Страница 68 из 134
С глубочайшим почтением и неограниченною преданностию сердечною имею честь быть Вашим духовным сыном и покорным слугою.
И. Киреевский. <После 22 марта 1852 года>
22. И.В.Киреевский – Иеромонаху Макарию
Милостивый государь, сердечно уважаемый Батюшка! Это письмо, вероятно, придет к Вам в Светлый Праздник, потому прошу Вас принять мое искреннее поздравление вместе с радостным приветствием: Христос Воскресе! Я вчера отправил к Вам по почте мою статью с перерывом в середине (ибо эти листы были в типографии) и не успел при том написать к Вам ни слова. Я прошу Вас, милостивый Батюшка, когда Вы будете по благосклонности Вашей ко мне читать статью мою, то возьмите на себя еще и тот труд, чтобы исправить в ней то, что Вы найдете требующим исправления. Каждое замечание Ваше будет для меня драгоценно. В том пропуске, который я не мог прислать к Вам, находятся мои рассуждения о просвещении западном. Я показываю, что оно вышло из трех источников: из Рима языческого, из Римской церкви и из насилий завоевания – и что все три источника эти направляли ум западного человека к наружности и к предпочтению рассудка (который разбирает внешнюю сторону мысли и формальное сцепление понятий) перед разумом, который стремится к цельной истине. Потому, я думаю, для Вас понятна будет моя мысль и несмотря на пропуск. Для меня же особенно важны будут Ваши замечания о том, что я говорю о святых отцах Восточной Церкви и о России, как она была в древние времена463. Хотя я думаю, что говорю истину, однако же чувствую в то же время, что судить об этом могут только такие люди, как Вы.
А мне не хотелось бы сказать ничего неистинного или неверного, особливо об учении святых отцов.
В последнем письме моем к Вам я писал к Вам о некоторых пустых тревогах, которые были у нас от пустых мыслей. После письма моего Вам, как то обыкновенно бывает, это беспокойство, благодаря Бога, утихло, по крайней мере, по наружности…464
<Страстная неделя 1852 года>
23. Иеромонах Макарий – И.В. и Н.П. Киреевским
М.с.о.н. Г.И.Х.Б.н.п.н.
Достопочтеннейший о Господе Иван Васильевич!
По благословению Высокопреосвященнейшего владыки, при Божией помощи, первое слово святого Исаака Сирина465 переправили русский перевод, согласуясь с блаженного старца Паисия переводом. А также и на прочие 40 слов сделали наши замечания, которые теперь переписываются; на будущей почте постараемся оные Вам доставить, а Вас или Наталью Петровну просим представить оные к Высокопреосвященнейшему владыке; предварительно прочтите первое слово и, ежели что увидите неправильным, скажите нам, а представления не оставляйте.
Также и в других словах хоть некоторые наши поправки просмотрите и их перевода слог посмотрите.
Сделали начало переводить книгу святого Варсануфия466, в некоторых местах случается не без затруднения, но одно обстоятельство, о котором хочу Вас спросить, для меня недоуменно по незнанию моему правил русской литературы; наши господа ученые467 утверждают так, а для меня кажется странным – «В вопросах и ответах» почти во всех пишется: «Вопрос тогожде к томужде», или: «К томужде великому старцу», или: «К Иоанну» и после: «К томужде старцу». Таким же образом и ответ пишется: «Тогожде к томужде» и прочее; таких вопросов и ответов есть помногу, по 20, по 50, а Дорофея468 более восьмидесяти. Так же стоит и в греческой книге469.
Наши утверждают, что в русском переводе нельзя так оставить, а надобно писать: «Вопрос Иоанна470к великому старцу… ответ великого старца Варсануфия к авве Иоанну Миросавскому», при всяком вопросе и ответе именуя вопрошающего и отвечающего.
А иначе, ежели только повторять: «Того же к тому же», – будет нехорошо. А я не знаю, на чем основаться, на их ли знании, или держаться подлинника греческого и славенского?
Прошу Вас в сем недоумении нас разрешить и уведомить, как лучше писать.
По написании сего, посетил нас почтеннейший Степан Дмитриевич Шевырев471, и я уже более не могу продолжать письма, надобно с ним <нрзб.>, мы говорим о литературе, вместе с ним отец Амвросий472, отец Иоанн473 и Лев Александрович474.
Примите мое усердное почтение и желание Вам и всему Вашему семейству доброго здравия и благоденствия. Ваш недостойный богомолец многогрешный иеромонах Макарий.
