое место запустело («Чет. – Мин.», 17апр.). 2.
Феодор Новгородский, Христа ради юродивый, отличен был от Господа особенным даром прозорливости. Он с молодых лет отрекся от родства и от постоянного жилища; в жестокие морозы ходил босой и полунагой по улицам торговой стороны, переносил насмешки и оскорбления от дерзких людей; все, что получал от добрых и сострадательных людей, раздавал бедным. Господь наградил его за добровольные страдания даром прозорливости.
Случалось, что он повторял всем встречным: «берегите хлеб», и наступал голод; в другое время говорил, указывая на известные улицы: «тут чисто будет, хорошо будет сеять репу», и вскоре пожар опустошал эти улицы. (См. «Краткие очерки ис-тор. русск, церкви», Москва. Изд. 1890 г., стр. 116.) 3. Однажды к преподобному Димитрию Прилуцкому пришел родной брат его, переяславский купец.
Он торговал неудачно и впал в долги, два раза он приходил к брату подвижнику за благословением и после первого раза уплатил долги, а после второго разбогател. Но когда пришел в третий раз, преподобный не дал благословения и советовал довольствоваться тем, что приобрел. Собиратель богатства не послушал братнего совета, отправился к диким поморам и там погиб без вести.
Занимаясь однажды работой с братией, Димитрий сказал со вздохом: «Мы, братья, строим земные тленные дела, а великий князь Димитрий уже не печется о суетной жизни». Через несколько дней пришло известие, что великий князь скончался в тот самый день и 1 час. (Оттуда же, стр. 112.) 5. Укажем теперь несколько современных нам примеров духовного прозрения из жизни о. Серафима, Саровского подвижника.
Однажды является к нему за благословением в далекий путь один господин, который был очень добр, только о св. иконах ложно думал, полагая, что иконы одинаковое имеют достоинство, как чудотворные, так и не чудотворные. О. Серафим, в первый раз видевший этого господина, благословил его и сказал: «Что, батюшка, мое грешное благословение? Проси помощи у Царицы Небесной, вот в теплом у нас соборе есть икона «Живоносного Источника», отслужи ей молебен, ведь она чудотворная; она тебе поможет».
Потом с улыбкой продолжал: «Читал ли ты, батюшка, житие Иоанникия Великого? Я советую тебе прочитать. Это был очень добрый и хороший человек, да только сначала в иконах-то заблуждался, как и ты». После того еще дал ему несколько наставлений. У одного крестьянина украли лошадь. Бедный прибыл в Саровскую пустынь, и, увидев там одного инока, бросился к нему в ноги и сказал: «Батюшка! Ты что ли Серафим?
» – «Я не Серафим, – отвечал ему инок, – а на что тебе он?» – «Да говорят, он угадывает, – отвечал простодушный крестьянин, – а у меня лошадь украли». О. Серафим в это время подле своей кельи складывал дрова в поленницу. Когда инок указал крестьянину о. Серафима, крестьянин бросился ему в ноги. О. Серафим поднял его и ласково спросил: «Что ты пришел ко мне, убогому?
» – «Батюшка, – отвечал крестьянин, – у меня лошадь украли, и я теперь без нее совсем нищий, а ты, говорят, угадываешь». О. Серафим взял его за голову, и, приложив ее к своей, сказал: «Огради себя молчанием и поспеши теперь в село (он назвал ему это село), и когда будешь подходить к селу, то свороти с дороги вправо, и пройди задами четыре дома, там ты увидишь калитку; войди в нее, отвяжи лошадь свою от колоды и выведи молча».
Крестьянин по такому указанию, действительно, нашел свою лошадь. Подобных примеров в жизни о. Серафима было очень много. Вот еще один: любимый им инок, о. Иоанн, услышав от других, что о. Серафим бывает иногда в духовном восхищении и видит обители небесные, пришел к нему, чтобы узнать об этом от него обстоятельнее. Только что он хотел просить его, как в ту же минуту о.
Серафим закрыл уста его своей рукой и сказал: «Огради себя молчанием». Потом начал ему говорить о пророках, апостолах, мучениках и других святых; потом несколько раз повторил ему: «Радость моя! Молю тебя, стяжи мирный дух», и затем сказал: «Вот я тебе скажу об убогом Серафиме; я усладился словом Господа моего Иисуса Христа, – где он говорит: в дому Отца Моего обители многи суть.
На этих словах Христа Спасителя я, убогий, остановился, и возжелал видеть оные небесные обители, и я был восхищен. А о той радости и сладости небесной, которую я вкушал, сказать тебе невозможно». За этими словами старец вдруг замолчал; глаза его закрылись; голова поникла вниз; лицо просветлело; на устах и на всем лице выражалась необыкновенная радость.