Страница 112 из 185
» Были у царя, как и у всякого человека, свои слабости. Хоть он и получил от современников прозвание Тишайшего,* но бывал по временам весьма резок и вспыльчив. Осерчав на кого-нибудь, давал, случалось, царь волю и языку - награждая провинившегося нелестными эпитетами, и рукам - оделяя чувствительными тумаками. Впрочем, гнев царский был мимолетен и отходчив - частенько после вспышки Алексей Михайлович осыпал «пострадавшего» милостями, сам просил мира и слал богатые подарки, всемерно стараясь загладить размолвку.
При всем своем природном уме и богатой начитанности царь --- *Это лишний раз доказывает, как глубоко проникал народный взгляд в самую сущность явлений. Чутко уловив главное содержание характера государя - тишину и безмятежие его духовного мира, всепроникающую религиозную осмысленность жизни, народ именно эти черты отразил в прозвище царя, минуя, как несущественные частности, человеческие слабости Алексея Михайловича.
441 не любил споров, в отношениях с приближенными бывал податлив и слаб. Пользуясь его добротою, окружающие бояре своевольничали, порой забирая власть над тихим государем. В этом, пожалуй, кроется и разгадка драматических взаимоотношений царя с патриархом. Государь не нашел в себе сил противиться боярскому нажиму, а Никон не счел возможным подстраиваться под интересы знати, жертвуя - хотя бы и на время - законными интересами Церкви.
В исторических оценках минувших эпох людям свойственно проявлять максимализм и нетерпимость. С высоты прошедших столетий все кажется простым и ясным, соблазн поделить людей на «хороших» и «плохих», «наших» и «чужих» оказывается столь силен, что незаметно для себя живую и сложную историческую ткань русской жизни начинают безжалостно кроить и мять в угоду предвзятой, безжизненной схеме.
Боль человеческой души, борьба духа с грешными, страстными порывами падшего человеческого естества, лежащая в основании всего человеческого бытия, оказываются при таком подходе совершенно вне поля зрения горе-исследователей. Лишь обогатившись духовным опытом Церкви, познанием тайн, лежащих в основе жизни мятущегося и алчущего правды человеческого сердца, можно разорвать порочный круг «черно-белого» исторического сознания, приблизившись к пониманию его действительного, ненадуманного многоцветия.
Вглядываясь в прошлое, возгреем в себе любовь и милость, покаяние и сочувствие - и оно отдаст нам свои секреты, увидев в нас друзей и продолжателей, а не прокуроров и судей. Все это необходимо помнить особенно тогда, когда приступаешь к рассмотрению эпох переломных и неспокойных, исторических деятелей крупных и своеобразных. Царь Алексей Михайлович и патриарх Никон воплотили в себе характер и свойства той бурной эпохи.
Вся она - с мятежностью Раскола и духовной высотой уходящей Московской Руси; с растущей державной мощью России и соблазнами нарушения симфонии властей; с проникающим в страну влиянием богоборческого Запада и народной приверженностью древним родным святыням - отразилась в двух этих незаурядных людях, как солнце отражается в малых каплях росы или дождя.
Россия вступала в период тяжелых духовных испытаний, соблазнов и скорбей, дарованных ей Господом как очистительное пламя, долженствующее в горниле своем родить чистое злато живой, трепетной веры - уже навек, до Страшного суда назначенной сиять на Русской земле. Мы и нынче горим в этом огне - спасительном, но скорбном и жгучем. На пути нашей истории, в ее хитросплетениях и извивах привечает 412 Господь трудников Своих, готовых на терпение и на подвиг - каждый в меру своих сил - во славу Божию, на пользу святой Руси.
Таковыми трудниками явили себя царь Алексей и патриарх Никон - потому и помнит их Россия среди безчисленных достойных сыновей своих. ПОРВАЛАСЬ СВЯЗЬ ВРЕМЕН…. РУССКОЕ САМОСОЗНАНИЕ ДЕВЯТНАДЦАТОГО ВЕКА Петр I Алексиевич 1689 -1725 Екатерина I Алексиевна 1725-1727 Петр II Алексиевич 1727-1730 Анна Иоанновна 1730 -1740 Иоанн VI Антонович 1740-1741 Елисавета Петровна 1741-1761 Петр III Феодорович 1761 –1762 Екатерина II Алексиевна 1762-1796 Павел I Петрович 1796-1801 Александр I Павлович, благословенный 1801 -1825 Николаи I Павлович 1825-1855 Александр II Николаевич, освободитель 1855-1881 Александр III Александрович, миротворец 1881-1894 Николай II Александрович, мученик 1894-1917 ОСОБЕННОСТЬ Руси заключалась в полноте и чистоте того выражения, которое христианское учение получило в ней, - во всем объеме ее общественного и частного быта.
