Страница 2 из 6
Отцу Василию поначалу не хотелось служить в митрополичьем храме, так как атмосфера, царившая в нем, показалась ему казенной, но позже, уступив уговорам архимандрита Пантелеимона, он решил там остаться. Он служил диаконом, произносил проповеди и вместе с архимандритом Пантелеимоном занимался благотворительностью. Особенно много сил приложили они для оказания помощи больным туберкулезом и создания на Эгине больницы. И это не было простой случайностью: отец Василий сам испытал опасную тяжесть этого недуга. Однажды этим двум самоотверженым батюшкам пришлось хоронить умершего от туберкулеза человека, который лежал на корабле и никто не осмеливался подойти к нему. После этого отец Василий заболел, и многие жители подозревали, что он заразился чахоткой, когда хоронил покойника. Его положили в отдельную палату эгинской больницы, и вскоре милостью Божией и заботами врачей он выздоровел.И в больнице отец Василий не оставлял своих духовных трудов. Он посещал других больных, утешал их и старался поднять их дух. Его попросили стать в больнице духовником. Отец Василий согласился и начал свое служение с постройки больничной церкви во имя святого Дионисия Эгинского. Но главной повседневной заботой его было духовное наставление и утешение больных. Он посещал их каждый день, стараясь подбодрить и укрепить в уповании на Бога. Не гнушался он и работы медбрата: лечил язвы и ушибы.
Отец Василий никогда не искал похвалы, не только не боялся ответственности, но и брал на себя ответственность за проступки других людей.Тем временем архимандрит Пантелеимон стал митрополитом Каристийским. 29 августа 1923 года он рукоположил отца Василия во священника, хотя сам отец Василий не считал себя достойным священнического сана и лишь уступил воли Владыки. Его назначили священником в построенную им больничную церковь. Он служил ежедневно сорок дней, а после этого во время Божественной литургии увидел своими глазами, как вино и хлеб пресуществились в Тело и Кровь Господа. После долгой слезной молитвы Пречистые Тайны приняли свой обычный вид, и отец Василий смог причаститься. В тот же день он отказался от должности священника в больничной церкви. С того времени отец Василий больше не совершал литургию. Он пел на клиросе и говорил проповеди.
Служение ближним
13 декабря 1923 года на Святой Горе Афон отец Василий был пострижен в великую схиму с именем Иероним. После возвращения на Эгину он обратил все свои силы на служение ближним. Особое попечение он имел о больных и бедных. Услышав, что где-то есть нуждающийся, он спешил туда и старался помочь всеми средствами. И если не мог сам, то просил милостыню, чтобы помочь ближнему в скорби или болезни. Святость его жизни привлекала к нему множество людей. Среди них были богатые и бедные, больные и здоровые, старые и молодые, но все они одинаково любили его и считали его своим духовным отцом. Отец Иероним, который для себя никогда не просил ничего, но нередко пользовался всеобщей любовью к нему для того, чтобы помогать ближним.Однажды отец Иероним привез своего друга в бедную семью, а когда они вышли из дома, спросил:- Если б я был на их месте, помог бы ты мне?- Да, отче, конечно.- Я очень тебя прошу взять на себя заботу о них. Считай, что ты делаешь это для меня.В тот же день незнакомец (слуга друга) принес беднякам несколько сумок с продуктами и конверт с деньгами.Так всегда действовал отец Иероним. Особенную заботу проявлял старец о своих соотечественниках, оказавшихся в Греции после обмена населением[ ]. Многие из них находились на грани отчаяния, но и их батюшка старался утешить и подбодрить.Отец Иероним никогда не оставлял молитвы.
Он молился о своих духовных чадах и о всем мире и настолько сроднился с молитвой, что не мог без нее провести и часа. Даже когда у него были посетители, он удалялся на 15-20 минут в келью, чтобы "отдохнуть" в молитвенном созерцании. Однажды он в третьем лице описал своим духовным детям свое состояние: "Некоторые люди не могут оставаться без молитвы продолжительное время. Часы, проведенные без молитвы, кажутся для них мучительными".Молитва наполняла беседы старца благодатью Духа Святого, и все посетители уходили от отца Иеронима утешенными и духовно укрепленными. Сложные проблемы своих духовных детей батюшка открывал Богу в молитве. Он часто говорил:- Когда я молюсь о своих братьях, то мое сердце обливается кровью из сочувствия к ним.Кроме этого старец не оставлял своих обязанностей в больнице: пел и произносил проповеди в больничной церкви, исповедовал и посещал больных. И больные ждали его прихода как Божия посещения.Архиепископ Афинский позволил отцу Иерониму каждый раз, когда он бывает в Афинах, проповедовать слово Божие в митрополичьем храме. Долгое время батюшка ездил каждое воскресенье после обеда в Афины и говорил проповеди, на которые собиралось множество народа. Там же он узнавал о скорбях своих соотечественников, чтобы затем помочь им.Свободное время старец уделял чтению святоотеческих книг.
