Страница 32 из 38
Писание ваше с первых строк можно причислить к благоразумным, а далее нижние строки — нет. Когда признаете вы, что находитесь под общим Промыслом Божиим, который каждого человека ведет ко спасению особливым путем, которым Он вести изволит меня и вас, и надеяться в том без сомнения, а не отчаиваться и изыскивать другие пути. Вы имеете общий свет стезям своим — закон Божий — Писание Святое, разум и совесть, могущие прямо руководствовать к получению вечного со Христом Царствия. Наипаче же Сам Христос Бог наш изволил Себя поставить в научение наше и на высоте крестной на Голгофской горе повесить: «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф.11, 29). «Я есмь путь и истина и жизнь. Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни» (Ин, 14, 6; 8, 12). Мало ли этого для вас? Ежели вы находите во всем Писании Божественном и во всех отеческих книгах совет искать прежде всего наставляющего, это справедливо и весьма нужно. Да разве вы не имели наставников? Вы имели и всегда можете иметь, когда только захотите. Верно слово Христово: «ищущий находит» (Мф.7, 8).
Нет недостатка в руководстве к добродетели и благочестию; лишь бы только усердствовали к тому и леностью лукавого раба от оного не оттягивались. Впрочем, все ведет нас к доброму. Любящим Бога все поспешествует во благое (преп. Моисей, 328).
Пишешь, что не только не было освящения храма, но и не знаете, будет ли теперь, а как бы не осталось до весны, потому что еще иконы не получены из Москвы. Может быть, это и просто так сделалось. А думаю аз грешный, не промыслительно ли это так устроилось, к твоему вразумлению, чтобы ты вперед не думала, — как распорядился кто в чем-либо, так оно и делается. Нет, сестра, не всегда так делается, как распорядишься, а большей частью с пожданием и разными препятствиями, чтобы одни научались терпению и долготерпению, а другие, видя это, не спешили и не дерзали судить и осуждать кого не следует (преп. Амвросий, 23, ч. 1, с. 31).
Всеобъемлющий Промысл Его простирается как на весь мир, так и в особенности на каждого из нас... (преп. Макарий, 24, т.2, с. 275).
Пришел один молодой человек в какой-то московский монастырь и стал просить настоятеля принять его в число братии. Настоятель же, смотря на его кротость, посоветовал ему лучше поступить в Оптину Пустынь. Молодой человек послушался, прибыл в Оптину и немедленно принят был о. архимандритом Моисеем, который сказал о нем старцу о. Макарию. Поместили его отдельно в письмоводительской. Послушник этот всегда держал себя, как старец — в церкви стоял тихо, опустивши глаза, и с строгим благоговением и смирением, без благословения настоятеля из церкви не уходил. И вот, когда он умирал, все улыбался... Вероятно, ему было видение, и умер тихо. Избранники Божии всегда так, им особенно покровительствует Бог. Кто отдает себя Промыслу Божию, о том бывает особенное попечение Божие (преп. Амвросий, 1, ч. 1, с. 107-108).
...Иногда бываем виновны, и нас обличают в какой-нибудь досаде или в презрении к ближним, но мы чрез завесу самолюбия смотрим только на свою правость и этим более отягощаем свою скорбь, укоряя ближних и от них истязуя исполнения заповедей, сами перстом коснуться их не хотим. Как бы то ни было, что бы кто ни делал нам зла, по вине или безвинно — они суть только орудия, употребляемые Богом к нашему наказанию, и могут только то сделать, что десница Всевышнего им попустит. Посему и должно подклонить себя под крепкую руку Божию, исповедать Ему, что достойны посланных наказаний, и больше их достойны; но милость Божия щадит нас и ожидает нашего покаяния (преп. Макарий, 24, т. 6, с. 326—327).
Простота
Простота была во времена первого монашества в обращении аввы с учениками. Авва был отцом, а не господином или начальником, к которому нельзя подойти. Эта же простота была и при наших старцах в нашем скиту. Потом, после батюшки о. Амвросия, о. Анатолия, эта простота стала исчезать. Теперь мне даже говорят, что я слишком просто обращаюсь. А я иначе как-то и не могу. Если же некоторые злоупотребляют моей простотой, то я не виноват. Не могу же я из-за некоторых стать в холодные официальные отношения ко всем? (преп. Варсонофий, 5, с.87, от 14.12.1908).
Живи проще. Нужно, пиши. Не отвечу, не скорби. Читал и это письмо твое: душевно сочувствую тебе, и желал бы сделать для тебя все возможное, но тогда будет ли польза? Лучше будем принимать все от руки Божией. Утешит — поблагодарим. И не утешит — поблагодарим (преп. Анатолий, 7, с. 228—229).