Достопочтеннейшая о Господе Наталья Петровна! На письмо Ваше от 25 го числа не могу пространно писать по причине занятий с Степаном Дмитриевичем. Будьте здоровы и спокойны; сего Вам усердно желаю. Недостойный богомолец многогрешный иеромонах Макарий.
Детям мое благословение и Александре Петровне и А. Карл.475
29 июля 1852 года
24. И.В.Киреевский – Иеромонаху Макарию
Много и сердечно уважаемый Батюшка!
Я давно уже не слежу за нашею литературою и поэтому не знаю, что делается с нашим языком и какие законы он принимает. Поэтому я в этом случае имею счастье иметь сходство с Вами, милостивый Батюшка, то, что так же, как и Вы, не понимаю, почему по русски нельзя сказать: «Вопрос того же к тому же».
Но если отец Амвросий, авва Иоанн и Лев Александрович держатся этого мнения, то, конечно, оно имеет какое нибудь основание. Впрочем, С.П. Шевырев, который был у Вас, вероятно, разрешил Ваши сомнения своим профессорским авторитетом. Очень любопытно мне будет видеть перевод Ваш первой главы святого Исаака, также и замечания Ваши на перевод лаврский. В присланной Вами рукописи святого Григория Паламы476 есть некоторые места очень темные. Я сличал некоторые из них с греческим подлинником в «Филокалии», и нашлось, что иногда темнота эта происходит от пропусков, а иногда от неправильных знаков препинания. В одном месте я осмелился вставить пропущенное слово ум, без чего смысл совсем терялся, в других же местах я не решился этого сделать. Впрочем, я сличал не все. Лексикон греческий нынче отправился к Вам (с матушками Афанасиею477 и Магдалиною478) тот, какой мне показался лучшим. Но Ферапонтов говорит, что в Саратове издан еще греческо русский лексикон одним ученым, Смарагдом 479, из духовного звания, и если Вам будет угодно, то предлагает его выписать. Потому, если Вы не будете довольны лексиконом Касовича480, то извольте прислать его ко мне, а лексикон Смарагда приказать выписать. Он стоит 3 рубля, а Касовича 4 рубля.
Один мой знакомый дал мне просмотреть находящийся у него перевод некоторых книг «Добротолюбия» на русский язык. Я просил сестру мою списать их и сообщу Вам. Видно, что переводчик владеет хорошо русским языком и переводит с перевода Паисия, однако же имел и греческий подлинник перед глазами. Потому читать эту книгу и легко, и приятно. Однако же притом видно и то, что ученый переводчик не обращал большого внимания на те оттенки выражений, которые в нравственном и в духовном смысле имеют большую важ ность. Потому иногда безделица опущенная или безделица прибавления изменяет всю силу речи. Потому этот перевод нужно бы было просмотреть Вам и поправить, тогда он вышел бы прекрасный.
Слово греческое гнозис, которое Паисий переводит разум, в русском «Добротолюбии», так же как и в лаврском Исааке Сирине, переводится познание.
Испрашиваю Ваших святых молитв и благословения и с сердечною преданностию остаюсь Ваш покорный слуга и духовный сын
И. Киреевский. 5 августа <1852 года>
25. Иеромонах Макарий – И.В. и Н.П. Киреевским
М.с.о.н. Г.И.Х.Б.н.п.н.
Достопочтеннейшие о Господе Иван Васильевич! и Наталья Петровна! Вручитель сего болховской купец Василий Николаевич Куркин481 путешествует на богомолье в Сергееву Лавру; с коим препровождаю к вам рукопись святого Исаака Сирина: 41 слово, полученные мною от Высокопреосвященнейшего митрополита Филарета для прочтения. Оные нами прочтены, и сделаны замечания по нашему разумению, которые также посылаются. Да еще первое слово его же, исправленное нами в слоге по приказанию его Высокопреосвященства. Все оное потрудитесь представить на его благоусмотрение.
Не знаем, как покажутся ему наши замечания. Просим Вас, Иван Васильевич, прочитать оные и первое слово, и, ежели что найдете не ловко, потрудитесь нас известить.
Мы имеем сомнение, что вряд ли покажется владыке наше мудрование касательно «разума». Мы во многих случаях полагаем слово же «разум» оставить так, как и в славянском тексте, а в некоторых – «знание», «разумение» и «ведение». Но в русском академическом переводе нигде не назван разум «разумом», а все больше «ведением» или «знанием». Мы справлялись и в других переводах на русском языке: все разум называют «ведением», и потому господа ученые усвоили это слово, так же как и мы «разум». Хорошо, ежели бы Вы потрудились о сем предложить речь Высоконреосвя щеннейшему и узнать о сем его мнение.