Страница 10 из 16
О значении книги Притчей святитель Григорий Нисский говорит: «как трудящиеся в телесных упражнениях в училище готовятся чрез сие к несению больших трудов в действительных борьбах, так и приточное учение кажется мне некиим упражнением, обучающим души наши и делающих гибкими в духовных подвигах» (Олес., 7).
Нравственное учение книги Притчей.
В своих притчах Соломон призывает слушателей направить стопы на путь праведности и святости, который является единственно верным путем, ведущим к Богу. Человек, стремящийся к праведности и святости, еще здесь, на земле начинает получать воздаяние. «Стезя праведных, как светило лучезарное, которое более и более светлеется до полного дня» (Притч. 4, 18). «Кто ходит в непорочности, тот ходит безопасно» (Притч. 10, 9). Согласно учению книги Притчей путь к мудрости начинается с труда и воздержания во всем. Хозяйственность восхваляется как добродетель, а лень порицается. «Ленивец зимою не пашет: поищет летом – и нет ничего» (Притч. 20,4). «Не люби спать, чтобы тебе не обеднеть; держи открытыми глаза твои, и будешь досыта есть хлеб» (Притч. 20,13). В отношениях с ближними доброжелательность должна соединяться с осторожностью. Читатель призывается к справедливости и к милосердию. «Всякий день он сильно алчет, - говорится про бедняка, - а праведник дает и не жалеет» (Притч. 21, 26). В то же время в притчах содержатся высказывания и против чрезмерной, неразумной щедрости. Значительное место уделяется в книге вопросам семейной жизни и воспитания детей. Автор выступает против грехов, разрушающих семью, таких как пьянство и прелюбодеяние. «Блудница – глубокая пропасть, и чужая жена – тесный колодезь; она, как разбойник, сидит в засаде и умножает среди людей законопреступников» (Притч.
23, 27 – 28). «Не смотри на вино, как оно краснеет, как искрится в чаше ..., впоследствии, как змей, оно укусит, и ужалит, как аспид; глаза твои будут смотреть на чужих жен, и сердце твое заговорит развратное, и ты будешь, как спящий среди моря и как спящий на верху мачты» (Притч. 23, 31 – 34). Он рассматривает семью как залог благополучия на земле. Тех, кто не заботится о сохранении и упрочении семьи, автор усовещевает, указывая на страх перед Богом и человеческим осуждением. В книге Притчей уделяется внимание и учению о власти. Власть должна опираться на премудрость. «У меня совет и правда: Я разум, у меня сила. Мною цари царствуют и повелители узаконяют правду» (Притч. 8, 15 – 16), - говорится от имени Премудрости. Идеальная власть должна быть, по воззрениям автора, прежде всего справедливой. Носитель власти есть защитник обездоленных. Характерно, что одно из имен Божиих, встречающихся в книге, - «Защитник сирот».
Учение о Боге и о Премудрости.
Книга исповедует веру в единого Бога. В ней говорится о таких свойствах Божиих, как всемогущество, всеведение, ум и воля Божии. Очень развито в книге учение о Боге, как о Промыслителе. Бог следит за делами людей, проникает в тайные глубины сердца.
Большое значение придается учению о Премудрости. Иудейские раввины традиционно отождествляют Премудрость книги Притчей с Торой.
Христианские экзегеты обычно отождествляют Премудрость со второй Ипостасью Святой Троицы – Сыном Божиим. В качестве примера можно привести толкование святителя Иоанна Златоуста на слова: «Премудрость создала Себе дом и утвердила семь столпов» (Притч. 9,1). «Премудрость, – Сын Божий, сделавшийся человеком, - толкует святитель. - Он приготовил Себе дом – плоть от Девы. Семь столпов – Дух Божий, Дух Премудрости и разума, Дух совета и крепости, Дух ведения и благочестия, Дух страха Божиего, как говорит Исайя». Или: дом – Церковь, столпы – апостолы». О том, что Премудрость – это Сын Божий, говорят святой Игнатий Богоносец в Послании к Смирнянам, Киприан Карфагенский, Амвросий Медиоланский, блаженный Августин. (Позднейшими отцами семь столпов толкуются как указание на семь таинств Церкви или на семь Вселенских Соборов).
Некоторые святые отцы считали Премудростью Третью Ипостась – Духа Святого. Такое мнение можно встретить у св. Феофила Антиохийского, Иринея Лионского, Григория Богослова, Иоанна Дамаскина.
