Исторический очерк Церковной унии. Ее происхождение и характер

Внутренние казацкие смуты отразились и на церковном управлении Западно-Русской Церкви. Еще до заключения «вечного мира» вместе с За­днепровьем, населенным казаками, фактически перешло под власть России и средоточие иерар­хического управления Западно-Русской Церк­ви— Киев. Митрополит всей Западно-Русской Церкви очутился вне пределов западно-русских областей, оставшихся под властью Польши. Сно­шения его с этой частью паствы и паствы с ним затруднялись до крайности. Между тем русское правительство стремилось к тому, чтобы Киевс­кий митрополит зависел от Московского Патри­арха. Еще в 1661г., после смерти митрополита Сильвестра Коссова, русское правительство при­казало быть блюстителем Киевской митрополии посвященному в Москве Мстиславскому еписко­пу Мефодию, несмотря на то что в Киеве был избран и посвящен в митрополита Дионисий Бала­бан. Та же история повторялась и после 1663 г., когда умер Дионисий. Внутреннего порядка в Западно-Русской Церкви не было, тем более что западно-русская иерархия разделилась на партии, из которых одна стремилась своими симпатиями к Москве, другая же ратовала за прежнее положе­ние, т.е. за подчинение митрополии Константино­польскому Патриарху. Каждая из этих партий ста­ралась иметь на митрополичьем престоле своего человека.

Поэтому вскоре случилось так, что в то время как русская половина Западной России избирала своего кандидата, польская выставля­ла своего. Это случилось в 1664 г., когда одна сто­рона избрала митрополитом Могилевского епис­копа Иосифа Нелюбовича-Тукальского, а другая — Перемышльского епископа Антония Винницкого. Конец этому ненормальному положению был по­ложен только после заключения так называемого «вечного мира», когда Московский Патриарх Иоаким решил подчинить Киевскую митрополию Московскому патриаршему престолу и когда Кон­стантинопольский Патриарх согласился на это, и на Киевскую митрополию был поставлен в 1686 г. Пат­риархом Иоакимом Луцкий епископ Гедеон Четвертинский.

Таким образом, в 1686 г. окончилось разделение Русской Церкви, продолжавшееся около двух столе­тий. Единство Церкви восстановилось, однако, не вполне, так как к Московскому Патриарху перешла только та часть Западно-Русской митрополии, кото­рая лежала к востоку от Днепра, и г. Киев. Вся же Киевская область, Волынь, Подолия, литовские обла­сти и Галиция остались по-прежнему под властью польского короля, и там опять разразилась опустоши­тельным ураганом уния, и православные, испытав на себе ее тяжелые удары, везде были подавлены на­столько, что сами, своими собственными силами не могли уже противопоставить ей серьезных преград.

Глава XVII

ПОЛОЖЕНИЕ ПРАВОСЛАВНЫХ ПРИ КОРОЛЕ ЯНЕ СОБЕССКОМ (1674—1696). СОВРАЩЕНИЕ ИХ В УНИЮ. ИЗМЕНА ПРАВОСЛАВИЮ ЛЬВОВСКОГО ЕПИСКОПА ИОСИФА ШУМЛЯНСКОГО

Присоединение Малороссии к Московскому госу­дарству было светлым явлением в истории литовс­ко-русского народа, но по отношению к тем литовс­ко-русским областям, которые оставались под властью Польши и которые во время войн Москвы с Польшей выказывали готовность порвать связи с последней, это светлое явление омрачилось ужасны­ми последствиями. Все православные, оставшиеся под этой властью, очутились в положении изменни­ков Польши, которым короли могли объявлять ка­кую угодно амнистию, но которым не прощало польское общество, особенно иезуитская партия, находившая в этом обстоятельстве прекрасный предлог вдвойне преследовать православных и как изменников отечества, и как нетерпимых иноверцев.

В особенности раздражало иезуитскую партию по­лученное по условиям «вечного мира» Россией пра­во защищать свободу веры своих собратьев в Польском государстве. Казалось бы, что после тако­го договора православные Польши будут пользовать­ся полной свободой в исповедании своей веры. Од­нако этого не случилось, несмотря на опеку России. Православие в Польше стало подвергаться еще боль­шему преследованию, которое непрерывно продол­жалось почти целое столетие, т.е. до падения Польши, а безрассудная ненависть к православным дошла до того, что само польское правительство за­далось целью совершенно истребить православие в литовско-русских областях Польши. Повторились времена правления короля Сигизмунда III. Ян Собесский после вступления на престол тотчас же вы­казал свое особенное благоволение унии. Он дал уни­атам два «диплома», которыми утвердил все незаконно приобретенные ими до сих пор права. Это подтверждение униатских прав открыло латино-униатам широкий простор к захватам церковного иму­щества православных и вызвало в этом деле дикий произвол и слепое изуверство. Захват церковных зе­мель, церковного имущества, утвари, издевательство над православными священниками, их истязание, даже случаи их убийства (например, однажды в ал­таре), поругание святынь, разорение православных кладбищ и т.п. стало делом обычным и повторялось везде, где только были православные.