Своим духовным детям он часто повторял:- Не оставляйте и одного дня без прочтения хотя бы страницы из книги аввы Исаака (Сирина). Я его очень люблю и считаю своим наставником. Ты, когда читаешь, почаще спрашивай себя: "А я делаю ли это?" Так ты будешь переходить от чтения к деянию. Не переставай читать, и польза придет. Когда наливаешь воду в сосуд, то он очищается.Слава об отце Иерониме быстро росла. К нему приходило все больше молодых людей, желающих посвятить себя служению Богу. Часто батюшка вел их в какую-нибудь часовню, и там они вместе служили вечерню и молились умиленной молитвой. Его духовные дети всегда просили его пойти в какую-нибудь часовню, чтобы отслужить вечерню. И чего только они не придумывали, чтобы провести больше времени на этих духовных встречах! Девушки переводили дома часы на два-три часа назад, чтобы вернуться к родителям в назначенное время и дольше пробыть со старцем. Это был единственный случай, когда отец Иероним позволял небольшое лукавство: "Заботьтесь украсть время, чтобы посвятить его духовным вещам", - говорил он.Отец Иероним знал много ремесел: строительство, плотницкое дело, мог при случае починить часы или неожиданно поразить посетителей своим умением в каком-либо ином деле.
Он никогда не оставался без работы, занимаясь разными делами, чтобы "поработить тело", и в то же время не оставлял молитвы.Он не упускал случая помочь своим трудом и своим умением нуждавшимся в его помощи. Так, он помог монахине Евпраксии, с которой познакомился еще в Предтеченском монастыре на Святой Земле, обустроиться на Эгине: в километре от Эгинской больницы он построил две кельи и Благовещенскую часовню. При всей своей занятости и обширной благотворительности он всегда оставался смиренным человеком. Часто он говорил:- Я хотел бы быть червяком на попрание всем, лишь бы не лишиться Христа моего.Однажды он ехал в Пирею на корабле "Гоиса". Как обычно, он сидел в уединении и молился. Неожиданно к нему подошел капитан и сказал:- Отче, встань и пересядь на другое место.Отец Иероним смиренно пересел. Прошло немного времени, и капитан опять приказал ему поменять место, потом снова потревожил старца. Пассажиры стали возмущаться дерзостью капитана, а он сказал:- Моя мама говорила мне, чтобы я бросал иммигрантов в море.Отец Иероним промолчал, но для себя решил больше на этом корабле не ездить. Однако вскоре ему снова нужно было ехать в Пиреи, а другого судна, кроме "Гоисы", не было. Он помолился, взошел на корабль и сел в дальний угол.
Он надеялся, что капитан его не заметит, но в какой-то момент капитан подошел к старцу и спросил:- Есть ли у тебя билет?- Да, есть.- Дай, я оплачу его.Он взял билет и вернул отцу Иерониму деньги.- Моя мама сказала, чтобы я больше не брал с тебя денег. Приходи, когда хочешь, и езжай задаром.
Жизненные испытания
С тех пор, как Церковь Греции перешла на новый стиль, отец Иероним чувствовал беспокойство, которое возрастало по мере того, как росло число новшеств в церковной среде. 23 августа 1942 года батюшка окончательно решил порвать с новостильниками и впредь придерживаться старого стиля. Он перешел в Благовещенский скит и оттуда послал уведомление митрополиту о своей отставке из больничной церкви. Это событие нисколько не повлияло на его отношения со своими духовными детьми. Он принимал всех приходящих, следовали ли они старому или новому стилю. Он никогда не принимал участия в спорах о календаре, для него было достаточно того, что он сам следует старому стилю.Однажды одна посетительница спросила его:- Отче, вы со старостильниками?- Да.- Но с кем вы (с каким синодом)?- Со всеми.- Но они ведь во вражде между собой.- Я не там, где вражда.До конца дней он оставался верен гонимой старостильной церкви.Поскольку отец Иероним умел врачевать раны, то многие обращались к нему за помощью. Во время немецкой оккупации батюшка лечил одного солдата, который, уходя, оставил в келье старца гранату. Однажды в городе батюшка увидел, как кто-то переделал такую же гранату в зажигалку. Вернувшись к себе, он взял свою гранату и начал пилой сбивать с нее гильзу. Произошел взрыв, старец был тяжело ранен, а от оглушительного звука потерял слух.