Страница 14 из 36
Упали, так не лежите, надо скорее встать и опять в путь, и так дальше и дальше. Вы больше и больше будете смиряться, видя свою немощь. Вот это вторая буква. Затем идут буквы «веди», «глаголь», «добро»! Итак, вы по мере того, как будете преуспевать в богоугодном житии, вы будете подходить к третьей букве, «веди», т. е. вы постепенно начнете ведать истину. Ваш разум будет мало-помалу проясняться, очищаться. А затем «глаголь», «добро», т. е от избытка сердца начнут уста глаголить. Так вот видите, что не все сразу делается, а постепенно (преп. Варсонофий, 5, с. 8—9, от 13.01.1908).
...Если лег хоть на минуту после того, как позвонил будильник, обязательно проспал. Это бесы нам говорят, чтобы мы еще полежали самую чуточку, как ляжем — моментально засыпаем (преп. Варсонофий, 5, с. 9—10, от 15.01.1908).
Если плохо живешь, то тебя никто и не трогает, а если начинаешь жить хорошо — сразу скорби, искушения и оскорбления... Монахи, вообще вся наша братия, тоже люди, а раз люди, то есть обязательно свои страсти, пороки: один гордый, другой злой, третий блудник и т. д. Все эти люди пришли сюда в больницу лечиться, кто от чего, — и вылечиваются при помощи Божией. Я это говорю потому, что вы будете видеть пороки братии, но надо стараться не осуждать, — это у нас девиз. Все люди немощные, у всех есть страсти, мы должны прощать (преп. Варсонофий, 5, с 11, от 20.01.1908).
...Надо вставать до службы, даже до звона... Колокольный звон изображает глас Архангела. Блажен, его же обрящет бдяща. Надо встать заранее, приготовиться, умыться, необходимо умыть руки, лицо как хотите, главным образом руки надо содержать в чистоте, как вы, например, за обедней грязными руками антидор возьмете? Затем, приготовившись, ожидать звона или будильника, и тотчас же идти. А к обедне даже идите до звона, как только прочтете утренние молитвы (преп. Варсонофий, 5, с. 29, от 18.02.1908).
Есть маленький секрет, чтобы вставать легко к утрени и не просыпать: не осуждать тех, кто просыпает и опаздывает. Если не будете осуждать других, и вам будет легко. К обедне вставать за час до начала. Я думаю, полчаса хватит, чтобы умыться, одеться и прочесть утренние молитвы, а затем, не дожидаясь звона, идти в церковь, посидите, а как зазвонят, начинайте читать синодики. За всенощной теперь сначала привыкайте не выходить, а то потом трудно будет... (преп. Варсонофий, 5, с. 42, от 10.03.1908).
Спите шесть часов, и три из них должны быть непрерывного сна, так нужно для монаха (т. е. три часа непрерывного сна), а если проспите и семь часов, ничего, не смущайтесь, а то враг будет говорить: «А, что, проспал? проспал?..» (преп. Варсонофий, 5, с. 42, от 14.03.1908).
..Во избежание «угрызений» сахара... батюшка благословил купить конфет. Это не грех, только надо меру знать, а то некоторые, когда поступают, чуть ли не по весу пищу едят, а потом в излишество впадают, так лучше укорять себя и иметь конфеты, зная меру (преп. Варсонофий, 5, с. 47, от 22.04.1908).
<Если случится проспать утренние молитвы>, то можно делать так: начните читать молитвы в келье, а окончите их на дороге (ведь вы знаете их на память). Утренние молитвы можно так, а вечерние неудобно, ибо их надо с открытой головой читать, даже клобуки снимают во время чтения их (преп. Варсонофий, 5, с. 50, от 04.05.1908).
Вопрос: «...Если пропустишь утром и вечером проверку себя... а если проверяешь, то вам потом не говорить, что было или нет?» Ответ: «Пропустил, так пропустил. Что делать. Не сразу можно привыкнуть. Цель такой проверки себя — получить навык в этом. Сначала будете пропускать, может быть, по три дня, потом эти пробелы будут все меньше и меньше, и через десять лет вы уже приобретете этот навык — всегда проверять себя. А после проверки говорить мне не надо, только самое важное, только грубые отступления...» (преп. Варсонофий, 5, с. 50, от 04.05.1908).
...Всегда так бывает: начнут как бы о хорошем, а кончат пустословием и осуждением, начнут за здравие, а кончат за упокой. Потому-то наши старцы и запрещали справлять именины или ходить когда-либо в кельи к другим пить чай... (преп. Варсонофий, 5, с. 56, от 28.06.1908).
В случае предложения ее поместиться тебе в начальнические кельи, — погоди соглашаться, как сказал святой Пророк: «не учащай ногу твою к другу твоему, да не насыщься» (Притч. 25, 17), — возненавидит тебя, в купно-житии скорее можно друг другу надоесть, да и тебе особо жить будет покойнее, можешь иногда и поуединиться (преп. Иларион, 25).
