Страница 11 из 35
Святое тело его покоится под спудом в основанной им обители[lx]. Великий князь Василий Васильевич в 1450 году, после победы над Шемякою под Галичем, отправлялся в обитель Иакова благодарить Господа за успех свой[lxi]. Обитель преподобного и после него не раз страдала от Татар, и двое из ее игуменов, Савва и Вениамин, скончались страдальчески; но обитель его поныне существует[lxii].
По памятникам видим, что уже в 1536 г. чтили в обители Иаковлевой основателя ее как угодника Божьего, называли его преподобным отцом, а немного позже называли и чудотворцем[lxiii].
Из чудес, совершившихся при гробе его, особенно замечательно исцеление бесноватого Нифонта и параличного Фотия. Нифонт не один год одержим был нечистым духом, скитался в лесу и, возвращаемый, рвал на себе цепи. Раз братия, поймав, притащили его к гробу Иакова; как только коснулся он гробницы, пришел в себя, со слезами пал пред иконою преподобного, стоявшею на гробнице, молил спасти душу и тело его и встал здоровым. — Фотий, человек богатый, поклялся в неправде; вслед затем лице его искривилось, и он впал в расслабление. Три года пробыл он в таком положении. Родные привезли его в обитель преподобного. Во время молебного пения он громко каялся в грехах своих; в то же время лице его выпрямилось, и он стал здоровым.
Вот опыт любви преподобного к своей обители и иночеству. — Инок Феодосий, лежавший расслабленным три года, обратился с молитвою слезною к блаж. Иакову: "отче Иакове, говорил он в душе, ты много подаешь исцелений у гроба твоего; помоги и мне в тяжкой моей болезни". Внезапно, в тиши ночной, явился ему преподобный и сказал: "дай Богу обещание пребывать в обители моей до смерти и будь у гроба моего". Расслабленный сказал о том братии; по приказанию игумена принесли его к гробу, отпели молебен, и больной сам приложился к гробу и стал здоров. "Пока жив буду, не выйду из обители", сказал он с восторгом, и выполнил обещание.
Из трех опытов исцеления слепых святым особенно замечателен один. Ослепшая Фотиния, привлеченная слухом о чудесах Иакова, просила отслужить молебен и внезапно прозрела. Игумен велел ей пребыть в чистоте 40 дней. Она не исполнила заповеди, и опять закрылись глаза ее. В раскаянии пришла она вместе с мужем просить себе прощения при гробе Иакова, и снова прозрела.
Чудеса преподобного привлекали в его обитель многих Богомольцев и многих благотворителей. Последние доставили ей небедные средства к содержанию[lxiv].
Преп. Ефимия и Харитона Сянжемских
Преподобный Ефимий, уроженец Вологодский, совершал начальные иноческие подвиги в Спасском монастыре на Кубенском озере. Отселе перешел на р. Кубенку, за 2 версты от Кубенского озера, и в малой кельи работал Господу постом и молитвою. Когда Ефимий уступил свое уединение преп. Александру, а сам перешел на место его подвигов, на реку Сянжему, — сюда пришел к нему делить подвиги пустыни Харитон. Преп. Ефимий основал на Сянжеме, в 20 верстах от Вологды, Сянжемскую Вознесенскую обитель. Преп. учитель и ученик его сами копали землю, садили овощи, рубили и носили дрова и, так изнуряя плоть свою, возвышались в духовной жизни. Наставник стоял в храме как пред лицом Божьим, и слезы умиления текли из очей его; псалмы Давидовы пел он и за рукоделием. — Пред кончиною своею передал он управление обителью ученику своему Харитону. — Собеседник преп. Александра, скончавшегося в 1439 г., блаженно почил, вероятно, не далее 1465 г., тогда как ученик его Харитон почил 11 апреля 1509 г. Мощи их почивают под спудом в Вознесенском, ныне приходском, храме[lxv].
