Г.Е. Колыванов

В сирийском переводе Пешито: «Я знаю, что мой Искупитель жив и что в конце Он появится на земле. И на моей коже и на моей плоти это поторопилось. И если очи мои видят Бога, то они увидят свет».

Софар в своей речи (гл. 20) говорит о том, что суд Божий уже выражен в свершившихся событиях и что Бог не знает исключений ни для кого. Если Иов наказан, то значит он действительно грешник и для него нет надежды, на то, что Бог выступит на его защиту.

Иов (гл. 21) возражает и показывает, что в жизни нередко бывает совсем наоборот. «Почему беззаконные живут и достигают старости, да и силами крепки? Дети их с ними перед лицем их, и внуки их перед глазами их. Домы их безопасны от страха, и нет жезла Божия на них... А между тем они говорят Богу: отойди от нас, не хотим знать путей Твоих! Что Вседержитель, чтобы нам служить Ему? И что пользы прибегать к Нему?» (Иов. 21,7 - 16). «Часто ли угасает светильник у беззаконных, и находит на них беда, и Он дает им в удел страдания во гневе Своем?» (Иов. 21,17) – вопрошает Иов.

Третий цикл речей.

Третий цикл речей вновь открывает речь Елифаза (гл.22). Он говорит о том, что Бог не получает никакой выгоды от дел праведника, равно как и поступки грешника не приносят Ему вреда. Бог наказывает грешника и награждает праведника исключительно по причине Своего правосудия. Поэтому единственную причину страданий Иова Елифаз видит в его греховности. Он перечисляет различные грехи, которыми мог согрешить Иов: «Верно, ты брал залоги от братьев твоих ни за что и с полунагих снимал одежду. Утомленному жаждою не подавал воды напиться и голодному отказывал в хлебе; а человеку сильному ты давал землю и сановитый селился на ней. Вдов ты отсылал ни с чем и сирот оставлял с пустыми руками» (Иов. 22,6-9). Елифаз призывает Иова к покаянию.

Иов, разочаровавшийся в друзьях, ищет помощи только у Бога. «О, если бы я знал, где найти Его и мог подойти к престолу Его! – восклицает он. - Я изложил бы пред Ним дело мое и уста мои наполнил бы оправданиями; узнал бы слова, какими Он ответит мне, и понял бы, что Он скажет мне. Неужели Он в полном могуществе стал бы состязаться со мною? О, нет! Пусть Он только обратил бы внимание на меня. Тогда праведник мог бы состязаться с Ним, - и я навсегда получил бы свободу от Судии моего» (Иов. 23,3-7). Далее Иов говорит о том, что грешники часто остаются безнаказанными, и в подтверждение приводит многочисленные примеры.

В 28 главе, как уже указывалось, находится особая поэма – «Похвала Премудрости». В ней говорится, что все человеческие достижения не открывают человеку доступа к Премудрости Божией. Она превосходит все. Премудрость нигде не обитает. Она дороже всех драгоценных камней. Она нигде не живет и доступна лишь Богу. Для человека есть лишь один практический путь, заменяющий для него обладание премудростью – это страх Божий и удаление от зла.

В 29-30 главах находится заключительная речь Иова. Он вспоминает прошлое, свое потерянное счастье. Вспоминает о том, как Бог хранил его и каким авторитетом он пользовался у сограждан. Вспоминает Иов и о тех благодеяниях, которые он делал другим. Вместе с тем он размышляет и о настоящем. Он не находит никакой причины для такой резкой перемены своей жизни в худшую сторону. В реальной ему остается только одно – его страдания.

В 31 главе содержится апология Иова. Он взывает к Богу о справедливости: «Пусть взвесят меня на весах правды, и Бог узнает мою непорочность» (Иов. 31,6). Он перечисляет грехи, которых он, по его убеждению, никогда не совершал: 1) Прелюбодейные помыслы; 2) Обман; 3) Зависть; 4) Кража; 5) Прелюбодеяние; 6) Обиды, нанесенные слугам; 7) Нарушение прав земледельцев и наемников; 8) Немилосердие; 9) Скупость; 10) Горделивость; 11) Язычество и суеверие; 12) Мысли о мести и проклятии; 13) Отказ в гостеприимстве.

Речи Елиуя.

Внезапно на сцене появляется новое действующее лицо. Это некто Елиуй, сын Варахиилов, Вузитянин. Большинство ученых считает речи Елиуя позднейшей вставкой в первоначальную редакцию книги Иова. К такой мысли приводит внезапное появление и такое же внезапное исчезновение Елиуя в ходе повествования. Ни в прологе ни в эпилоге Елиуй не упомянут ни одним словом. Стиль его речей отличается от стиля других поэтических мест книги.