...Мы слышали, что ты <вышла> от сестры опять в свою келью, напрасно это сделала — вы должны друг другу в скорби быть подпорою и утешением, да ты же и испытала вред, живши одна в келье (преп. Лев, 171).
...Говорить Матушке о сестрах нужно с рассуждением, нужно сказывать ей о них то, от чего может произойти вред обители, а от чего вреда обители не может быть, о том — помалкивать. Обличать сестер и старших надо, но так, как пророк Нафан обличал царя Давида (преп. Иларион, 50).
Послушание
Вопрос: «Мне теперь дано очень спешное послушание... посещать ли мне церковные и общекелейные службы?». Ответ: «Обязательно, обязательно, хотя послушание и выше поста и молитвы, но это понимать надо с рассуждением. Потом — лет через семь — тогда дело другое, а теперь обязательно. Монашеское дело прежде всего, а главнее всего — молитва» (преп. Варсонофий, 5, с. 25, от 10.02.1908).
...Сегодня (т. е. в день чистки храма и всех принадлежностей) у всех что-нибудь, да случилось; это диавол нам мстит за чистку храма... (преп. Варсонофий, 5, с. 58, от 29.06.1908).
Вопрос: «Ходить ли к вечерне, если очень много работы?». Ответ: «...Надо. Вот всегда я ходил к утрени, вечерни и молитвам вечерним, а дневное келейное правило опускал, когда много был занят послушаниями (правило: кафизмы, Апостол, Евангелие, помянник). Так и вам советую поступать» (преп. Варсонофий, 5, с. 66, от 07.09.1908).
...Высказываешь сильное желание побывать в Оптиной и, не находя другой причины, которая была бы в глаза матушки Игуменьи достаточна для того, чтобы отпустить тебя, благословляешься проситься ехать с книгой за сбором. Нет, не советую тебе быть сборщицей. На хлопоты же твои о том, чтобы побывать в Оптиной, скажу тебе, что не наше это дело, оставь эти заботы. Бог знает, какими путями устроить, чтобы тебе увидать меня. А то, что ты потерпишь от неисполнения желания твоего побывать в Оптиной и повидаться со мною, то это послужит тебе на спасение души твоей, и за это получишь награду (преп. Иларион, 51).
Монашество и мир
Мирские люди смотрят на монахов как на зверей, обрекают их на хлеб и воду, а не помышляют о немощах наших. Были во времена оные великие подвижники, но не все, а ныне умножились немощи наши. Молись Богу о них (преп. Макарий, 24, т. 5, с. 736).
Жалкие твои родители не понимают, где может быть тебе польза, они видят только стены и одежду монашескую, а во внутренность жизни проникать не могут, и растолковать им сего неудобно, это познание только опыт дарует (преп. Макарий, 24, т. 3, с. 175).
...Как издевается мир над духовными, и горе нам, что должны бы быть свет мира, а теперь мир хочет просветить нас своим мрачным и темным — не светом, а тьмою (преп. Макарий, 24, т. 4, с. 432).
Смотри, какое есть училище благочестия: обитель дает видеть свои грехи и познавать, хотя отчасти, немощи. Ты, бывши в мире, мечтала о себе, что имеешь любовь Божию, которая есть глава всех добродетелей и совершенство, а теперь познала, что еще ничто, но и больше сего должна познать, когда будешь как должно смиряться, не языком и пером, а сердечно... Ты говоришь: я всех люблю, и этим себя обольщаешь. Любишь до тех пор, пока тебя не копнут, какая же это любовь? Господь Премилосердый да вразумит тебя и укрепит в пути истинном, а не заблудном... (преп. Макарий, 24, т. 6, с. 220, 222).
...Мирские люди, и благочестием сияющие, не знают сих <монашеских> браней и не бывают так ввергаемы в пещь искушений, как в нашем звании, по мере каждого устроения (преп. Макарий, 24, т. 3, с. 286).
Суета же монастырская от мирской много различна: там по необходимости, а в мире для прихоти и роскоши (преп. Макарий, 24, т. 5, с. 12).
...Случилось искушение — отвращение от монастыря, мне кажется, оттого, что она долго пробыла в мире, увлекалась прелестями и мнимыми удовольствиями мира, а открыть было некому, и укрепить также. Теперь же, при помощи Божией, может опять прийти в прежнее устроение... (преп. Макарий, 24, т.4, с.185).
Прежде я не понимал, что делается в миру, а теперь, когда приходится мне сталкиваться с ним, он поражает меня своей крайней сложностью и безотрадностью. Правда, бывают радости, но они мимолетны, мгновенны. Да и какие это радости? Самой низшей пробы... А у нас блаженство, даже немножко как бы похоже на рай. Бывают, конечно, и скорби, но это временно... (преп. Варсонофий, 5, с. 107, от 21.02.1909).