«Начало премудрости – страх Господень» (Притч. 1, 1). На вопрос, почему страх Господень есть начало премудрости, отвечает святитель Иоанн Златоуст. «Он (страх Господень) удаляет от всякого порока и наставляет на всякую добродетель… И языческие мудрецы определяют премудрость знанием вещей божеских и человеческих. Этому познанию научает страх Божий, истребляя порок, насаждая добродетель, располагая презирать настоящее и стремиться к небу. Что же мудрее такой души?» «Истинная мудрость и истинное образование есть не что иное, как страх Божий». А вот, например, каково определение премудрости у Василия Великого. «О мудрости, - рассуждает он, - знаем, что она есть одна из родовых добродетелей, посредством которой мы, человеки, делаемся сведущими в том, что добро и что зло, и что безразлично... . Истинная премудрость – есть распознание того, что должно делать и чего не должно. Кто следует ей, тот никогда не отступит от дел добродетели, никогда не будет проникнут пагубою порока» (С.112).
Екклесиаст.
Книгу предваряет надписание «Слова Екклесиаста, сына Давидова, царя в Иерусалиме» (Еккл. 1,1). Так как лишь один сын Давида, Соломон, был царем в Иерусалиме, то ясно, что авторство книги усваивается надписанием именно ему. Толкователями неоднократно высказывалось мнение, что «Екклесиаст» написан Соломоном в старости и является плодом его покаяния в невоздержанной жизни. Однако это обстоятельство не решает окончательно вопроса об авторстве. Книга «Екклесиаст» переполнена арамеизмами даже в большей степени, чем книги Ездры и Неемии. В тексте книги содержится много отвлеченных философских терминов. В ней имеются также слова, свойственные талмудической литературе. (См. Олесницкий. Книга Екклесиаста. – С. 156-157). Один исследователь сказал, «что если бы Соломон написал книгу Екклесиаста, то не было бы никакой истории еврейского языка». Во всяком случае тогда нельзя было бы считать Соломона автором книги Притчей (2 Лоп. – С.5). В тексте книги находятся также места, которые позволяют усомниться в авторстве Соломона. Так Екклесиаст говорит о себе: «Я был царем над Израилем в Иерусалиме» (Еккл. 1,2). Соломон царствовал в Иерусалиме до конца жизни. Поэтому он не мог употребить в данном случае прошедшее время. В другом месте говорится от имени автора: «Я возвеличился и приобрел мудрости больше всех бывших прежде меня над Иерусалимом» (Еккл. 1, 16).
До Соломона царем в Иерусалиме был только Давид. Поэтому множественное число кажется здесь неуместным. Впрочем, епископ Филарет (Филаретов) полагает, что Соломон мог здесь иметь в виду языческих правителей города. Святитель Филарет Московский не был уверен в авторстве Соломона. «К сожалению, обращение Соломона не столь достоверно, как его заблуждение. Книга Екклесиаста по-видимому есть памятник его покаяния», - писал он.
Все содержание книги Екклесиаст посвящено ответу на вопрос: что такое счастье и возможно ли оно в земной жизни? В прологе говорится, что все на земле суета, нет ничего нового. «Все суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, - все суета!» (Еккл. 1,2). «Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, - и нет ничего нового под солнцем» (Еккл. 1,9). Словом суета переводится еврейское слово hebel. Оно неоднократно употребляется и в других библейских книгах. Буквальное значение слова hebel: дым, пар, а в переносном смысле: тленность, суетность, бесполезная вещь. Имя Авель (Быт. 4, 2) производят именно от этого слова. Употребляется оно и в книге Иова: «Опротивела мне жизнь. Не вечно жить мне. Отступи от меня, ибо дни мои суета (hebel)» (Иов 7, 16).
Почему Екклесиаст (удобства ради будем отождествлять его с Соломоном) приходит к выводу, что все суета? К такому выводу он приходит на основании своих рассуждений и исследований на практике. «И предал я сердце мое тому, чтоб исследовать и испытать мудростью все, что делается под небом» (Еккл. 1,13). Соломон испробовал все, что есть в жизни. Среди прочего он исследовал и отрицательные явления. «Вздумал я в сердце моем услаждать вином тело мое и, между тем как сердце мое руководилось мудростью, придержаться и глупости, доколе не увижу, что лучше для сынов человеческих, что должны были бы они делать под небом в немногие дни жизни своей» (Еккл. 2,3). Автор размышляет о широкой, насыщенной удовольствиями жизни, которую он проводил. «Я предпринял большие дела; построил себе дома, посадил себе виноградники, и устроил себе сады и рощи и насадил в них всякие плодовитые дерева; сделал себе водоемы для орошения из них рощей, произрастающих деревья; приобрел себе слуг и служанок, и домочадцы были у меня; также крупного и мелкого скота было у меня больше всех, бывших прежде меня в Иерусалиме; собрал себе серебра и золота и драгоценностей от царей и областей; завел у себя певцов и певиц и услаждения сынов человеческих – разные музыкальные орудия. И сделался я великим и богатым больше всех, бывших прежде меня в Иерусалиме; и мудрость моя пребыла со мною.