Страница 6 из 6
И не только молиться. У нас есть их тюремные адреса, можно им писать. Пусть даже наши письма не дойдут до адресатов: до тюремнаго начальства они точно дойдут, и обращение с заключенными, у которых есть "друзья за границей" заметно улучшится. Группа "Православное действие" посылает церковную литературу по почте в обычных конвертах. Можно даже передавать книги. Можно писать о.
Димитрию Дудко: письма иногда доходят до него, и он отвечает. Любая помощь пойдет на пользу, каждый может сделать хоть что-нибудь. Мы тут на Западе привыкли к бездействию; нстало время очнуться и помочь тем, кому приходится плохо.
И не только им, но и себе. Мы должны многому учиться у верующих России и других коммунистических стран. Не хочу ни в коем случае пугать вас, но нельзя забывать про такую возможность: что сегодня происходит у них, то вскорости, в той или иной форме, будет и у нас. В наши дни антихрист ближе чем когда-либо, и советская действительность - уже не диво, а норма нашего времени.
Здесь на Западе мы как в сказочной стране дураков: но раньше или позже - скорее раньше, чем позже, - сказке придет конец.
К этому надо готовиться - не запасать консервы, как некоторые наши наивные сограждане, - а всерьез, с полным православным пониманием происходящаго. Приходило ли вам когда-нибудь в голову, что с вами будет в концлагере, в одиночке, в карцере? Вы попросту сойдете с ума, если ваш разум не готов к такому испытанию, если в нем нет правильнаго заряда. А чем заряжен вашь разум?
Если там только земные, мирские образы и понятия, есль ваша жизнь катится день за днем без мысли о Христе, о Церкви, о сути Православия, и вдруг вы попадаете в одиночную камеру - нечем заняться, некуда пойти, ни кино, ничего, только голыя стены - вам не выжить.
Об этом есть очень интересная проповедь Рихарда Вурмбранда, румынскаго пастора-протестанта. Когда мы лишены всех книг, вообще всех внешних источников информации, мы вынуждены полагаться только на свой внутренний "багаж". Пастор Вурмбранд говорит, что отрывки из Библии, которые он знал наизусть, мало чем помогли ему в тюрьме; не много помощи было и от формальнаго знания христианских истин.
Но если у нас в душе, в самом сердце - Христос, мы найдем что делать. Можно не помнить весь церковный календарь, но, вспоминая нашу повседневную жизнь, мы вызовем в память основныя события годового богослужебнаго круга: что сохранится в сердце, с тем мы и останемся. Какия из молитв и песнопений мы сумеем запомнить, те нам и будут в помощь: день за днем нам придется читать и петь одно и то же.
Нужно, чтобы было за кого молиться. Русское разсеяние дает для этого превосходную возможность: мысленно перемещаясь по планете, с материка на материк, из страны в страну, мы можем молиться обо всех, даже не зная их имен - о епископах и игумениях, о приходах и священниках, и русских, и миссионерских, о монастырях в Святой Земле, о заключенных в России, в Румынии и в других странах под ярмом коммунизма, о миссионерах в Африке, где столько трудностей и бед, об афонских монахах, о православных в Греции, которых преследуют за старый стиль.
Чем больше вы о них знаете, тем больше вам будет помощи когда на вас самих накатит беда, тем больше у вас будет друзей в камере одиночнаго заключения.
У нас, как говорит Андреев, каждый за всех и все за каждаго: мы остаемся хритстианами в мире, где воцарилось безбожие - пусть даже нас и преследуют еще не всюду.
Каждый христианин получает от Бога свой дар - талант, - за который потом нужно перед Ним держать ответ. В Советской России этот дар - страдание за Христа и верность Ему среди гонений. У нас же, в свободном мире, этот дар - сама свобода; она дается нам для исповедания нашей веры и для углубления в нее блалгодаря доступности и изобилию православных источников.
Но мы обязаны при этом, чтобы наша православная вера была истинным христианством, как определил его св. Тихон: Православие сердца, а не одного только ума. Для такой веры требуется время, требуется страдание, терпение, духовный опыт, но более всего требуется наша собственная решимость. Если каждый из нас серьезно и сознательно положит у себя в сердце такую решимость, посреди нас будет то самое возрождение истиннаго христианства о котором пишет из России о. Димитрий Дудко.
Под конец хочу напомнить вам слова пр. Германа, чью память мы сегодня празднуем, и чья целеустремоенность и решимость так хорошо нам известна. Однажды, беседуя с офицерами на военном корабле, он спросил, что они любят больше всего, а затем пристыдил их, заметив, что самая большая любовь подобает одному только Богу. Беседу свою он окончил знаменитыми словами, которыя сегодня можно найти на многих его иконах: "Давайте же, от сего дня, от сего часа, от сей минуты, любить Бога превыше всего". Как просто - и как точно для всех нас.
Да укрепит нас в этом Сам Господь, молитвами святаго Своего преп. Германа. Аминь.
+ + + Содержание сборника