В этом состояла главная сила ее образованности.. .» Так определил своеобразие русской судьбы Иван Васильевич Киреевский, один из основателей славянофильства1. К моменту, когда им были написаны эти строки, девять столетий русской истории безоговорочно подтверждали такой вывод. И все же XIX век, не предвещавший вначале, 444 как казалось, никаких неожиданностей и волнений, стал эпохой жесточайшего кризиса русского религиозного самосознания - кризиса, во многом предопределившего дальнейшую трагическую судьбу России.
То было время бурного развития науки и философии, литературы и искусства - «золотой век» русской классической культуры. Время исканий и надежд, разочарований и прозрений, пора окончательной потери соборного духовного равновесия народа, подорвавшая вековые устои русской православной государственности. От XVIII века России досталось тяжелое наследие.
Судорожная эпоха Петра, разметавшая русскую старину в погоне за европейскими новшествами, сменилась господством череды временщиков, мало любивших Россию и еще меньше понимавших неповторимые особенности ее характера и мировоззрения. Едва успевшая передохнуть за время царствования государыни Елизаветы Петровны, страна вновь оказалась ввергнута в водоворот религиозных, политических, экономических и военных перемен и нововведений, продолжавших размывать традиционные ценности бытия святой Руси.
Православная Церковь была унижена и ослаблена: ликвидирована каноническая форма ее управления (патриархат), изъятием церковных земель подорвано благосостояние духовенства и возможности церковной благотворительности, резко сокращено количество монастырей - светочей христианской духовности и православного образования. Самодержавие как принцип правления (
предполагающий религиозно осознанное отношение к власти как к церковному служению, послушанию) все более искажалось под влиянием идей западно-европейского абсолютизма*. Крепостное право, оправданное как тяжкая необходимость (а в своей начальной стадии - и как несомненное благо), становилось явлением все более ненормальным. Пока крепостными были все сословия (
а до 1762 года дворянин был так же «прикреплен к обязательной государственной службе царю, как крестьянин - к хлебопашеству у помещика), положение представлялось справедливым и естественным. Но последовавшие за освобождением дворянства искажения сословного строя привели к тому, что сословия начали различаться не столько по разности служения Богу и Царю, не столько по --- *Эn о особенно характерно для царствования Екатерины II.
Позднее, в царствование таких государей, как Николай I, Александр III и Николай ІІ, здоровый христианский взгляд на царскую власть вновь возвращался, но это уже не могло само по себе остановить гибельные процессы в России. 445 разным обязанностям, сколько по правам, что противоречило русскому историческому опыту. Раскол между массами простого народа, продолжавшими придерживаться традиционных взглядов на жизнь, и его «образованной» (сказать бы - одурманенной!)
частью усугублялся засилием среди высшей чиновной бюрократии иноверцев и инородцев. В целом, к началу XIX века существенному искажению подверглись основы русского жизнеустройства, те зиждительные силы, которыми Русь утверждалась и крепла: Православная Церковь лишилась своего канонического устроения, Царская власть попала под влияние светского мировоззрения, общенародное всесословное единство оказалось подорванным.
И все же русский народ в целом продолжал оставаться державной опорой православной государственности, соборным хранителем истин веры. «Расщепление» самосознания затронуло первоначально численно ничтожную часть общества, родившую из своей среды множество «течений общественной мысли». Часть из них оказало в дальнейшем серьезное влияние на все области российской жизни.
ЗАПАДНИЧЕСТВО ЭТО явление, которое вернее было бы назвать «чуже -бесием», не испытывало недостатка внимания от историков. Исследовательский материал, посвященный западничеству в тех или иных его формах, - огромен, и в своей большей части откровенно пристрастен, хвалебно-комплиментарен и необъективен. На деле же - современное положение России во многом является результатом воплощения в жизнь именно западнических идей.