Духовный дневник

***

В настоящее время большое внимание обращено на развитие всякого рода наук естественных, технических и т.п., но что-то мало слышно, чтобы разрабатывалась наука о душе. А между тем и область нашего духа не менее интересна, чем и область внешнего мира. Вера, надежда, любовь, скорбь, уныние, страдание, мнительность, - все это духовные явления, а ведь кому не интересно знать природу и свойство этих явлений. Все это и должна выдать наука о душе. Особенно нам, жителям шумной столицы, следовало бы вникать в нашу душу, в наше сердце, ибо такие условия нашей жизни, как суета, многопопечительность, богатство, роскошь или наоборот - нищета и убожество подавляют, парализуют духовную жизнь, отодвигают далеко в сторону духовные интересы. Городская жизнь заставляет нас жить внешними впечатлениями, что создает особое настроение у горожан.

Нам приходилось наблюдать следующее. Мы в тихой, уединенной пустыньке. Насельники ее проводят духовную жизнь, сосредоточены, внимательны к своему "я". Но вот приезжают сюда горожане обозреть святыни - и какой великий контраст чувствуется в настроении этих приезжих гостей и насельников тихой обители! Горожане и развязны, и веселы, и слишком, по апостолу, плотяны (Ср.: Рим.7:14). Равно как и наоборот - заберется по делам обители пустынник в шумный город, и не знает он, как ему здесь ступить, - все ему в городе стеснительно, а для духа тяжело и утомительно. Однажды нам было позволено погостить в одной тихой святой обители. Мы здесь несколько умиротворились, успокоились духом, успели слиться с настроением насельников и отвыкли от городского шума. Приблизилось, однако, время нашего возвращения в город. И вот пред нашим сознанием предстала столичная сутолока во всей своей неприглядной, тяжелой форме, и наше сердце охватила робость, страх. Не без слез мы оставляли тихую обитель и с тяжелым, подавленным настроением въезжали в столицу...

***

Свобода от страстей налагает особый отпечаток и на внешний облик человека. В глазах бесстрастного светится искренность, чистота, приятность, в движениях наблюдается спокойствие, выдержанность, в речи - серьезность и убедительность.

***

В чем заключается тайна влияния на других? Сродство душ и благодатное христианское воздействие одного на другого. В первом случае могут сходиться люди как по добрым своим качествам, так и дурным. У меня таится в сердце какая-нибудь страсть, и мое страстное сердце, как бы ища себе оправдания и пищи, подыскивает подобного себе содружества. Сродный к сродному влечется. Во втором случае при благодатном воздействии - сила влияния неограниченна. Благодать может всех к себе привлекать, не исключая самого отчаянного грешника, ибо душа всякого человека носит в себе образ Божий и есть по природе христианка.

***

Убеждаюсь, что благодать Христова может всех делать святыми, разумею в данном случае святость в смысле доброй христианской настроенности, то есть - смиренными, простыми, постниками, подвижниками. Какое бы ты положение в мире ни занимал, какими бы ты благами мира ни пользовался, - царь ли ты, князь, богатый или последний бедняк, все вы можете пред лицом Божиим быть равными по своему христианскому настроению. В этом познаю силу благодати Христовой, возрождающей и обновляющей всякого человека, живущего в мире.

***

Пока человек не испытал, не пережил в себе самом какого-либо пристрастия, порочных чувств, он имеет, или, лучше сказать, хранит в себе великую силу, которая может легко противодействовать всему дурному. Но коль скоро ты пал, грех начинает тебя манить, и ты легко склоняешься к нему, легко его повторяешь. Стоит дерево целое, налетевшая буря его колышет, но не так легко дерево сломится; но вот оно уже подломлено, случилась опять буря - и дерево повалилось. У нас часто говорят: не согрешишь, не спасешься; без греха нет покаяния. Ах нет! Тысячу раз блажен тот, кто не испытал падения. Человеческая природа уже сама по себе немощна и греховна, так что помимо чрезвычайных грехов человек может находить в себе повод к смирению, постоянному покаянию и стремлению к Господу.

