Древний патерик

9. Один брат, живший в Келлиях, возмущался от уединения. Пошел он к авве Феодору Фермейскому и рассказал ему это. Старец сказал ему: пойди, усмиряй свои помыслы: неси послушание и живи с другими. Он ушел в Гору и жил там с людьми. Но потом опять пришел к старцу и сказал: не нахожу покоя и среди людей. Старец отвечал ему: если ты ни один, ни с другими не находишь покоя, то зачем пошел ты в монашество? Не для того ли, чтобы переносить скорби? А сколько лет, скажи мне, находишься ты в монашестве? Восемь лет, —отвечал брат. Старец сказал ему: я уже семьдесят лет в иноческом образе, и ни в один день не находил покоя, а ты через восемь лет хочешь обрести покой? Услышав это, он ушел утвержденным.

10. Один брат спросил также авву Феодора: если вдруг случится чему-нибудь упасть, испугаешься ли ты, авва? Старец отвечал: если небо столкнется с землею, Феодор и тогда не устрашится. Ибо он молил Бога, чтобы ему освободиться от боязливости; поэтому тот и спросил его о сем.

11. Рассказывали об авве Феодоре и авве Лукии Еннатских, что они в продолжение пятидесяти лет смеялись над своими помыслами, говоря: после сей зимы перейдем отселе. Когда же опять наступало лето, говорили: по прошествии этого лета мы уйдем отсюда. Так делали эти незабвенные отцы во все время своей жизни.

12. Авва Пимен рассказывал об авве Иоанне Колове: молился он Богу, чтобы избавиться от страстей, и был в этом отношении беспечален. Пошел он к одному старцу и сказал ему: вот я теперь спокоен и не имею никакой борьбы. Старец отвечает ему: пойди, молись Богу, чтобы пришло к тебе искушение, ибо посредством искушений душа усовершается. Он стал молиться, а когда пришло искушение, то уже не молил Бога отнять от него борьбу, но говорил: дай мне, Господи, терпение в искушениях.

13. Рассказывали об авве Логгине, что он часто возмущался помыслами идти в пустыню. Итак, в один день он говорил своему ученику: окажи, брат, любовь, что я сделаю, потерпи и ничего мне не говори в продолжение сей седмицы. И, взявши пальмовый посох, начал ходить по двору своему и, утрудившись, немного присел; но, вставши, опять стал ходить. И, когда настал вечер, говорит своему помыслу: ходящий по пустыне не вкушает хлеба, но питается травою, ты же, по немощи своей, съешь немного овоща. И сделав это, опять говорит своему помыслу: находящийся в пустыне не спит под кровлей, но на открытом воздухе: так сделай и ты,— и, преклонившись, он засыпает на своем дворе. И так три дня ходя по своему монастырю, вечером же вкушая немного цикория, а ночи проводя на открытом воздухе, он утомился и, запретив помыслу, смущающему его, обличил его, говоря: если не можешь исполнять дел пустыни, сиди в келии твоей с терпением и оплакивай грехи свои, и не обольщайся, ибо всюду око Божие видит дела наши и ничто не скрывается от него; и Бог помогает делающему благое.

14. Авва Макарий Великий пришел однажды к авве Антонию в Гору. Когда он постучался в дверь, Антоний вышел и спросил: кто ты? Я Макарий, — отвечал он. Антоний затворил дверь и ушел, оставив старца. Но увидев терпение Макария, отворил ему дверь, приветствовал его и сказал: слышав о твоих делах, я давно желал видеть тебя. С любовью принял его и успокоил, ибо Макарий очень утомился. Когда наступил вечер, авва Антоний намочил для себя несколько пальмовых ветвей. Авва Макарий сказал ему: позволь и мне намочить для себя. Намочи, — отвечал Антоний. Макарий, сделав большую связку ветвей, намочил их. Седши с вечера, они плели, беседуя о пользе душевной. И веревка Макария20 через отверстие спускалась в пещеру. Блаженный Антоний по утру сошел в пещеру и, увидев величину веревки аввы Макария, удивился и, лобызая его руки, сказал: великая сила исходит из рук сих!

15. Шел однажды тот же авва Макарий из скита в Теренуф21 и на пути зашел ночевать в капище. В капище находились древние языческие трупы. Старец взял один из них и положил его себе под голову вместо подушки. Демоны, видя такую смелость его, позавидовали и, желая устрашить его, кликали будто женщину, называя ее по имени: такая-то, иди с нами в баню! А демон из-под Макария, как будто мертвец, отвечал им: на мне лежит странник, я не могу идти. Но старец не устрашился, а смело ударил труп и сказал: встань, если можешь, ступай во тьму! Демоны, услышав сие, громко закричали: победил ты нас! — и со стыдом убежали.

