Иеромонах Исаак

Тогда, увидев, что возмутить меня с помощью "света" не получилось, диавол придумал другую штуку. Внезапно слева, в нескольких метрах от меня, появились два бесенка – вот такусенькие – ростом метра в полтора и начали "баловаться", шлепая друг друга в ладоши и пинаясь ногами. Кино да и только! Ну тут уж я не мог удержаться от смеха. Видишь, что придумал диавол? Видит, что я не обращаю внимания на его "свет" – так на тебе, – прислал мне этих бесенят».

* * *

Однажды ночью, когда Старец спал, он почувствовал, как кто то толкает его и говорит: «Вставай на свое монашеское правило – ты проспал». – «Кто же это меня толкает в такой час?» – подумал Старец сквозь сон. Проснувшись, открыв глаза, он увидел возле себя диавола. «А, это ты...» – сказал Старец и, выражая презрение к диаволу, спокойно повернулся на другой бок. Однако искуситель не мог угомониться и продолжал свое: «Да, но ведь ты проспал, тебе надо совершать твое правило!» – «Я сам знаю, когда мне совершать мое правило, – ответил Старец. – Не тебе распоряжаться моей молитвой».

Видение души почившего монаха

Ночью 1 го июня 1975 года, молясь, Старец увидел, как восходит на небо душа румынского монаха Старца Филарета из кельи святого Андрея на Капсале. Душа отца Филарета105 была в образе отрока лет двенадцати, со светлым лицом. Она восходила на небеса в небесном свете. На следующий день Старцу сказали, что в тот самый час ночи, когда ему было это видение, добродетельный старец Филарет (это имя значит «друг добродетели») почил о Господе.

Снегирь по имени Олет

Старец любил подниматься на один небольшой хребет над своей каливой и молиться там по четкам. Тут к нему стал прилетать снегирь, с которым Старец подружился и дал ему имя Олет, что по бедуински означает «дитя». Когда Старец звал птицу по имени, она тут же прилетала, садилась ему на плечо, клевала корм из его ладони. Когда Старец уезжал, он оставлял корм на одном плоском камне, под которым в двух банках хранились запасы «продуктов» для Олета: одна банка была с рисом, а другая – с пшеницей.

Старец рассказывал: «Мы с Олетом дружим уже пять лет. Однажды, когда я болел, он не притронулся – к корму, который я ему оставил на камне, но прилетел в келью, чтобы посмотреть, что со мной случилось. Этот горемыка привел меня в умиление. Животные понимают, как расположены люди, и приближаются к нам в соответствии с нашим расположением. Человек для них все равно что Бог. Поэтому человек должен любить животных – ведь другого рая они не ждут».

Спасение от смерти

Однажды, как рассказывал сам Старец, с ним произошло следующее: «Вдалеке вдалеке я услышал артиллерийскую пальбу – стреляли словно из тяжелых орудий. Я взял четки и поднялся на соседний хребет, чтобы получше увидеть, что происходит: мне показалось даже, что началась война. Я встал на камень и стал творить Иисусову молитву. Вдруг впереди что то сверкнуло – и я мгновенно упал на землю». Что же произошло? Один охотник издалека увидел Старца и принял его за кабана. Вскинув ружье, он прицелился и нажал на курок. Старец, увидев блеск ружейного ствола на солнце, мигом упал на землю и остался в живых. Видимо, диавол, которому доставляют радость войны и битвы, не хотел, чтобы Старец молился о мире своего Отечества. Позже был еще один подобный случай, когда Старец, молясь в лесу, попал под обстрел охотника. Но и в этот раз Бог сохранил его от опасности.

Осужденная душа

Старец рассказывал: «Одна моя знакомая старуха была жутко скупой. А вот дочка у нее была очень хорошая. Когда она хотела подать милостыню, то выбрасывала какую нибудь вещь из окна, выходила из дома с пустыми руками (потому что ее мать следила, чтобы та ничего не выносила из дому), потом подбирала под окном выброшенную вещь и отдавала нуждающимся. Однако если она говорила матери, что монах (то есть я) просит у них такую то вещь, то старуха позволяла отдать.

После кончины этой старухи (я в то время уже жил на Афоне) я увидел некоего юношу (по всей вероятности, это был ее Ангел Хранитель), который сказал мне: "Пойдем, тебя просит прийти раба Божия такая то" (он назвал ее имя). Я так и не понял, что со мной произошло: внезапно мы оказались в Конице перед какой то могилой. Юноша повел рукой и могила открылась. В могиле, среди глинистой жижи, я увидел скупую старуху, которая уже начала разлагаться. "Монах, спаси меня!" – закричала она.

