Страница 6 из 19
И возлюбит нас Благая мира всего Матерь, если умрем для греха и оживем для Бога, если духовное мученичество понесем, если изволением сотворимся мучениками (см. Рим. 6: 10 - 11). *** Апостолам было повелено испить обе сии чаши, то есть, причащаться Тела и Крови Христовых и пострадать за Христа, и они испили их. Нас же Господь не принуждает пить чашу самих страданий и смерти Его (
хотя это и необходимо для истинного христианина, если потребует время и случай), не принуждает, повторяю, чтобы мы распялись на вещественном кресте, чтобы мы были прободены копьем и гвоздями, подобно Ему, Господу нашему, и Его святым апостолам, и чтобы мы предали себя смерти. Господь знает немощь нашу, знает, что слабы и немощны, что не можем мы понести такой тяготы.
Если мы не в состоянии вынести и малой какой-либо обиды от друга или одного какого-либо хульного слова (а все это было бы угодно Христу, когда бы мы претерпели так), то как бы мы могли терпеть в том случае, если бы тело наше было распинаемо на вещественном кресте, было пригвождаемо и раздробляемо на части? Ведь даже многие святые, не будучи в состоянии понести всего этого, скрывались в пустынях, горах и пропастях земных, как, например, Григорий, чудотворец Неокесарийский, и прочие.
Итак, не принуждает нас Господь к такой нестерпимой чаше, но только желает, чтобы мы пили чашу воспоминаний о Его страданиях и смерти, то есть, чтобы мы часто причащались Божественных Тайн Тела и Крови Христовых. Тот не сын Марии, кто не мученик. Естественный Ее Сын, Иисус Христос, умер за нас. Приобщенный Ее сын, Иоанн, умер за Христа.
Так и мы, если сыновьями Ее являемся, добровольно пострадаем и умрем за Сына Божия, хоть и без крови. Добровольное же бескровное мученичество за Христа так описать можно: Идол — грех. Идольское капище — грехолюбивое сердце. Идолопоклонник — служащий греховным страстям. Идолопоклонение — страстолюбие. Мученический подвиг — сопротивление греху.
Мучитель — злой обычай греховный, или налог на грех. Слуги мучителей — помыслы скверные, ко греху влекущие. Многоразличное мучение — с помыслами скверными борьба. Отвержение Христа — соизволение на грех. Жертва идолу — исполнение замышленного греха делом. Сопротивляющийся всему этому ради любви Христовой — без крови мученик и мужественный подвижник. Такового мученика...
о, сколь Пречистая Матерь любит и на место Сына Своего ставит! *** Подобна жизнь наша водам речным, которые сладки на вкус, но которые беспрерывно текут до горести морской, и когда входят в море, тотчас сладость свою погубляют и становятся горькими, как и морские воды. Так точно и дни наши сладкими нам кажутся, ибо мы ищем в жизни сей различных сладостей или в скоропогибающих богатствах, или в тщетной мирской славе, или же в плотских упокоениях и сластях греховных; но со всем этим мы днем и ночью течем и приближаемся к горькому морю, к часу смертному.
И когда мы входим в это море, тотчас горести исполняемся, а сладости все забываем, и не приносит тогда нам никакой пользы прошедшая сладость, раз наступило горькое время, ибо не может прошедшее усладить настоящего. О, сколь многие реки текут в море! Однако море не услаждает горького естества своего, но и речные сладкие воды в свою горечь претворяет, сколь многие существуют в мире сем сладости!
Но если кто собрал бы их нее вместе и к смертному горькому часу принес бы их, то не смог бы ни одной черты и ни одной минуты горького того времени усладить, но еще более увеличил бы только горечь. Ибо вся нынешняя сладость в прелютейшую тогда претворяется горечь, и чем более кто здесь наслаждался временными благами, тем более он там огорчевается, по тому небесному слову, которое о вавилонской сладострастнице говорит: Елико прославися и разсвирепе, толико дадите ей мук и рыданий (Откр. 18: 7).
Блажен тот, кто в нынешней жизни не смеется, но плачет, не веселится о временных благах, но сетует о грехах, не сладостей суетных ищет, но горесть смерти, суда и геенны в уме носит и заботится, как угодить Богу и сподобиться вечного наслаждения в радости Господа своего. *** Есть такой вопрос: почему Господь Бог и в водной казни во время всемирного потопа, и в казни огненной во время сожжения содомлян не пощадил неповинных детей, не содеявших никакого зла, но погубил их вместе с их нечестивыми отцами, - не противно ли сие правосудию Божию?
