Страница 292 из 379
ІІрійдя въ совершенный возрастъ, Фавстинъ и Фавстиніанъ приняли крещеніе и послѣдовали за апостоломъ Петромъ, про- повѣдывавшимъ евангеліе въ той странѣ. Отецъ ихъ оставался въ Римѣ и ие зналъ объ участи жены и дѣтей. По прошествіи года со времени отплытія ихъ посылалъ въ Аѳины своихъ рабовъ, чтобы узнать, какъ живутъ уѣхавшіе, но рабы не возвратились. На третій годъ Фавстъ снова послалъ въ Аѳины; посланные возвратились съ извѣстіемъ, что ни о Матѳидіи ни о дѣтяхъ ея ничего не извѣстно въ Аѳинахъ. Фавстъ посылалъ въ другіе города, но также не получалъ никакихъ извѣстій. Наконецъ, обойдя лично всѣ пристани и тщетно распрашивая корабельщиковъ, Фавстъ рѣшился самъ ѣхать въ поиски за своимъ семей-
Мѣ с я ц ъ ноябрь. 603
стволъ, поручивъ Климента надежнымъ воспитателямъ. Онъ побывалъ всюду, гдѣ по его предположенію могли быть Матѳидія и сыновья, но всѣ поиски были напрасны. — Климентъ между тѣмъ воспитывался въ Римѣ и достигъ совершеннаго возраста. Часто приходило ему на умъ, гдѣ отецъ его, гдѣ мать, гдѣ братья-, нерѣдко онъ оплакивалъ ихъ, какъ умершихъ. Забавы, развлеченія перестали занимать его-, онъ сдѣлался серьезнымъ и сосредоточеннымъ. Въ такихъ обстоятельствахъ познакомился онъ съ однимъ христіаниномъ и узналъ отъ него главныя истины христіанскаго ученія. Тогда Климентъ рѣшился посѣтить мѣста земной жизни Іисуса Христа и отплылъ въ Іудею, оставивъ въ Римѣ домъ и все имѣніе. Поднявшаяся во время плаванія буря принесла корабль къ Александріи, гдѣ въ то время проповѣдывалъ апостолъ Варнава. Климентъ слушалъ нѣкоторое время его ученіе, затѣмъ отправился въ Кесарію, и тамъ принялъ крещеніе отъ апостола Петра, въ числѣ учениковъ котораго увидѣлъ своихъ братьевъ, но не узналъ ихъ, какъ и они его, ибо братья разстались еще въ младенчествѣ. Апостолъ Петръ направлялся въ Сирію; за нимъ послѣдовалъ и Климентъ, а Фавстинъ и Фавстиніанъ были посланы туда напередъ. Дорогою апостолъ разспрашивалъ новаго своего ученика о его прежней жизни; Климентъ разсказалъ ему все бывшее съ нимъ и съ его родными, и этотъ разсказъ глубоко тронулъ апостола Петра.
На пути корабль, въ которомъ плыли они, присталъ къ тому острову, гдѣ жила мать Климента, Матѳидія. Апостолъ Петръ сошелъ съ корабля,- недалеко отъ берега, въ близъ лежащемъ селеніи, онъ увидѣлъ женщину, просившую милостыни, вступилъ съ нею въ бесѣду и изъ разсказа ея узналъ печальную исторію ея жизни; онъ спросилъ имя ея: это была Матѳидія. „Я знаю младшаго сына твоего Климента1,1, сказалъ ей апостолъ; „онъ находится теперь со мною**, и повелъ къ кораблю. Климентъ встрѣг тивъ мать свою, не узналъ ее: такъ измѣнилась она за время ихъ разлуки. Матѳидія же, вглядѣвшись пристальнѣе въ Климента, вскорѣ узнала въ немъ своего сына, ибо Климентъ имѣлъ
большое сходство съ отцомъ своимъ Фавстомъ. Велика была радость матери и сына, такъ неожиданно встрѣтившихся послѣ многихъ лѣтъ разлуки. Матѳидія вошла въ корабль и продолжала путь вмѣстѣ съ апостоломъ Петромъ и Климентомъ. Она'спрашивала сына объ отцѣ и узнала, что уже двадцать лѣтъ объ немъ нѣтъ вѣсти. Въ Лаодикіи путники встрѣтили Фавстина и Фавстиніана; послѣдніе спросили Климента, кто сопровождаетъ его. Климентъ отвѣчалъ, что это его мать, найденная имъ на чужой сторонѣ, и затѣмъ разсказалъ по порядку всю судьбу матери, сколько времени онъ не видался съ нею и какъ она вышла изъ Рима съ двумя сыновьями своими. Тогда Фавстинъ и Фавстиніанъ узнали въ немъ родного брата, а въ Матѳидіи — мать свою. Благодаря Бога за спасеніе дѣтей, Матѳидія пожелала стать., какъ и они, христіанкой, и приняла крещеніе отъ апо • стола Петра. Вскорѣ пришлось и Фав- сту увидѣться съ своимъ семействомъ. Въ своихъ странствованіяхъ Фавстъ, уже потерявшій надежду найти жену и дѣтей, дошелъ до Лаодикіи и здѣсь встрѣтилъ апостола Петра. Доведенный до отчаянія Фавстъ потерялъ вѣру въ языческихъ боговъ, которымъ усердно молился все время о возвращеніи ему жены и дѣтей. „Сколько проливалъ я слезъ, молясь богамъ", сказалъ онъ апостолу Петру, разсказавъ исторію своей жизни, „сколько жертвъ принесъ имъ; сколько молитвъ! Но некому внимать моимъ мольбамъ; боги не услышали меня — ибо нѣтъ ихъ11.
