Страница 1 из 1
Игнатий (Душеин), игум.
Преподобный Пафнутий, игумен и чудотворец Боровский
1(14) мая каждого года православные христиане Калужской епархии празднуют день памяти преп. Пафнутия Боровского, основателя самого древнего, из существующих ныне, монастыря на Калужской земле – Боровской обители, которой в этом году исполнилось 555 лет.
О жизни этого святого сохранилось два древних литературных памятника, написанных его учениками: “Житие преп. Пафнутия Боровского”, написанное Вассианом Саниным, епископом Ростовским, и “Сказание о кончине прп. Пафнутия Боровского”, написанное старцем Иннокентием. Эти два произведения дают нам возможность не просто узнать факты и события из жизни Преподобного, но увидеть его самого, увидеть его личность.
Каждый человек – неповторим, каждый человек – целая вселенная. Святой человек, человек, достигший еще в этой жизни Бога – личность особенно уникальная. Внук крещеного татарского баскака, Преподобный Пафнутий, был удивительно цельной личностью. Житие нигде не говорит о внутренних противоречиях или сомнениях Святого. Однажды став на путь служения Богу, преп. Пафнутий никогда уже не поколебался в благом своем произволении. И в мелочах и в большом он был верен. По характеру строгий и горячий, он был одновременно любвеобильным и милостивым настолько, что один вид его смирил “звероподобный”, как свидетельствует житие, нрав подосланного в обитель поджигателя. Списатель жития Святого епископ Вассиан и автор "Сказания" старец Иннокентий как на отличительную черту характера Преподобного указывают на его непреклонный нрав и на абсолютное нелицеприятие. Святой Пафнутий был ровен и с высшими и с низшими. Он не боялся лица княжеского, не заискивал перед сильными и не превозносился перед простыми.
В житии не говорится о том, как внук татарского баскака, которому можно было бы спокойно прожить жизнь в отцовском имении, не думая о хлебе насущном и пользуясь всеми радостями земной жизни, созревает духовно. Упоминается только, как он к 20 годам оставляет дом и любящих родителей и идет послушником в Боровский Покровский монастырь. Говорится только, что он от юности прилежно изучал Св. Писание, которое заронило в чистую душу отрока Парфения семя любви Божией, старательно взращиваемое им всю последующую жизнь.
В Покровском монастыре отрок Парфений принимает постриг монашеский с именем Пафнутия и находится в послушании (обучении монашеской жизни) у преп. Никиты Серпуховского – ученика преп. Сергия Радонежского. Усердие преп. Пафнутия в монашеском житии было столь велико и плоды его были столь явны, что братия избирает сорокалетнего Пафнутия игуменом своей обители. Тринадцать лет Преподобный был в полном смысле духовным отцом и настоятелем Покровской обители, явив удивительные примеры любви и заботы о вверенном ему Богом братстве.
Подробно повествует житие Святого о его трудах, скорбях и чудесах. Постоянная молитва, живая вера и твердое упование на Бога и Матерь Божию – вот чем жил Преподобный.
Когда прп. Пафнутию было пятьдесят лет он впал в тяжкую болезнь и, не надеясь на выздоровление, принял схиму. Вскоре он выздоровел, но решил уже не возвращаться к игуменским трудам, а уйти в отшельничество, чтобы, не отвлекаясь ни на какие житейские волнения, посвятить себя подвигу молитвы и очищения души. Преподобный оставляет Покровскую обитель и уходит за несколько верст в безлюдную долину, где поселяется с одним только учеником в живописном месте возле слияния рек Протвы и Извери. Это происходит 6 мая (по новому стилю) 1444 года, в день памяти св. великомученика и победоносца Георгия.
Прп. Пафнутий, собираясь в тишине и покаянии провести остаток дней земной жизни не желал снова быть игуменом, но, однако, Божья воля о нем была иной. Перед смертью Преподобный открыл следующее: “...Сама Пречистая Царица так решила, и, более того, пожелала на этом месте прославить Свое имя, и храм свой воздвигла, и братию собрала, и меня, нищего, долгое время питала и охраняла вместе с братией”. Очевидно, преп. Пафнутию в его отшельничестве было явление Матери Божией, которая повелела ему основать на этом месте монастырь и быть в нем игуменом. Об этом явлении он по смирению открыл только на смертном одре. Удивительно и свидетельство самого подвижника о том, как строился его монастырь: “…не княжеской властью, не богатством сильных, не золотом и не серебром создавалось место сие, но волею Божьей и помощью Пречистой Матери Его. Не просил я от земных князей никаких даров для монастыря и не принимал от тех, кто хотел принести их сюда, но всю надежду и упование о всем возложил на Пречистую Царицу до сего дня и часа…”.