«Когда те три мужа перестали отвечать Иову, потому что он был прав в глазах своих, тогда воспылал гнев Елиуя, сына Варахиилова, Вузитянина из племени Рамова: воспылал гнев его на Иова за то, что он оправдывал себя больше, нежели Бога, а на трех друзей его воспылал гнев его за то, что они не нашли, что отвечать, а между тем обвиняли Иова» (Иов. 32,1-3). Речь Елиуя начинается с ораторского вступления (глава 32). Он указывает на свой молодой возраст, как на причину, по которой он до сих пор молчал. «Я молод летами, а вы – старцы; поэтому я робел и боялся объявить вам свое мнение» (Иов. 32,6). Но поскольку речи старших оказались бесполезными, то он решил выступить с изложением собственных взглядов. Речь Елиуя можно разделить на четыре части. В первой части (глава 33) он обращается к Иову, а во второй части (глава 34) – к друзьям.

Елиуй опровергает мнение Иова о том, что Бог враждует с ним. Он говорит о том, что Бог выше человека. Поэтому человек, как существо ограниченное, не в состоянии понять смысл действий Бога. Они представляются ему враждебными, но на самом деле таковыми не являются. Бог, как отмечает Елиуй, говорит с человеком особым способом – делает ему предупреждения, а затем вразумляет через страдания. При этом Он не враждует с человеком, а помогает ему.

Обращаясь к друзьям, Елиуй указывает на то, что они не смогли защитить Бога от обвинений в несправедливости. Бог справедлив. Но друзья, доказывая это, не правы, когда пытаются представить осуществление Божественной справедливости, в виде какого-то судопроизводства, подобного человеческому.

Речи Господа

После того, как Елиуй замолчал, сбылось желание Иова, чтобы Сам Бог отвечал Ему. Господь отвечает Иову из бури. «Кто сей, омрачающий Провидение словами без смысла?» (Иов. 38,2). Бог принимает вызов Иова и советует ему приготовится к борьбе с Ним. «Препояшь ныне чресла твои, как муж: Я буду спрашивать тебя, и ты объясняй Мне» (Иов.38,3). Господь указывает Иову на дела Своей премудрости и всемогущества. Он делает это в форме вопросов. «Где ты был, - вопрошает Господь Иова, - когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь. Кто положил меру ей, если знаешь? Или кто протягивал по ней вервь? На чем утверждены основания ее, или кто положил краеугольный камень ее, при общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости? Кто затворил море воротами, когда оно исторглось, вышло как бы из чрева, когда Я облака сделал одеждою его и мглу пеленами его, и утвердил ему Мое определение, и поставил запоры и ворота, и сказал: доселе дойдешь и не прейдешь, и здесь предел надменным волнам твоим?» (Иов. 38, 4-11). На эти и другие, подобные им, вопросы Иов конечно не мог ответить. Господь, заканчивая Свою первую речь, вопросил Иова: «Будет ли состязующийся со Вседержителем еще учить? Обличающий Бога пусть отвечает Ему» (Иов. 39,32). В целом, ответ Божий можно свести к двум основным моментам. Во- первых, Иов должен понять, что Творец бесконечно превосходит создание.

Во-вторых, человек самостоятельно не может дать рационального объяснения Божественным решениям. Их смысл может быть открыт человеку лишь Самим Господом. Иов понимает это и отказывается от попытки судиться с Богом. «И отвечал Иов Господу и сказал: вот, я ничтожен; что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои. Однажды я говорил, - теперь отвечать не буду, даже дважды, но более не буду» (Иов. 39, 33-35).

Тема второй речи Господа – правосудие Божие и власть Бога над всеми силами зла. Господь указывает Иову на то, что тот не обладает такими способностями и могуществом, чтобы судить о правосудии Божием. Бог предлагает Иову самому судить и карать нечестивых. «Излей ярость гнева твоего, - говорит Он, - посмотри на все гордое и смири его; и взгляни на всех высокомерных и унизь их, и сокруши нечестивых на местах их; зарой всех их в землю и лица их покрой тьмою. Тогда и Я признаю, что десница твоя может спасти тебя» (Иов. 40,6-9). Затем Бог описывает Иову двух чудовищ: бегемота и левиафана. Легко заметить, что описываемые животные не принадлежат зоологическому миру. Например, о левиафане говорится: «Из пасти его выходят пламенники, выскакивают огненные искры; из ноздрей его выходит дым, как от кипящего горшка или котла. Дыхание его раскаляет угли, и из пасти его выходит пламя. На шее его обитает сила, и перед ним бежит ужас... Сердце его твердо, как камень, и жестоко как нижний жернов. Когда он поднимается, силачи в страхе совсем теряются от ужаса. Меч, коснувшийся его, не устоит, ни копье, не дротик, ни латы. Железо он считает за солому, медь – за гнилое дерево... Он кипятит пучину, как котел, и море претворяет в кипящую мазь; оставляет за собою светящуюся стезю; бездна кажется сединою.