Духовные поучения

В это время патриарх Варнава был отравлен, и его сменил патриарх Гавриил, который оставил без внимания иконописную школу в монастыре Раковица и она быстро распалась.

С тех пор до начала Второй мировой войны монашескую жизнь я проводил будучи наместником Печки Патриаршей. Должен сказать, что для меня как монаха самое дорогое место монастырь, потому что здесь я могу полностью предаться молитве, молчанию, а значит, все свое время посвятить Богу, и так душа быстрее открывается для благодати. Но на самом деле послушание наилучшее средство в достижении смиренномудрия. Мы должны принять любое место, на которое нас назначает наше руководство. Печке Патриаршей нужен был тогда иеромонах. И меня как самого младшего иеромонаха патриарх Гавриил переместил в Печку Патриаршию. Здесь меня застала война. Мы, четверо сербов, вернулись в Белград, а игумен, черногорец, взяв монастырские деньги, отправился в Черногорию. В местечке Ругово его схватили албанцы и ограбили. Потом отправили его назад в Печку Патриаршию, а оттуда угнали в Албанию, где он и погиб. В Патриаршей остался один монах - отец Полихроний, валаамец. К нему немного позднее, когда распалась Югославия, пришел один старый иеромонах отец Елисей, который раньше был на приходе, он был родом из Печи, а служил в Призренской епархии.

В Белграде меня схватила специальная полиция и отправила в тюрьму, где уже сидели патриарх Г авриил и Николай Жичский. Меня обвинили в организации бунта против оккупации, за что полагалось тяжелое наказание. Между тем, от одного сербского патриота, который работал в полиции, я узнал, что скоро меня должны выпустить из тюрьмы. Так и случилось. Меня отпустили, и я перебрался в монастырь Витовница. Тут меня через несколько дней вызывает комендант города и просит меня как священника поступить в распоряжения комендатуры. Я отказался, ссылаясь на то, что не могу ничего сделать, поскольку у меня нет благословения владыки.

Были трудные времена, когда из-за одного единственного слова или из-за неисполнения служебных обязанностей над человеком могла нависнуть угроза смерти. Тогда я решил найти какое-нибудь тихое место для молитвы и духовной жизни. Я добрался до Петровца, и тут меня второй раз схватили немцы. Поместили меня в камеру с двумя торговцами табаком. Была там одна узкая длинная скамейка, два с половиной метра. Я лег на нее и думаю о

том, что живым мне из тюрьмы никак не выйти. Нет больше жизни, пришел конец. Боже. Боже.. .Я был в отчаянье. А эти двое говорят о своих делах.

И когда я лежал с такими мыслями, на мгновение передо мной возник высокий воин с перекрестной золотой лентой на груди, на голове у него шлем с пером. Он держит в руке свиток и смотрит на меня. Потом разворачивает свиток и говорит: «Смотри, видишь карту!». И показывает на карте северо-западную Сербию. «Не бойся, потому что тебе надо еще многих утешить и ободрить. Понимаешь?»- говорит он и смотрит на меня. А я думаю, слышат ли эти двое, что он мне говорит. Я тогда не понял, что он явился мне в духовном мире, он говорил не так, как говорят люди между собой, его слова мысленно звучали в уме. Телесным ухом не слышно, только в уме звучит. Я посмотрел на торговцев, они по-прежнему разговаривали между собой, и спросил их, слышали ли они что-нибудь. Или, может быть, видели? Они переглянулись и ответили, что ничего не видели. Я опять повернулся, но воина уже не было. Тогда я догадался, что мне было небесное видение, которое мне послал Господь ради утешения и объявления своей воли обо мне в этом мире. А как он был красиво одет, как архангелы на фресках. Нет на земле такого красивого человека, это был ангел.

После освобождения народ в Печи стал жаловаться на иеромонаха Елисея, который был в Печке Патриаршей, он много пил и не заботился о монастыре. Поскольку патриарх Гавриил все еще был в изгнании, его заменил митрополит Иосиф. Он вызвал меня из Витовницы в Белград и предложил поехать в Печь и взять на себя управление. Перед войной я был в Печи и знал, что там всем управляют коммунисты. Я был им не по нраву, еще тогда они говорили мне: Придет наше время, не будешь монахом, мы тебе дадим другую службу. Поэтому я попросил митрополита послать туда игумена монастыря св. Иоаникия Девичского. Этот архимандрит был игуменом в Вуяне во время Александра Обреновича. А поскольку село жены Александра Драги недалеко от Вуяна, они часто приезжали в монастырь. Перед своим мученичеством они передали монастырю достаточную сумму для обновления. Они погибли, а он это золото присвоил и купил себе дома в разных курортных местах. А так как я был с ним знаком и знал, что он хотел идти на Космет, я предложил митрополиту Иосифу поставить его и он поставил его игуменом Печки Патриаршей.