16. Авва Матой говорил: я лучше желаю себе дела легкого и продолжительного, нежели трудного в начале, но скоро оканчивающегося.

17. Рассказывали об авве Милисие: когда он жил со своими двумя учениками в персидских пределах, однажды два царских сына, братья по плоти, выехали, по обыкновению своему, на охоту; растянули сети на пространстве около сорока миль — и ловили все, что ни попадалось в них, и убивали копьями. В сети попался также и старец с обоими учениками своими. Увидя авву всего в волосах, страшного видом, они изумились и спрашивали его: скажи нам, человек ты или дух? Я человек грешный, — отвечал он им, — пришел сюда оплакивать грехи свои; поклоняюсь Иисусу Христу, Сыну Бога Живого! Дети царские сказали ему: нет другого Бога, кроме солнца, огня и воды, — которым воздавали они божескую честь. — Пойди, принеси им жертву. Старец отвечал: боги ваши — твари, и вы заблуждаетесь; но прошу вас, обратитесь и познайте Бога истинного, Творца всяческих! Ты исповедуешь Богом истинным человека, осужденного и распятого? — со смехом сказали царевичи старцу. Да! — отвечал старец, — я исповедую истинным Богом Того, Который пригвоздил ко кресту грехи наши и умертвил смерть. Но они стали мучить его и учеников его и принуждали их принести жертву. После многих мучений обезглавили двух братий, а старца после многих мучений в продолжение нескольких дней, наконец, поставили на середину между собою, как это бывает на охоте, и пускали в него стрелы, один сзади, а другой спереди.

Тогда старец сказал им: поелику вы оба вместе решились проливать кровь невинную, то завтра мгновенно, в этот самый час, мать ваша лишится вас, лишится любви вашей: вы сами своими стрелами прольете кровь друг друга. Они не обратили внимания на слова старца и вышли на другой день на охоту. Во время ловли убежала из сетей одна лань: они сели на коней и поскакали догонять ее и, пустив в нее стрелы, вонзили их друг другу в сердце — и умерли, по слову старца.

18. Брат спросил авву Пимена: отчего сердце мое слабеет, если постигнет меня хотя и малый подвиг? Старец сказал ему: как же не удивляться нам семнадцатилетнему юноше Иосифу, как он в Египте — земле идолослужителей — перенес искушение, и Бог наконец прославил его? Не видим ли и Иова: как он до самого конца не ослабевал в привязанности Богу? Искушения не могли поколебать упования его на Бога!

19. Сказывал авва Пимен: авва Исидор, пресвитер скитский, говорил однажды к собранию так: братия! Не для труда ли мы пришли в это место? А ныне здесь нет уже труда. Потому, взяв милоть свою, пойду я туда, где есть труд, и там найду покой.

20. Еще сказал: отличительный признак монаха открывается в искушениях.

21. Авва Павел великий, галатянин, говорил: монах, имеющий некоторые свои заботы в келье и исходящий из нее ради заботы о других, обольщается демонами. Я сам терпел это искушение.

22. Блаженная Синклитикия говорила: ежели живешь в общежительном монастыре, то не переменяй места, иначе это сделает тебе большой вред. Ибо если птица поднимается с яиц, они делаются болтунами и бесплодными: так и монах, переходящий с места на место, охладевает и умирает для веры.

23. Еще говорила: много у диавола острых орудий. Когда не победил он душу бедностью — приносит богатство к обольщению. Не одолел ее обидами и поношениями — расточает на нее похвалы и славу. Побежден здравием человека — тело его поражает болезнями. Ибо, не могши обольстить его удовольствиями, покушается совратить душу невольными трудами, поражает человека тяжкими болезнями с тем, чтобы чрез сие в нерадивых помрачить любовь к Богу. Но всякий раз, когда поражается тело твое или воспламеняется сильной горячкой, также томится несносной жаждой, — если ты грешник, то переноси это, воспоминая о будущем наказании, о вечном огне и казни по суду и не пренебрегай настоящими наказаниями (Евр. 12: 5), но радуйся, что Бог посетил тебя и повторяй сие прекрасное изречение: Наказуя наказа мя Господь, смерти же не предаде мя (Пс. 117: 18). Ты железо — и огонь очистит твою ржавчину. Если ты, будучи праведным, впал в болезнь, то чрез сие от меньшего преуспеваешь на большее. Ты золото — и через огонь сделался чище. Дадеся аггел (сатанин) плоти твоей (2 Кор. 12: 7) — торжествуй, смотри, кому ты уподобился? Ты удостоился части Павловой! Ты искушаешься горячкой? Наказуешься простудой? Но Писание говорит: проидохом сквозь огнь и воду, — и за тем уготовано упокоение (Пс. 65: 12). Достиг ты первого, ожидай и второго.