Страница 3 из 31
Сама Матерь Божья явилась мученику в сонном видении и обещала даровать ему силу выдержать подвиг до конца...
И он стоял твердо в своем исповедании, и никакие жестокие меры не могли склонить его к отступлению от пламенно-возлюбленного им Христа. Тогда градоначальник решился отправить его в Константинополь, подробно донося о всем капитану-паше. И в столице мученик неустрашимо произнес свое исповедание в присутствии стамбул-ефенди (губернатора), который велел подвергнуть его жестокому телесному наказанию и заключить в бани, где живут осужденные на каторгу. Изнемогая телесно, не ослабевал духом мученик. Когда через несколько дней потребовали его снова к допросу и то лестью, то терзаниями вымогали от него отступление от веры Христовой, Константин с глубоким вздохом сказал сановнику "хорошо было бы, если бы ты позаботился о пользе твоей души и сделался христианином"... Ответом на эти слова было подписание смертного приговора... Стражи взяли мученика и после новых жестоких истязаний злодеи в необузданной злобе задушили мученика, до последней минуты повторявшего "я — христианин"...
Для предупреждения благоговейного почитания христианами останков его, Турки похоронили его на ближайшем мусульманском кладбище. — Это было 2-го июня 1819-го г.
Некоторые одежды мученика, которые удалось приобрести за деньги от мусульман, были доставлены в Кавсокаливский скит и от них произошли чудные исцеления призвавших с верою на помощь мученика Константина[iii].
3-ГО ЧИСЛА
Св. муч. Лукиллиана, четырех отроков с ним: Клавдия, Ипатия, Павла и Дионисия, и св. девицы Павлы
Лукиллиан, идольский жрец, рассмотрев пустоту и безумие идолослужения, уверовал в истинного Бога и многих приводил ко Христу. Иудеи донесли на него, и он был потребован на суд в Никодимии. Судия принуждал его отречься Христа и возвратиться к идолослужению, а когда он отказался, предал пыткам. Лукиллиана бичевали, сокрушили ему челюсти и повесили стремглав; после того заключили в темницу. Тут уже были четыре отрока, схваченные за исповедание Христа. После новых пыток, все они высланы были на казнь в Византию. Тут четыре отрока обезглавлены, а Лукиллиан повешен на кресте и по всему телу пригвожден гвоздями. Святая девица Павла похоронила тела их и, возвратившись в Никодимию, продолжала свои добрые дела и благотворения исповедникам Христовым. За это была схвачена, подвергнута пыткам и, как непреклонная в своей вере отослана на казнь в Византию, где и обезглавлена на том самом месте, где был распят Лукиллиан. Кончина их последовала в царствование Аврелиана, около 273 года.
Святого мученика Варсавия игумена и других с ним
В июле месяце 345 года последовала мученическая кончина Варсавия игумена и одиннадцати других с ним. Основателем монашеской жизни в Персии называют Евгения, одного из учеников Антония Великого, а о Варсавии говорится, что схваченные с ним десять юношей были учениками его. Местом деятельности его был город Астахара, древний Персеполь, некогда столица Персии. Варсавия обвиняли в том, что прельщает многих, научает колдовству и приготовлению ядов, наносит вред религии магов. Он подвергнут был мукам, которые свидетельствует о грубости и жестокости относительно христиан. Ему дубинами раздробили надколенные чашки, также руки, ляжки и ребра, повредили нос и уши, не оставили в целости и глаз. Все это он претерпел мужественно, не испустивши ни одного крика. Так как правитель не достиг своей цели — вынудить его к боготворению солнца, то и велел вывести за город и там казнить. Мимо места казни проезжал знатный маг с женою, двумя сыновьями и некоторыми из своих родственников. При виде собравшейся толпы, он велел своим продолжать путь, а сам в сопровождении раба пошел туда, желая посмотреть, что там происходит. Приблизившись к месту казни, увидел, что игумен всякого из своих учеников, до которого доходила очередь казни, берет за руку и передает палачу, громко воспевая священную песнь для ободрения исповедников.