Тысячи со­хранившихся документов свидетельствуют об этой непомерной ревности последователей латинства к искоренению православия. В особенности своим изуверством отличалась в это время польская шляхта. Не отставало от шляхты и польское правительство. Потворствуя униатам и шляхте, оно ставило право­славных в такое невыносимое положение, что мно­гие из них не выдерживали тягот преследований и переходили в унию. В целях окончательного унич­тожения православия польское правительство при­нимало и более радикальные меры: издавало ограни­чительные распоряжения, подрывавшие православие и способствовавшие распространению унии. Так, пра­вославным братствам — главным борцам за право­славие — запрещено было сноситься с восточными Патриархами по делам веры, и во всех спорных цер­ковных вопросах братства обязаны были обращать­ся за их разрешением к местным епископам или ме­стным судам. Такое распоряжение лишало братства не только связи с восточными Патриархами, но и их духовной опеки и руководства, которыми братства до сих пор пользовались в борьбе с врагами право­славия. Другое не менее вредное для православия распоряжение заключалось в том, что православным под страхом смертной казни запрещалось выезжать за границу и приезжать оттуда, и тем устранялась всякая возможность для православных иметь себе иерархов из-за границы (например из России) в слу­чае перехода в унию своих.

В то же время против православия предпринимались более решитель­ные замыслы. Польское правительство задумало окончательно истребить православие в Западной Руси. Этого оно предполагало достигнуть уничто­жением высшей православной иерархии и поэтому вступило в переговоры с православными епископами, стараясь побудить их к переходу в унию. Подоб­ной мерой польское правительство надеялось ли­шить православное население духовенства и, таким образом, заставить его поневоле принять унию. Это правительству удалось, хотя, как увидим далее, не во всех православных епархиях. В 70-х гг. XVII в. латино-униатской партии удалось склонить на свою сторону Львовского православного епископа Шумлянского.

Измена православию Львовского епископа Иосифа Шумлянского (1643—1708)

Иосиф Шумлянский по рождению принадлежал к православной шляхетской семье, но еще в юнос­ти перешел в унию и одно время служил в польских войсках. Видя в нем человека, способного оказать услуги унии, латино-униаты выставили его канди­датуру на Львовскую православную епископскую кафедру. В 1667 г. он был избран в епископы и для видимости опять перешел в православие. Однако против этого избрания выступил Перемышльский епископ Антоний Винницкий и отказался постричь и посвятить его, а также запретил и духовенству Львовской епархии совершить над ним постриже­ние. Почти силой Шумлянский добился своего по­стрижения от игумена Креховского монастыря и был посвящен в сан диакона и иерея Луцким епис­копом; рукоположения же в епископы он успел до­биться (1668) лишь от греческих изгнанников — Филиппопольского митрополита Софрония и др.

Против Шумлянского восстало и Львовское Ставропигиальное братство, выставившее своим кандида­том на Львовскую кафедру Свистельницкого, кото­рый и был посвящен Винницким. Между обоими кандидатами возникла ожесточенная борьба, про­должавшаяся 5 лет. Лишь с восшествием на Польский престол Яна Собесского, личного друга Шумлянского, последнему удалось победить свое­го соперника. В1675 г., оставаясь епископом Львовс­ким, он был назначен и администратором Киевской митрополии. Будучи в душе униатом и ревностным поклонником шляхетских идеалов, Шумлянский с пренебрежением смотрел на православное духо­венство, и, неудивительно, что он склонился на сто­рону латино-униатской партии и стал действовать в ее духе. К Шумлянскому примкнул кандидат на епископию Перемышльскую Иннокентий Винниц­кий, один архимандрит и один игумен, и все они изъявили готовность принять унию и привлечь к ней прочее духовенство. Всеми ими руководил ма­териальный расчет. Шумлянский, стоявший во гла­ве этого движения, еще в 1677 г. писал папе Инно­кентию XI, выражая в письме готовность отречься от православия и вновь присоединиться к унии. Папа потребовал от Шумлянского открытого при­соединения к унии, но Шумлянский пока не нашел возможным решиться на это. У него зародились более широкие планы.