Отвечаю: Это не есть неправосудие, но скорее милосердие Господа Бога, все на пользу строящего. Он для того с виновными отцами истребил с лица земли и неповинных младенцев, дабы последние, когда придут в возраст, не сделались каким-либо образом наследниками и подражателями злых дел своих отцов и не стали таковыми же скверными беззаконниками, как и отцы их, и дабы вечным мукам они не были потом преданы.
Потому, милосердствуя о них, Господь пресек временную их жизнь временною казнию, души же их сохранил свободными от вечных мук, в которые впали их отцы. Телом своим они погибли вместе с отцами, души же их милосердием Божиим соблюдены свободными от ада, ибо праведен есть Господь, и несть неправды в Нем (Втор. 32: 4), и Он готов прощать даже и виновных.
*** Бог не искушает злых, не испытывает беззаконных, но искушает и испытывает добрых и верных Своих рабов. Святой Климент, Римский папа, говорит следующее: «Муж зол не искушается Богом». Одинаковым образом свидетельствует о сем и Святое Писание, говорящее: Якоже искушается во огне сребро и злато, тако избранных сердца от Господа (Притч. 17: 3).
Внемлем: сердца избранных и любимых Богом праведников, а не тех, которые грешники и Богом ненавидимы, искушаются Господом; грешники разве только наказываются или казнятся Господом, по словам псалмопевца: Многи раны грешному (Пс. 31: 10). Диавол же своими искушениями нападает не только на злых, но и на добрых, хотя и часто бывает последними посрамлен; злых людей он имеет, как своих рабов, которые всегда слушаются его и творят его волю.
*** Бог искушает, любя добродетельного мужа; диавол же искушает, ненавидя его. Бог искушает любимого раба Своего, попуская на него какие-либо временные скорби и печали, чтобы очистить его от согрешений, явить его светлым и достойным небесных сокровищ; о праведных в книге Премудрости говорится так: Бог искуси их и обрете их достойны Себе, яко злато в горниле искуси их и яко всеплодну жертву прият их (Прем. 3: 5 - 6).
Диавол же искушает человека не с тем, чтобы очистить, но чтобы ввергнуть его в большие греховные скверны и сотворить его мерзостным для Бога и недостойным Небесного Царствия. Бог искушает, чтобы спасти; диавол же искушает, чтобы погубить. Бог подвергшемуся искушению от Него сплетает венец; диавол же искушенному от него готовит муки. Божие искушение вначале горько, ибо временною печалью огорчевается, а впоследствии сладко, так как удостоивается вечного наслаждения в будущей жизни.
Диавольское же искушение вначале сладко, как мед, но только на короткое время, ибо после этой кратковременной сладости настанет желчная и вечная горесть в нескончаемых муках. Итак, иное есть Божие искушение и иное диавольское, и между тем и другим столь велико различие, сколь между сладостью и горечью, светом и тьмою и елико отстоят востоцы от запад (Пс. 102: 12).
*** Тесный путь и узкие ворота ведут в Царство Небесное (см. Мф. 7: 14): каменная постель, каменное, говорю, житие, и пусть тот в сем твердо пребывает, кто хочет почить с теми, о которых говорит псаломник: Восхвалятся преподобнии во славе и возрадуются на ложах своих (Пс. 149: 5). И не иным каким-либо образом подаются сии блага, как только указанным: подвижническое на земле житие - вот ходатай небесного упокоения.
*** Если ты знаешь, что ты принял горечь печали по попущению Вседержителя, то пусть будет для тебя примером Иов, который говорит: Если благое принимаем от руки Господа, не стерпим ли злого? (см. Иов. 2: 10). Но не может быть злом то, что хотя и кажется злом, но происходит с нами по воле Господней. Ибо как Его святая воля, совершаемая в нас, никогда не бывает злой, но всегда благая и добрая, так и все, совершающееся по воле Его, есть благо, а не зло, все бывает на пользу нашу, а не на соблазн, на созидание наше, а не на разорение.
Не во все ли дни мы молимся Отцу Небесному, говоря: Да будет воля Твоя (Мф. 6: 10)? Не может благая воля Господня хотеть нам зла: Ибо говорит Господь Бог: Я не хочу смерти грешника (Иез. 18: 32). Хочет ли зла отец сыну своему, или ищет ли злополучия и беды мать для своей дочери? Так и Бог никогда не желает нам никакого зла, но всегда хочет для нас только добра и все устраивает для нашей пользы.