— „Ты потому не услышанъ11, возразилъ апостолъ, „что молился богамъ ложнымъ, а не единому истинному Богу, Которому слѣдуетъ поклоняться и молиться. Увѣруй въ Него — и тогда увидишь жену и дѣтей своихъ здравыми и невредимыми11. Петръ, узнавшій изъ разсказа Фавста, что онъ— мужъ Матѳидіи, повелъ его туда, гдѣ была она съ дѣтьми. Не смотря на долгую разлуку супруги вскорѣ узнали другъ друга, и отецъ узналъ дѣтей. Всѣ прежнія несчастія были забыты. Фавстъ увѣровалъ въ истиннаго Бога и принялъ крещеніе отъ апостола Петра. Фавстъ и Матѳидія провели остальное время жизни въ Римѣ, жили благочестиво и скончались въ
604 Мѣ с я ц ъ ноябрь.
преклонныхъ лѣтахъ. По кончинѣ ихъ дѣти продолжали проповѣданіе слова Божія. Особенно ревностенъ въ дѣлѣ проповѣди былъ Климентъ, неотлучный спутникъ апостола Петра, дѣлившій съ своимъ великимъ учителемъ труды й лишенія. Передъ своею кончиною апостолъ Петръ рукоположилъ Климента въ епископа римскаго. Но уже наступали трудныя времена для христіанства. Язычники стали жаловаться гражданскимъ властямъ, что Климентъ искореняетъ почитаніе боговъ, порицаетъ язычество и не уважаетъ храмовъ боговъ. По повелѣнію императора Траяна Климентъ былъ сосланъ въ Херсонесъ, гдѣ его потопили въ морѣ.
II. Слыша житіе священномученика Климента, возблагоговѣемъ, братіе, предъ непостижимымъ Промысломъ Божіимъ, вначалѣ разъединившимъ все семейство святого, для того, чтобы послѣ возсоединить его и просвѣтить свѣтомъ истинной вѣры.
По истинѣ, братія, благоговѣйное, съ вѣрою и упованіемъ соединенное, помышленіе о Богѣ, премудромъ и всеблагомъ Всепромыслителѣ, и о благотворности Его промышленія для насъ, есть сколько долгъ справедливости въ отношеніи къ Нему, столько же и наша собственная потребность для нашего блага и спокойствія.
а) По лѣности мыслить основательно и глубоко, по привычкѣ судить поверхностно, не рѣдко мы говоримъ, что тому или другому человѣку, въ томъ или другомъ случаѣ, посчастливилось или не посчастливилось. Это слова безъ мысли. Если бы я сказалъ вамъ, что притти нынѣ въ церковь вамъ посчастливилось: вы конечно, сказали бы, что это слово здѣсь не даетъ никакой мысли и неумѣстно; что вы пришли не потому, что посчастливилось, а потому, что употребили волю, силу и движеніе. Точно такъ жеиво всякомъ случаѣ тоже слово не даетъ никакой истинной мысли, и неумѣстно предъ разсужденіемъ основательнымъ. А между тѣмъ этотъ мысленный идолъ благопріятствующаго или ^благопріятствующаго счастія, многихъ обольщаетъ обманчивыми надеждами •, затрудняетъ напраснымъ страхомъ-, заграждаетъ отъ нихъ Бога Промыслителя, и дѣлаетъ ихъ виновными въ забвеніи Его.
б) Съ другой стороны гордость и само- надѣяніе внушаютъ человѣку мысль: я это сдѣлалъ, или сдѣлаю съ моимъ дарованіемъ, съ моею силою, съ моимъ искусствомъ, съ моими средствами. Человѣкъ хочетъ быть достаточнымъ промыслителемъ самъ для себя. Это значитъ опираться на ломкій тростникъ, строить домъ на рыхломъ основаніи. Нѣтъ спора, что дарованія, искусство, сила, средства много значатъ для важныхъ дѣлъ: но сколько разъ видали, что блестящее дарованіе, какъ ночной блуждающій огонь, угасало въ болотѣ, что сила сокрушалась предъ немощію, что превосходное по-видимому искусство пе- рехитряло или недохитряло, и не достигало успѣха! Фараонъ преслѣдовалъ израильтянъ съ войскомъ, съ конницею, съ военными колесницами, которыя были превосходнымъ орудіемъ военнаго искусства и силы въ древнія времена*, израильтяне бѣжали, не находя возможности противоборствовать египтянамъ: и кто же остался побѣдителемъ? Израильтяне. Почему? Потому что Фараонъ думалъ быть промыслителемъ самъ себѣ*, а израильтяне преданы были Всепромыслителю Богу.
в) Есть еще воззрѣніе на событія въ мірѣ и между человѣками, которое изобрѣла мудрость, но не Богомудрая, а мудрствующая по стихіямъ міра. Она полагаетъ, что все въ мірѣ, отъ великаго до малаго, съ точностію опредѣлено законами вещей и дѣйствіемъ причинъ, и потому безполезно думать о какихъ-либо чрезвычайныхъ распоряженіяхъ Промысла, которыя только возмутили бы порядокъ и стройное движеніе міра и его частей. О мудрецы машинальные! Вы хотите полную жизни вселенную, съ ея свободными существами, превратить въ мертвую машину, которой бы всѣ части невольно движимы были одна другою, и къ которой бы великій Художникъ, ее устроившій, по запрещенію отъ вашего мудрованія, не смѣлъ прикоснуться для исправленія, или улучшенія какой либо части, что можетъ быть особенно нужно, при возмущеніи порядка злоупотребленіемъ свободы нравственныхъ существъ! Вы свободно располагаете у себя въ домѣ вещами, которыхъ вы не только не могли сотворить изъ ничего, но и произвесть изъ готоваго вещества: и мечтаете