Страница 26 из 30
37. Молитва Иисусова
Исключительно важное значение Церковь придает молитве Иисусовой: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешного". Монашествующие должны повторять ее постоянно, а живущим в миру предлагается пользоваться ею для отражения всякого дурного движения души и при совершении всякого ответственного дела. Молитву можно произносить сокращенно, самая краткая форма ее: "Господи, помилуй".
О сущности этой молитвы и пользовании ею существует обширная духовная литература, с которой следует, в той или иной мере, ознакомиться каждому православному христианину.
38. О духовном чтении
Чтение слова Божия совершенно необходимо. Священное Писание составляет неотъемлемую часть Богослужения, и внимание этому чтению в храме имеет исключительное значение для духовной жизни. Но необходимо питаться Словом Божиим и дома, в особенности, когда обстоятельства не допускают частого посещения церковных служб. Пособием для восприятия Слова Божия в храме является проповедь священнослужителя, а дома - чтение писаний святых Отцов и Учителей Церкви.
Священное Писание открывает нам истинную Божественную жизнь, а святые Отцы научают нас, как именно, при различных обстоятельствах, мы можем воспринять эту истинную жизнь и жить ею. Религиозное чтение полезно сочетать с молитвой или молитву сопровождать таким чтением.
39. Православное Богослужение
Жизнь в Православной Церкви есть одно неразделимое целое: это богочеловеческая жизнь и путь, ведущий ко спасению, иначе - обожение человека. На этом пути важно не только усвоение Священного Писания, не только участие в святых таинствах и поведение, согласное с Христовой правдой, но и возможно полное вхождение в богослужебную жизнь Церкви.
В православном богослужении спасительны как отдельные молитвословия, так и самая структура его и сопровождающие молитву священнодействия. Благодаря праздничным богослужениям мы не только благочестиво вспоминаем празднуемое событие, но и духовно делаемся его свидетелями и соучастниками, а оно становится, в доступной нам мере, событием и нашей личной жизни.
Тем самым наша жизнь начинает преображаться: в самой ткани ее, как золотая вышивка, выявляется жизнь Господа и Его Церкви, и таким образом сквозь наше временное бытие уже проступает вечность.
Все православное богослужение, как иконопись, глубоко символично. В нем образно передается спасительный для нас смысл событий священной истории. Иконопись иногда называют "богословием в красках", а богослужение можно назвать богословием в действиях и звуках. Но, конечно, оно заключает в себе, прежде всего, прямое словесное богословие.
Благодаря храму и совершаемому в нем богослужению, душа научается откликаться на Божественную истину и красоту всеми своими струнами, а священные символы становятся для нас духовной действительностью, преимущественно через наше участие в святых таинствах. Именно благодаря им события священной и церковной истории обретают значение событий нашей личной жизни, а последние, в свою очередь, могут включаться в цепь событий церковных.
Так, через таинство брака, естественная любовь мужчины и женщины и созидаемая новая семья обретают значение немаловажное для жизни всей Церкви. Так и болезнь члена Церкви через таинство елеосвящения становится событием для всей церковной общины, побуждая ее к деятельной, сострадательной любви к больному, а последнего - по-новому включает в церковную жизнь.
Даже самое горькое и страшное в нашей жизни - грех, через таинство покаяния может стать как бы началом глубокого возрождения грешника, радостного для Церкви, так как в ней, как на небе, бывает большая радость об одном грешнике кающемся, чем о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии (Лк.15:7). Наконец, даже горечь смерти, в немалой мере, преодолевается в православном богослужении.
Поражающая смерть сила светлого Христова Воскресения через таинство Евхаристии передается и усопшим христианам, облегчая их ответственность за грехи, так как сами они уже не могут принести покаяния, но церковная молитва за них вменяется им вместо их собственного покаянного усилия. Кроме литургического поминовения усопших в Православной Церкви есть особые чины: отпевания, заупокойной утрени, панихиды и литии.
Все эти богослужения научают молящихся должному отношению к смерти.
Жизненное значение православного богослужения огромно, но вся глубина его постигается только при деятельном участии в нем, хотя никогда до конца постигнута быть не может.
