Древний патерик

108. Старец сказал: если ты увидишь брата согрешившего, то не приписывай ему вины, но врагу его, и говори: увы мне! Потому что как он побежден, так и я, — и плачь, ища помощи Божией и искренно сострадай падшему. Ибо никто не хочет согрешить пред Богом, но все мы обольщаемся.

109. Говорили о некоем старце, что он умирал в ските. Братия окружили одр его и стали одевать его с плачем. Он же отверз очи свои и воссмеялся до трех раз. И просили его братия, говоря: скажи нам, авва, почему мы плачем, а ты смеешься? Говорит им: в первый раз я воссмеялся потому, что вы боитесь смерти; во второй раз возсмеялся потому, что вы не готовы; в третий же раз — потому, что от труда отхожу в покой, — и тотчас старец предал дух свой Господу.

110. Старец сказал: как странноприимец не может ввести к себе странного, пока не услышит согласия на то от господина дома, так и враг, если не будет принят, то не взойдет. И так, молясь, говори: Господи, Ты знаешь все, я скот пред Тобою (Пс. 72: 22), ничего не знаю. Ты привел меня на путь спасения сего. Спаси меня Господи! Я раб Твой и сын рабыни Твоея (Пс. 115: 7). Господи! Спаси меня по воле Твоей.

111. Брат, живущий в келье, пришел к одному из отцев и сказал ему помысл, которым мучился. И старец говорит ему: ты оставил великое и честное — страх Божий — и стал держать тростниковый путь, то есть лукавые помыслы: более приобретай огня, который есть страх Божий; и как скоро помысл приходит к тебе близко, то он, как тростник, сожигается огнем. Ибо никакое зло не может одолеть имеющего страх Божий.

112. Старец сказал: если ты отделился от сущих по плоти ради Бога, то не позволяй, сидя в келье, увлекаться удовольствием, сожалея об отце или матери, или о дружбе братьев, или милуя сыновей или дочерей, или любя жену, ибо ты все оставил ради Бога. И вспоминай о часе смерти, потому что никто из них не может тебе помочь.

113. Старец сказал: два корня велики и крепки, если кто сохранит их, то благодатью Божиею победит все страсти — это иметь страх Божий в сердце своем и смиренномудрие.

114. Некий из старцев говорил: монаху приличны три сии: странничество47, бедность и молчание с трезвенностью.

115. Некий из отцев говорил: некоторый труженик был внимателен к себе и случилось ему немного вознерадеть; но во время вознерадения, сознав себя, он сказал: душа! Доколе ты нерадишь о спасении своем? Неужели не боишься суда Божия? Не объята ли ты этою беспечностью? Не предана ли вечным мучениям? Говоря это в самом себе, он подвигся на дело Божие. Когда он творил молитвословие, пришли демоны и возмущали его. Он же говорит им: доколе беспокоите меня, неужели вы не довольны нерадением прошедшего времени? Демоны говорят ему: когда ты был в беспечности, мы были беспечны к тебе; когда ты опять восстал против нас и мы восстали против тебя. Услышав сие, он еще более подвиг себя на дело Божие и преуспевал благодатью Божиею.

116. Некоторый брат искушаемый пришел к некоему старцу и открыл ему искушения свои, которые терпел. И говорит ему старец: да не приведут тебя в отчаяние находящие на тебя искушения. Видя душу, горе восходящую и приближающуюся к Богу, враги негодуют, иссушаемые завистью; но невозможно, чтобы в искушениях не пришел на помощь Бог и святые Его ангелы, только ты не переставай призывать Его со многим смирением. Итак, если тебе случится что-нибудь такое, возьми в мысль присутствие Бога, помощника нашего, нашу немощь, жестокость врага — и получишь помощь Божию.

117. Старец был спрошен: что значит без рассеяния молиться Богу? (сравн. 1 Кор. 7: 35). И ответил: в чистоте внимать заповедям Божиим и всей воле Его.

118. Брат спросил старца, говоря: в чем должно состоять делание души, чтобы она принесла добрый плод? Старец отвечает ему: по-моему, делание души есть безмолвие с бодрствованием, воздержание тела, многая молитва телесная и невнимание к падениям людей.

