Страница 41 из 51
Ему непосильно даже полдня ничего не есть, а человек немощный по природе, но обилующий благодатью способен много и строго воздерживаться: благодать Божия будет его укреплять. Об этом сказано в Священном Писании. Когда апостол Павел перечисляет плоды духовные, среди них он называет и воздержание, то есть воздержание есть плод духовный. Однако же это не значит, что мы не должны ограничивать себя в пище. Представим себе человека, чрезвычайно внимательно молящегося, необыкновенно ревностного к молитве и пламенно желающего чистоты (конечно, не телесной, не вымыться в бане, некоторые же считают, что возможна единственно телесная чистота). И если таковой, желающий нравственной чистоты, может быть и при пламенной молитве, (не знаю, бывает ли это в жизни, наверное нет, но все же предположим) будет одновременно обильно употреблять пищу, то он не в силах будет победить свою плоть. Как сказал Иоанн Лествичник, человек, борющийся с блудной страстью и угождающий чреву, подобен тому, кто угашает огонь маслом. Преподобный Исаак Сирин, если я не ошибаюсь, говорит, что даже преуспевшие подвижники, когда нарушают правила поста, терпят некоторые повреждения в бесстрастии. Что уж о нас говорить? Поэтому даже самые немощные должны, разумно, конечно, сообразно своей немощи воздерживаться в пище.
Едва ли есть такие больные, которые не нуждаются в воздержании, - может быть, исключение составляют только умирающие. Пусть воздержание это будет очень слабое, но оно все равно необходимо. И здесь, разумеется, нужна рассудительность, чтоб не "перегнуть палку".
Пост должен ослаблять телесные силы до такой степени, чтобы человек был способен с некоторым понуждением овладеть своим умом. Пост не может все сделать, все исправить, но он необходим. В наше время чревоугодие часто оправдывают болезнями. Наши врачи таковы, что они считают, будто есть лишь два лекарства, для того чтобы быть здоровым, - это жениться и есть мясо. Больше никаких лекарств нет. Однажды я пошел к врачу, так как меня беспокоил кишечник. И она мне кое-что посоветовала (быть может, она и хороший специалист), а потом тихо одному пациенту (она не думала, наверно, что он передаст мне ее слова) сказала: "Ничего у него не получится, не выздоровеет он, потому что мясо не ест". То есть если бы я ел мясо, то, значит, выздоровел бы, а раз я его не ем, то уже все бесполезно. Можно иногда и гораздо более отвратительные вещи услышать. В наше время считается, что, для того чтобы быть здоровым, надо побольше есть. Чем больше ешь - тем здоровее будешь. Мало ешь - естественно, будешь болеть. Возможно, сейчас я приведу пример примитивный, но бывает так, что люди приходят на исповедь и говорят, что они не в состоянии поститься даже перед Причастием или, по крайней мере, соблюдать большие посты по причине болезни. "А чем болеешь?" - "У меня аллергия". Я спрашиваю: "Ну и что, что у тебя аллергия?" - "А пока молока не попью, сил никаких нет".
Или: "У меня повышенное давление" - "Ну, хорошо, повышенное давление, и что с того?" - "Если молока не попью, так совсем не могу". Люди с пониженным давлением тоже молоком лечатся. Молоко у них является лекарством от всех болезней: от повышенного или пониженного давления, от аллергии, остеохондроза... Вот что, оказывается, нужно делать. Иногда они с удовольствием едят даже такую пищу, которая на самом деле просто вредна им для здоровья, но считают, что без нее они будут болеть. Конечно, еще раз повторяю, это примитивный пример, и тем не менее мы должны быть весьма и весьма к себе внимательны. Необходимо хорошо понимать, что воздержание в пище необходимо даже больным людям, и не оправдывать себя телесной немощью. Преподобный Иоанн Лествичник говорит, что он видел людей, которые находились в тяжелой болезни и даже на смертном одре, но были люто боримы блудной страстью. Кто же тогда не нуждается в воздержании?
Еще раз говорю: от чревоугодия бывает не только блудная страсть, но и гнев, и иногда уныние, выражающееся, правда, лишь в определенном отношении. Это очень весело, конечно, когда ты хорошо и вкусно поел, и уныние здесь проявляется не в такой примитивной форме, что тебе грустно. Может быть, ты уныния этого и не замечаешь, тебе кажется, что ты весел, но стоит только взяться за Священное Писание, или за четки, или вообще начать как-то молиться, как ты сразу же чувствуешь, что для тебя это совершенно невозможно, мучительно. Таким образом, становится явным то, что чревоугодие приводит к унынию в отношении духовных занятий. Я думаю, это также многие испытывали. Потому-то святые отцы советуют после обеда заниматься наиболее легким духовным занятием, то есть чтением святоотеческих писаний. Разумеется, в послеобеденное время гораздо легче читать, чем исполнять молитвенное правило.