40. Иконопочитание
А) Иконопочитание и иконоборчество
Почитание святых икон занимает немалое место в православном благочестии. Как православные храмы, так и дома украшаются ими. В память явления некоторых икон установлены церковные праздники. Самая же иконопись является совсем особым родом искусства, не сводимым к простой живописи.
Перед святыми иконами молятся, возжигают свечи и лампады, ими благословляют и через их посредство обретают исцеления, а иногда и указания.
В VIII веке, под влиянием магометан, считавших невозможным изображение невидимого Бога, на иконопочнтание в Византийской империи был наложен запрет, а почитающих иконы подвергали гонениям и мучениям. В 787 году на 7-м Вселенском Соборе, иконопочитание было восстановлено и положено начало его догматическому обоснованию.
Б) Догматический смысл иконы
Изображение Господа Иисуса Христа, Его Пречистой Матери, событий Его жизни, а также святых людей, есть прежде всего, особый вид исповедания веры в истинность Боговоплощения (этой вершины Богооткровения) и в истинное наличие образа Божия в человеке.
Сын Божий, как Божественное Слово, есть образ Бога Отца. Но до Боговоплощения этот образ был незрим для человека и являлся только как запечатленный в человеческом слове. Поэтому в Ветхом Завете почиталось словесное запечатление Божественного откровения, т.е. книги Священного Писания, и никакого изображения лица Божия не могло быть. Но когда Слово стало плотию (Ин.1:14)
, когда Сын Божий стал человеком Иисусом Христом, люди смогли в Его Лице своими земными глазами созерцать Самого Бога и даже касаться Его своими руками.
"Покажи нам Отца, и довольно для нас", говорит Апостол Филипп Господу на Тайной Вечери, а Иисус ему отвечает: "столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь: покажи нам Отца" (Ин.14:8-9).
Видеть Господа, касаться Его, а в Нем - Самого Бога, было великим счастьем, о котором свидетельствует Апостол Иоанн Богослов в первых строках своего первого Послания (1Ин.1:1-4). Частицу этого счастья и этой пользы передает нам святая Церковь, допуская и поощряя нас изображать Господа Иисуса Христа.
В) Иконопись как искусство
Но не видим ли мы на иконах Господа изображенным только телесно? И тем самым не остается ли для нас Бог невидимым? И не является ли поэтому икона умалением Богочеловека?
Это не так, во-первых, потому, что художник и во всяком портрете улавливает и изображает, в той или иной мере, душу и дух человека; во-вторых, на иконах, под видимым образом человека Иисуса Христа, изображается Сама Его Божественная Ипостась. Последнее возможно, ибо иконопись есть особое искусство. Особенность ее в том, что на иконе изображается не обычное тело и лицо, но преображенное, одухотворенное, способное вместить в себе Божество.
Для такого изображения выработаны особые приемы, смягчающие все особенности, которые могут обличать чувственные и земные наклонности, и, напротив, выявляющие те человеческие черты, которые отражают духовность. Тем не менее, эти приемы оставляют место для личного творчества художника.
В иконописи существуют также особые приемы для изображения предметов и пейзажа.
Г) Иконопись и христианская жизнь
Сын Божий, став человеком, обрел в нем сродное Себе, так как человек от начала был создан по образу и по подобию Божию. Но в падшем человеке образ Божий был помрачен и требовал восстановления. Поэтому до Боговоплощения изображение человека не было достойно почитания, вследствие чего изображения античных богов не могли не отталкивать христиан.
Эти изображения отражали падшую страстную природу человека, да и сами языческие боги, в известной мере, были олицетворением человеческих страстей.
Тем не менее, в образах античного искусства несомненно отображалось также и высокое стремление человека к гармонии и совершенству, почему известное заимствование форм и приемов этого искусства вполне допустимо для иконописца, как и для христианского искусства вообще.
Иконопись, в некотором смысле, является искусством прикладным: она служит высшему искусству - искусству христианской жизни, искусству преображать, с помощью Божественной благодати самого человека и его жизнь.