119. Опять некто из отцев сказал: если сперва не возненавидишь греха, то не сотворишь правды, как написано: уклонися от зла и сотвори благо (Пс. 33: 15). Впрочем, во всем этом нужна еще готовность, каковой всегда требует Бог. Ибо Адам, будучи в раю, преступил заповедь Божию, а Иов, сидя на гноище, сохранил ее. Итак, Бог ищет от человека готовности и того, чтоб человек всегда боялся Его.

120. Еще некто из отцев сказал: был очень богатый земледелец и, желая научить земледелию сыновей своих, сказал им: дети! Знаете ли, каким образом я сделался богат? И если послушаете меня, то и вы разбогатеете. — Просим тебя, батюшка, скажи нам, каким образом? Он же употребил хитрость, чтобы они не были беспечны, и сказал им: есть один день в году — если кто найдется работающим в сей день, разбогатеет, но по старости я забыл, какой этот день. И так не будьте беспечны, ни одного дня не оставляя без работы, чтобы в числе дней, в которые вы не работали, не оказался новый благословенный день и чтобы после сего тщетно вам не работать целый год. Так и мы: если будем работать непрерывно, то найдем путь жизни.

121. Мать Сарра сказала: когда я ступаю вниз по лестнице, то представляю пред очами своими смерть прежде, нежели сойти мне с нее.Глава 12. О том, что должно непрерывно и бодрственно молиться1. Говорили об авве Арсении, что поздно в субботу, на рассвете воскресного дня, он оставлял солнце позади себя и простирал руки свои к небу, молясь дотоле, пока не воссияет солнце в лицо ему; после чего он садился.

2. Братия спросили авву Агафона, говоря: какая добродетель в подвижничестве имеет больший труд? Он отвечает: простите мне, я думаю, что нет большего труда, как молиться Богу без развлечения, ибо всегда, когда человек хочет молиться, враг старается отвлечь его, ибо знают демоны, что ничто так им не противодействует, как молитва к Богу. И во всяком подвиге, какой бы ни предпринял человек, во время совершения его получает успокоение, а молитва до последнего дыхания требует борьбы.

3. Авва Дула, ученик аввы Виссариона, рассказывал, говоря: некогда я взошел в келию аввы моего и нашел его стоящим на молитве, и руки его были простерты к небу. Так делал он в течение четырнадцати дней. После этого он позвал меня и сказал: следуй за мною! И вышедши, мы пошли в пустыню. Почувствовав жажду, я сказал ему: авва, я жажду! Старец, взявши милоть, отошел от меня на бросок камня и, сотворивши молитву, принес милоть, полную воды. Мы отправились в Лико, пока не пришли к авве Иоанну и, приветствуя его, мы сотворили молитву. Потом сели беседовать о видении, какое кто видел. Авва же Виссарион сказал, что вышло повеление от Господа, чтобы разрушить храмы. Так и случилось — они были истреблены.

4. Старец сказал: если ты беспечен, то молись, как написано. Молись же со страхом и трепетом, трезвенно и бодрственно — так должно молиться, особенно по причине злообразных и злокозненных, хотящих в этом сделать нам пакость, невидимых врагов наших.

5. Еще сказал: когда вражеский помысл приступает к сердцу твоему, не иное что изыскивай, как молитву; на врага же изостряй меч слез.

6. Некогда блаженному Епифанию, епископу Кипрскому, доносилось от аввы одной обители, находившейся в Палестине: молитвами твоими мы не оставляем правила, но с усердием исполняем и в третий, и в шестой, и в девятый часы, и совершаем вечерние молитвы. Он же, уразумев дело, объявил им, говоря: видно, что другие часы дня вы проводите в праздности от молитвы, ибо истинному монаху надобно непрестанно иметь молитву в сердце своем.

7. Некогда авва Моисей прибыл на кладезь почерпнуть воды и увидел при кладезе авву Захария молящегося и Духа Божия, как голубя, сидящего на нем.

8. Когда была вечеря любви, когда братия ели и разговаривали, то авва Исаия, пресвитер пелусийский, упрекая их, сказал: молчите, братия! Я видел брата, едящего с вами и пьющего те же чаши ваши — и молитва его восходит, как огонь, пред Богом.

9. Авва Лот пришел к авве Иосифу и говорит ему: авва! По силе моей я творю малое пощение, молитву, размышление и безмолвие и по силе моей держу себя неоскверненным от помыслов; итак, что мне еще делать? Старец же, вставши, простер руки свои к небу — и десять пальцев его были как десять огненных свечей. И говорит ему: если хочешь, то будь весь огнем.