В принципе, каждый, учитывая состояние здоровья, должен стремиться к тому, чтобы соблюдать все посты, чтобы плотно не есть на ночь, - за исключением тяжелобольных, очень немощных людей, которые нуждаются в постоянном подкреплении пищей. Вообще, желательно не переедать, но всегда чуть-чуть недоедать и не очень увлекаться лакомствами, по крайней мере в обычное время. В некоторые праздники можно дать послабление, сделать себе утешение в пище, так сказать, но в основном надо придерживаться простой пищи, той, которая на самом деле нужна и которая действительно укрепляет человека. Миряне, конечно, пусть едят и мясо, никто им не может запретить. Но, как сказал апостол Павел в сегодняшнем апостольском чтении, все мне дозволено, но не все полезно; все мне дозволено, но ничто не должно мною обладать (см. 1Кор.6:12). Если это можно, хотя мне не и полезно, то не следует отсюда делать вывод, что я все же должен это употреблять. Разрешение есть мясо - это не приказание. Как-то я советовал одному человеку воздерживаться от мясной пищи, по той причине, что он был неженатым и ему нужно было хранить хотя некоторое воздержание в еде, есть мясо ему было совершенно ни к чему. Он возразил: "Церковь же разрешает!" Как же, мол, я запрещаю то, что Церковь дозволяет? Я как бы иду против Церкви: она разрешает есть мясо, а я запрещаю. Вот какой я еретик.
Но он совсем не думал, пойдет ли ему на пользу вкушение мясной пищи или нет. Нужно помнить вот что: если человек занят тяжелым физическим трудом или очень болен, то ему нужно вообще много есть, в том числе и мяса, то есть как-то особенно себя подкреплять. Во всех остальных случаях надо быть очень разборчивым, очень осторожным, чтобы не превратить разрешение в приказание. А у нас получается, что когда дело доходит до поста, то нам можно его не соблюдать, поскольку мы немощны, когда же пост заканчивается и начинается мясоед, то нам нужно есть мясо, потому что "Церковь так учит". "Церковь учит есть мясо". Получается, что мы лукаво выбираем то, что нам выгодней. Без воздержания в пище невозможно преуспеть в молитве. Как сказал Исаак Сирин, даже совершенные - и те от нарушения правил поста терпят некоторое повреждение в бесстрастии. Человек, предающийся чревоугодию, не может заниматься умным деланием. Желающим в нем преуспеть я бы посоветовал питаться попроще, но, конечно, с рассуждения, с благословения духовника. Неважно, что есть на столе. Можно взять благословение воздерживаться от каких-то видов пищи. Совсем необязательно съедать все, что предлагается, допустим, на монастырской трапезе, ты можешь и не съесть что-нибудь особенно вкусное - никто и не заметит. Это незаметное, скромное воздержание, возможно, принесет тебе большую пользу.
В то же самое время еще раз хочу предостеречь от крайностей, сейчас все-таки много людей немощных, больных, и поэтому особо строго подвизаться, наверное, едва ли кто способен, за редким исключением.
Поскольку о борьбе со страстями я хочу сказать бегло, то перейду к следующей страсти. Второй плотской страстью (мы смотрим, так сказать, по восходящей, т.е. восходим от плотских страстей к духовным) считается страсть гнева. Святыми отцами она действительно расценивается как плотская, телесная. Ведь вы и сами замечали: у человека, поддавшегося гневу, появляется такое чувство, будто бы возле сердца закипает кровь, и вообще он ощущает очень сильный прилив крови, часто лицо краснеет и так далее. То есть страсть гнева, несомненно, зависит от физического состояния человека. Есть, конечно, люди более наклонные к гневу, есть менее наклонные. На самом же деле в каждом из нас присутствуют все страсти, но в ком-то одни страсти действуют сильнее, другие - слабее, а в ком-то - иначе. При страсти гнева очень полезна бывает молитва за тех людей, которые вызывают в нас гнев и раздражение. Пусть даже они нам незнакомы, пусть это люди, может быть, и откровенно плохие, лишь бы в нашем сердце прошла неприязнь по отношению к ним. Но иногда гнев бывает столь силен, что одно упоминание имени и вообще воспоминание в молитве того человека приводит к более сильному гневу. Ты вроде бы хочешь молиться за него, но, поскольку в молитве вспоминаешь о нем, вспыхивает еще больший гнев.