***

В настоящий век происходит странная подмена религиозных понятий. Эксцентричность принимают за высшую духовную силу, простую сентиментальность - за умиление и любовь, действие жизненного магнетизма, а то и простое влияние темной силы - за прозорливость, дар чудес, дар утешений. Истинные же носители Святого Духа остаются как-то незаметными. Удивляешься, когда пораздумаешься над всем этим. Все это является показателем духа времени, настроения современного общества, дряблого и душевнобольного.

***

Свобода от плотской брани дает человеку свежесть сил, бодрость духа, так называемое обаяние личности, привлекательность, симпатичность, а способностям души, уму - дает гибкость, сообразительность, чувству - чистоту и беспристрастность, воле - стойкость, энергию и крепость.

***

Смотрю я на юных девиц и отроков, посещающих наш храм, наблюдаю у многих из них необыкновенную любовь к храму, святыне, замечаю искреннюю преданность пастырю, вижу в них чистоту, неиспорченность сердца, свежесть душевных сил и невольно молюсь Господу Богу: "Господи, сохрани их навсегда такими свежими, чистыми, жизнерадостными, любезными Тебе!" Ибо вот передо мною постоянно меняются лица и тех, которых так недавно я видел такими невинными, добрыми, ангелоподобными, приходят уже со страстностью в глазах и затаенною грустью в чертах лица. "Господи, храни же их всю их жизнь, не оставляй их никогда Своею благодатью и покровом!"

***

Мне знакомый передал, как на одного подростка-отрока повлиял Оптинский старец отец А. До свидания с этим старцем отрок был груб, неучтив и главное - небрежен в религии. К старцу его повели по принуждению. И что же? От него отрок вышел совсем другим - радостным, ласковым. Сердце его смягчилось, и он теперь весьма привязан к церкви. Да, сердце детей - это поистине добрая, свободная почва, которая легко и удобно может воспринять все духовное, церковное, святое. К сожалению, мы сами, взрослые, ленимся на эту почву сеять святые семена веры и религии, не знакомим детей с живыми проводниками благодати Христовой, не стараемся освежать их душевные силы теми благодатными средствами, которые в изобилии предлагает нам Святая наша Церковь.

***

В основе современной нервозности и так называемой впечатлительности, мнительности немало лежит гордости, самолюбия, честолюбия и самомнения.

***

Современные люди готовы признать за мучеников тех, которых Святая Церковь судит, отвергает, отлучает, которые через это должны понести по суду наказание, а может быть, даже лишения и утеснения. Нужно, однако, различать два рода мученичества: один - когда его люди сами себе создают по своей вине, по своей преступности. Это даже не мученичество, а заслуженное возмездие, наказание. А если так, то тогда и всякого наказанного преступника нужно причислить к мученикам. Святая Церковь знает и ублажает только истинное мученичество, в недрах самой Церкви, ублажает тех, которые пострадали и страдают за истину, правду, как и поет в своих священных песнопениях в похвалу мучеников: "Память праведнаго с похвалами... темже за истину пострадав радуйся" (Тропарь св.Иоанну Предтече).

***

Мне один сектант говорил, что он и его сторонники могут быть причислены к исповедникам за имя Христово, ибо они сидели в тюрьме за пропаганду своего учения. На это я ему сказал: а нельзя ли видеть в вашем тюремном заключении только справедливое наказание? Мученики сидели в тюрьмах, и вы тоже. Но здесь только видимое, внешнее сходство, в основе же своей между мучениками и многими другими заключенными целая пропасть. Достойны похвалы были бы вы, если бы, не отступая ни на йоту от основ Святой Православной Церкви, защищая эти основы, пострадали. А посмотрите, сколько вы отвергли из того, что содержит Святая Церковь! Вы отказались от посещения храма Божия, вы пренебрежительно относитесь к пастырям Церкви, вы не стремитесь к исповеди и Причащению Святых Животворящих Тайн. Нет, если бы вы пожелали действительно быть мучениками за православную веру, вас никакими бы усилиями нельзя было бы отстранить от Церкви. Предположим, вас силою бы отгоняли от храма, вы тогда привитались бы на паперти его; вас не допускали бы до исповеди и Святого Причащения, вы бы всю жизнь со слезами умоляли бы не лишать вас такого счастия и не придумывали бы поводов и умышлений к оправданию своего уклонения от Церкви. Только защитников святой православной веры, когда они за сие страдают, подвергаются ссылкам и наказаниям, только их можно назвать мучениками.