Позднее Когда патриарх Гавриил вернулся из изгнания, а он тоже знал этого архимандрита и не любил его из-за его прошлого. Он сразу же вызвал игумена в Белград и спросил: «Кто тебя поставил игуменом в Печи?». А тот ему отвечает: «Митрополит Иосиф». «Не годишься ты для Патриаршей, поищи себе другое место». Конечно, затем патриарх спрашивал других архиереев, нет ли кого, кто был раньше в Печке Патриаршей. И тогда меня предложил, я думаю, владыка Симеон Злокович, который знал меня по Раковице. Он сказал: Тадей из Г орняка, он был в Печке Патриаршей, а сейчас в Браничевской епархии. Патриарх сразу же попросил владыку Вениамина, чтобы он меня срочно послал в Белград, потому что я ему нужен для Печки Патриаршей.

После того , как я вернулся из Белграда от владыки Иосифа к владыке Вениамину, я просил Владыку больше никуда меня не посылать из Браничевской епархии. Я просил, чтобы он послал меня в монастырь Горняк, где я принял монашеский постриг, там я надеялся найти мир и духовную радость. Владыка исполнил мою просьбу, и я вступил в братию монастыря Горняк. Но когда владыке пришел приказ от патриарха Г авриила, он мне через архиерейского наместника сразу же послал распоряжение немедленно явиться в епархию. Я в то время служил в Близначской парохии. Жил в Сиги и по целым месяцам не бывал в монастыре, потому что путь был довольно далеким. В Рождество я решил служить в монастыре, потому что никого не будет в Близначской церкви. Когда я приехал мне передали распоряжение владыки, и я тут же отправился в Пожаровац.

Как только я прибыл на епархиальный двор в Пожаровац, владыка Вениамин мне говорит: «Почему тебя не было так долго? Патриарх уже два раза спрашивал о тебе, где ты». Я говорю: «Да был на парохии и не знал о вашем распоряжении до вчерашнего дня. И прошу вас никуда меня больше не отпускать из Браничевской епархии». А владыка мне отвечает: «Не хочу портить отношения с патриархом из-за тебя». Он отпечатал мне канонический отпуст и сказал: «Вот тебе канонический отпуст в Белградскую епархию.Я сегодня извещу патриарха, что приказал тебе явиться к нему. Ты больше не клирик Браничевской епархии и делай, что хочешь».

Когда я приехал к патриарху, он послал меня в Печку Патриаршию и поставил меня там игуменом. Много я там намучился. Коммунисты, о которых я говорил, создавали мне множество проблем. Где только могли как следует поработали, чтобы осложнить положение. Но, слава Богу, с Божьей помощью я все это как-то пережил и через двадцать лет службы в Белградской епархии снова вернулся в Браничевскую, в которой служу уже сорок восемь лет. Годы прошли быстро. А врачи говорили, что проживу только пять лет. В 1937 году я сам ждал конца, но вот Бог продолжил. И так идет моя жизнь.

Когда как послушник я пришел в монастырь Мильково, мне дали четки и научили меня молиться. И как мне показали, я так и делал. Полностью отдался Иисусовой молитве. Думал, что всего пять лет жизни осталось, да не растрачу их впустую, да найду свой путь к Богу. И за короткое время, видимо из-за моей полной преданности воле Божьей и искренней устремленности к Богу, осияла меня божественная Благодать, которая в моей душе сотворила неописуемую радость и мир. Слушаю сердце и изнутри слышу: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного».

Попробую вспомнить некоторые вещи и случаи из прошлого и не могу, все мысли находятся в каком-то неописуемом мире, и всем моим существом овладела какая-то неописуемая радость и устремленность к Богу. Это состояния ангелов и святых, состояние полной благодати. Только те, кто получили бесплатную благодать, могут понять состояние ангелов и святых в Духе Святом. Я думал, что все монахи, священники и епископы имеют бесплатную благодать. А как он получилось. Столько лет до сегодняшнего дня я провел с монахами и священниками, а встретил только одного монаха, в котором угадывалась бесплатная благодать. Только одного монаха!