Мне стало за нее больно, я испытал к ней жалость. Не чувствуя брезгливости, я спрыгнул в могилу, обнял ее и стал спрашивать: "Что с тобой?" – "Скажи мне, – спросила она, – разве я не с готовностью давала тебе то, что ты у меня просил?" – "Да, – говорю, – с готовностью". – "Все в порядке", – успокоил ее Ангел Хранитель. Он вновь повел рукой и "задернул" могилу, подобно тому как задергивают занавеску, и я вновь оказался в своей каливе.

Сестры из Суроти меня потом спрашивают: "Что с тобой произошло в день святого Андрея?"106 – "Молитесь, – отвечаю я им, – о упокоении души рабы Божией такой то".

Через два месяца107 я увидел ее вновь. Внизу была бездна, хаос, а наверху, на ровном месте виднелись дворцы, много домов и много людей. Там же, наверху, стояла и эта старуха – очень радостная. Лицо у нее было словно у младенца, только крохотное грязное пятнышко осталось, но один маленький Ангел оттирал и это пятнышко – чтобы вся она стала чистой.

Я видел, как в глубине бездны бьются, мучаются и пытаются выбраться наверх люди.

Обняв старуху от радости, я отвел ее подальше от края бездны, чтобы те, кто мучались внизу, нас не видели и не страдали от этого еще больше. А она и говорит мне: "Пойдем, покажу, куда меня Господь поместил"».

Молитва за бесов

Сердце Старца уже преизливалось любовью к Богу, оно горело огнем любви «о людях, и о пернатых, и о животных, и о бесах, и о всей твари»108. Старец читал об этом у аввы Исаака Сирина, но и сам переживал подобные состояния.

«Однажды, – рассказывал он, – я стоял на коленях и молился о бесах, прислонив голову к земле и говоря: "Ты – Бог, и если Ты хочешь, то можешь найти способ, чтобы спасти и этих окаянных, несчастных бесов".

С болью молясь такими словами, я увидел рядом с собой голову пса, который высовывал язык и меня передразнивал. Возможно, Бог попустил это, желая показать мне, что Он хочет спасти и бесов, но они сами этого не хотят»109.

Георгакис с Тибета

Один юноша лет шестнадцати семнадцати по имени Георгакис приехал на Афон и ходил по разным монастырям. В трехлетнем возрасте родители отдали его в буддистский монастырь на Тибете. Мальчик очень преуспел в йоге, стал совершенным колдуном и мог вызывать любого демона, какого только хотел. Также он в совершенстве выучился каратэ, имел черный пояс. С помощью сатаны он показывал производящие сильное впечатление «фокусы»: здоровенные камни разбивал ударом руки, как грецкие орехи; мог читать закрытые книги, а лесные орехи сдавливал в кулаке так, что скорлупа падала, а ядра оставались прилипшими к ладони.

Кто то из монахов, желая помочь Георгакису, привел его к отцу Паисию. Юноша спросил Старца, какими он обладает силами и на что способен. Старец ответил, что сам по себе он никакой силы не имеет и вся сила – от Бога.

Георгакис, желая произвести на Старца впечатление, сосредоточил взгляд на лежавшем вдалеке большом камне, и вдруг камень рассыпался в крошку. Тогда Старец перекрестил один маленький камешек и попросил Георгакиса раскрошить и его. Тот сконцентрировался, стал производить различные колдовские действия, но ничего сделать с камнем не смог. Вдруг юноша начал дрожать. Сатанинские силы – которыми, как ему казалось, он повелевал, – будучи не в силах расколоть маленький камешек, в ярости обратились против него самого и, подбросив его – словно камень из пращи, – зашвырнули на противоположную сторону оврага. Старец помог Георгакису выбраться из зарослей. Юноша был в жалком состоянии.

«В другой раз, – рассказывал Старец, – когда мы с ним беседовали, он вдруг вскочил, схватил меня за руки и заломил их мне за спину. "Пусть Хаджифенди110, если может, придет и освободит тебя!" – прошипел он. Я воспринял эти слова как богохульство – чуть дернул руками: вот так – и он отлетел в сторону. Тогда он высоко подпрыгнул и хотел ударить меня ногой, но его нога, словно натолкнувшись на невидимое препятствие, остановилась в нескольких сантиметрах от моего лица. Бог меня уберег.

Я оставил этого несчастного на ночь у себя в келье. Бесы, разъярившись на него за то, что он не смог меня победить, утащили его вниз, в овраг, и там избили. Утром в жалком состоянии, израненный, весь в земле и колючках, он вылез из оврага и признался: "Это сатана избил меня за то, что я не смог тебя победить"».