А ты уж не бери высоко, а живи посмиреннее, да пооткровеннее. Ведь ты пришла учиться монашеству: кто ж тебя осудит, если погрешишь? (преп. Анатолий, 7, с. 272).
...Господь почивает в простых сердцах. Золото везде видно и везде проглянет, несмотря даже на угловатость, а другой, как ни кудрявься, все золотом не будет (преп. Амвросий, 1,ч. 1, с. 108).
Где просто, там Ангелов со сто, а где мудрено, там ни одного (преп. Амвросий, 1, ч. 2, с. 47).
Сама не юли и другим не вели (преп. Амвросий, 1, ч. 2, с. 49).
...Объяснение простое и прямое действительнее и полезнее, которого и следует держаться, особенно вам, по вашему душевному настроению. Бог есть существо простое, и жизнь духовная должна быть простая. Образность в Православной Церкви допускается только в церковных обрядах и в семи Таинствах; потому они и называются Таинствами. Все же прочее имеет прямое и ясное значение. Поэтому и нужно избегать образности и иносказательности, особенно в исправлении нравственного своего устроения (преп. Амвросий, 23, ч. 1, с. 85).
Не верь помыслам, ругающимся над тобою: будто бы никто понимать не может ради утонченного воспитания. — Но ведь светское воспитание утончает человека лишь в лицемерии, в лукавстве, в хитрости и утонченной неискренности, но ни в чем добром. Добро христианское требует душевной и сердечной простоты, а не притворства, которых чужд мир светский, хотя и считает себя, будто бы он происходит от другого Адама, а не от общего Адама (преп. Амвросий, 23, ч. 2, с. 91).
...Писала, что многие обращаются с тобою по политике. Хотя, может быть, это и правда, но полезнее для нас на все смотреть не с подозрением, а с простотою, подражая святому Давиду, который о себе говорит: «злого я не буду знать» (Пс.100, 4). Чтобы стяжать такое спасительное непознание, должно усердно молить Господа, чтобы помог и даровал нам иметь око благое, о котором в Святом Писании сказано: «око благо не узрит лукава» (Ср.: Aвв.1, 13). В числе девяти плодов Духа полагается благость, т.е. снисходительное и неподозрительное обращение с другими. Некто из святых пишет, что все мы находимся под епитимиями, т. е. за слабость нашу и за грешные немощи наши все мы находимся под запрещением Божиим. «Не похвалится всяка плоть пред Богом» (1Кор. 1, 29) (преп. Амвросий, 23, ч. 3, с. 58).
...Все простое ближе к Богу, а мудреное и высокое отдаляет нас от Бога (преп. Амвросий, 23, ч. 3, с. 84).
Будем жить проще, и Бог помилует нас (преп. Амвросий, 23, ч. 2, с. 89).
Говорил старец, что всякому, по его усмотрению, — свой путь. Одна душа простая, ничего худого не видит, а другая, напротив, все подмечает и видит (преп. Амвросий, 1, ч. 2, с. 12).
Прощение
Уставщица просила у тебя прощения, а ты с нею несколько жестоко поступила; ведь и одно то, чтоб нагнуть себя, немалого стоит труда, разве легко врагу это? А ты вместо целительного пластыря прилагала к ране известь, потому она больше против тебя ожесточилась (преп. Макарий, 24, т. 5, с. 315).
Спрашиваешь меня, что если имеешь с кем неприятность и надо молиться, и хотя попросишь прощения, но все бываешь немирна к тому человеку, и желала бы в таких случаях свое злое сердце истребить и истинно смириться. Этого-то только и требуется, чтобы истинно смириться, то и мир водворится. Ты хотя и попросишь прощения, но только языком, а в сердце с самооправданием, то и нет миру... (преп. Макарий, 24, т. 5, с. 496).
На вопрос, просить ли прощения у тех, коим сделаешь какую-нибудь неприятность? Когда попросишь, то из этого выходят насмешки и острые слова, коим опасаешься подвергнуться. Надобно иметь рассуждение и рассматривать людей и случаи, расположение первых и важность последних. Если кто-либо оскорблен тобою и знаешь, что он с любовью примет твое извинение, то можешь просить прощения, а особо когда резко оскорблен тобою. Но сего невозможно сделать, пока не сознаешь внутренне своей вины и обвинишь себя. А если знаешь, что те лица, коих ты оскорбила, примут извинение твое с насмешкою, то и не нужно пред ними извиняться, а обвинить себя в сердце своем и мысленно просить у них прощения, тем надобно и успокаиваться (преп. Макарий, 24, т. 1, с. 457—458).