Какое впечатление на душу мага произвело такое мужество веры, какое чувство возникло в глубине его сердца, тотчас обнаружилось самым делом. Его духовные очи открылись, и он над телами умерщвленных увидел сияющий пламенем крест. Он поспешил слезть с коня, переменился одеждою с рабом, приблизился к игумену и сказал ему: "я увидел необычайное явление, и ваш Бог истинно определил мне умереть с вами; прими меня, как одного из учеников своих, и передай на смерть, а тут никто меня не знает". Варсавий ради чудного видения исполнил его просьбу. Уже девять из учеников были казнены: он взял мага за руку и передал его палачу; таким образом неузнанный новый исповедник был обезглавлен. Последний ученик был уже одиннадцатым, так мало, значит, обращали внимания на число казнимых! В заключение и Варсавий был обезглавлен. Головы их внесли и выставили в капище Нейты на страх христианам. Но вышло противное. Поступок мага огласился во всей стране и многие Персы обратились к вере, в том числе и семья его.
Перенесение мощей святого Димитрия царевича из Углича в Москву. Это — день встречи святых мощей в Москве. См. 15 мая в сказании о царевиче Димитрии.
4-ГО ЧИСЛА
Св. Митрофана, патриарха Константинопольского
Племянник императора Проба (у 282 года), современник Константина Великого. Управлял церковью десять лет с 316 по 326 год. Во дни его происходил первый Вселенский Собор, на котором он не присутствовал по причине старости (ему было около восьмидесяти лет); вместо себя посылал туда пресвитеров своих (из коих один, Александр, был ему преемником). Имел дар прозорливости и за 10 дней предсказал свою кончину.
Память о преп. Елеазаре и Назарии Олонецких
По ркп. святцам преп. Елеазар и Назарий были основателями Предтечева монастыря, находившегося в Олонецком уезде; они называются чудотворцами, и днем кончины их показан 4 день июня. Но в каком году скончались они? Как совершили подвиг жизни? — Остается неизвестным. Вероятно, что они были учениками аввы Лазаря Мурманского и подвизались в ХV веке потому что называются также пришедшими из Греции, как и Лазарь. Мощи их почивают под спудом в храме упраздненной обители[iv].
Св. блаженного Оптата, епископа Мелевитского
Оптат, епископ в Нумидии, прославился деятельною борьбою с донатистами — во 2-ой половине ІV-го века. Он успешно опровергал их в своих сочинениях, о которых с уважением отзываются Иероним, Фульгенций, Августин, епископ Иппонский (память 15-го июня), ставящий Оптата наравне со свв. Киприаном, Иларием и Амвросием. Оптат в своем сочинении против Донатистов определительно раскрывает понятие об истинной Церкви Христовой и доказывает, что " отделяющиеся от Церкви напрасно мечтают о спасении"[v].
Преподобного Мефодия, игумена Пешношского. (См. о нем — 14-го июня).
Свв. Марфы и Марии, сестер Лазаря четверодневного
Кроме сведений о святых Марфе и Марии, изложенных в Евангелии, а именно: в Евангелии от Иоанна, 11:1—45; 12:1—8; от Мф. 26:6—13; от Мр. 14:3—9, — известно, что по вознесении Иисуса Христа на небо, когда, по убиении архидиакона Стефана, настало гонение на Церковь Иерусалимскую, и св. Лазарь, быв изгнан из Иерусалима, проповедовал Христа в разных странах, то и сестры его, уверовавшие во Христа еще до воскрешения Им их брата, помогали Лазарю в благовествовании Евангелия. Время и место их мирной кончины осталось неизвестным.
5-ГО ЧИСЛА
Преп. аввы Дорофея
Жил в царствование Анастасия, Юстина и Иустиниана и скончался около 620 г.
Дорофей был учеником Иоанна Прозорливого в Палестинской обители аввы Серида (13 авг.); сверх того, сам обладавший значительными научными познаниями, приобретенными им еще в молодых годах, он, впоследствии, руководил и других в устроенной им Палестинской обители (напр. преп. Досифея, пам. которого — 19-го февр.), и по смерти своей оставил в руководство инокам свои наставления.
Назидательно описывает Дорофей свои занятия наукою в первой молодости. "Когда учился я внешнему учению, — пишет он, — то вначале весьма тяготился я учением, так что когда приходил брать книгу, то шел как бы к зверю. Но когда стал я принуждать себя, то Бог помог мне и я так привык, что не знал, что ел, что пил, как спал от теплоты, ощущаемой при чтении. Никогда не могли завлечь меня на трапезу к кому-либо из друзей моих; даже не ходил я к ним и для беседы во время чтения, хотя любил я общество, любил и товарищей моих. Когда отпускал нас философ, и я умывался (ибо имел нужду каждый день прохлаждаться водою, так как иссыхал от чрезмерного чтения), то я отходил туда, где жил, не зная, что буду есть, ибо не хотел тратить времени для распоряжений насчет пищи".