Скоро к духоносному старцу стали во множестве собираться ученики и обитель начала расцветать. Удивительно, что уже при жизни преп. Пафнутия его монастырь был одним из известнейших в России. Его посещали Московские и другие удельные князья и слава о нем шла по всей Руси. Начиналось же все не с "грандиозных" замыслов и проектов, а молитвами и трудами самого Преподобного, который своими собственными руками вместе с братией строил храм. И был он первым на всех послушаниях монастырских, и в храме Божием он появлялся раньше всех и покидал его последним.
Всю жизнь трудился Преподобный и не знал праздности ни на минуту. Ум его всегда был занят молитвой. Всегда и во всем полагался он на Бога и Богородицу. Когда Господь открыл Своему верному служителю приближение кончины, Преподобный отложил все попечения земные и целиком погрузился в покаяние, которое было спутником его, как и всех святых, на протяжении всей жизни, и которое он считал особенно необходимым для себя в предсмертный час: “…Господь по своему милосердию, не желая смерть навести на непокаявшегося грешника, дал мне, грешному, шесть дней для покаяния, так нет – ты мне не даешь покоя ни на один час, наводишь на меня мирян”, – так сетовал Преподобный на своего ученика Иннокентия. Смирение – самое главное отличительное качество истинных святых, особенно явилось в Преподобном перед кончиной. Он, проведши всю жизнь в трудах ради Христа, не уповал на эти труды, не считал их собственно своими заслугами, не полагал, что его праведная жизнь достойна Небесного Царства. Последняя молитва Святого, которую с трудом расслышали ученики из его почти уже безмолвных уст, была такой: “Царю небесный Всесильне! Молю ти ся, Владыко мой, Иисусе Христе, милостив буди души моей, да не удержана будет противных лукавством, но да усрящют [1] ю ангели Твои, проводяще ея сквозе пронырств [2] тех мрачных мытарств [3], и наставляюще ю к Твоего милосердия свету.
Вем бо и аз, Владыко, яко без Твоего заступления никто же может избыти [4] козней духов лукавствия”.
Скончался прп. Пафнутий 1(14) мая 1477 года за час до захода солнца. Так велика была любовь к нему братии, и так огромна была их печаль о его кончине, что никто из них не мог при погребении ни петь ни читать молитв – все рыдали.
Преподобный и после кончины не оставляет свою обитель, что он предсказывал еще при жизни. Однажды он сказал: “Всю надежду и упование о всем возложил (я)
Если же и я некоей благодати сподоблюсь, то неумолчно буду молиться за вас Господу”.
Нельзя человеку спастись без скорбей и искушений. Бывают в обители дни благоденствия, бывают времена терпения скорбей, в которые и собирается христианином духовное сокровище смирения. Недавно в Боровском монастыре, в алтаре предела преп. Пафнутия, расположенного в соборе Рождества Богородицы, поместили икону Преподобного, вырезанную по дереву. На свитке, который держит в руках святой Пафнутий вместо обычной надписи “Не скорбите убо братия…”, по недосмотру резчика (а для верующих по Промыслу Божию) оказалась надпись: “Скорбите убо братия…”
Преподобне Отче наш Пафнутие, моли Бога о нас грешных!
[1] Встретят
[2] Препятствий
[3] Мытарства – путь души, после оставления тела от земли к небесам, на котором она проходит через полки отверженных духов – демонов и бывает испытуема ими. Если при жизни земной человек стяжал качества души подобные бесовским, то его душа по подобию с бесами становится их собственностью, если же человек стяжал качества подобные Божественным (любовь, милость, смирение, чистоту и т.д.), то душа беспрепятственно проходит сквозь полки демонов к Творцу и Спасителю.
[4] Избежать