Св. Варсонофия, епископа Тверского
Блаженный Варсонофий родился в 1495 г., в гор. Серпухове[lxvi] от иерея Василия и в св. крещении наречен был Василием[lxvii]. Отцу его не было довольно времени обучать сына грамоте и он отдан был для обучения благоговейному учителю. Юный Василий одарен был отличными способностями ума, "б глубок ум имея", потому скоро изучил псалтирь, которая, по словам св. Василия, содержит в себе все полезное; Василий научился и церковному пению так хорошо, что мог и сам петь правильно и управлять другими. В 1512 г. сыновья хана Менгли-Гирея опустошили берега Оки и захватили многих в плен[lxviii]; в том числе взят был в плен и Василий. Горько было положение пленника; но слезы, какие проливал он в тяжком плену, были то же для сердца его, что поливка для дерева. Зная на память псалмы Давидовы, он взывал к Богу отцов своих: "Ты отец мой, Бог мой и твердыня спасения моего" (Пс. 88:27); "избавь меня от руки сынов иноплеменных" (Пс. 143:7). Молитва и Богомыслие не только облегчали скорбь его, но доставляли сердцу его такое утешение, какого не чувствовал он в доме родительском. — В нем росла любовь к Богу, а с нею и преданность воле Его. В таком расположены души молодой Василий работал неверным со всем усердием и обучался послушанию безответному, терпению и незлобию. Пост, сперва невольный, обратился в дело воли его.
— Утомительные работы невольника занимали у него все время дня, и он посвящал ночь молитве, ставшей потребностью души его. — Всегдашняя готовность к услугам, верность и жизнь чистая смягчали сердце варваров; на другом году плена облегчили ему тяжесть трудов и дали некоторую свободу. Василий изучил разговорный язык татарский; по своей даровитости он узнал его столько, что мог излагать мысли свои на письме татарском. Мало и того: имея теперь более свободы, он изучал основания магометанской веры, так что мог отчетливо говорить как о содержании этой веры, так и об ошибках и заблуждениях ее. Основательным познанием языка и веры татар исполнилась премудрая цель, для которой Господь попустил рабу своему быть в плену. И — вот, спустя три года плена, отец нашел средства выкупить дорогого сына из неволи татарской.
Василий возвратился на родину; но сердце его уже не могло увлечься земными радостями. Раб Божий покорил себя сам игу Христову в Андрониевой обители и принял монашество с именем Варсонофия. Потом жил он при Тверском епископе Акакии в сане иеродиакона. Там и здесь совершаемы им были иноческие подвиги с полным усердием. Слух о его духовной жизни дошел до митр. Макария, и в 1544 г. посвящен он в игумена Пешношской обители. — В этом звании был он лично известен царю Иоанну, который в 1547 г. пожаловал игум. Варсонофию грамоту на владение имениями, а в 1553 г. был сам в Пешноше[lxix].
Когда в Казани открывали (в 1555 г.) новую епархию, блажен. Варсонофий, как опытный наставник в иноческой жизни и знакомый с татарством, отправлен был в Казань в сане архимандрита для основания там новой обители. Варсонофий взял с собою добрых иноков, постриженцев Пешноши. Храм в честь Преображения Господнего и братские кельи скоро были построены; новая обитель, по примеру Пешношской, устроена общежительная. Еще цель устав, данный "в общий монастырь Спаса многогрешным монахом архимандритом Варсонофием, что был игумен на Пешноше; а писан с Пешношского устава"[lxx]. В новом общежитии введен был блаж. Варсонофием дух искреннего благочестия; обитель его скоро процвела, так что при митр. Гермогене в ней было уже до 100 братьев. Блаж. Гермоген пишет, что при открытии мощей св. Гурия и Варсонофия он "видел в святой обители той не токмо сих святых телеса, нетлением почтенные от Бога, но иноки и мирстии нетленнии мнози обретошася, их же имена в книгах животных написана суть". Блаж. Варсонофий служил образцом строгой жизни для иноков и мирян. Рукоделием его было шить Греческие клобуки, которые раздавал он братьям, прося молитв их за него. По воле святителя Гурия, к которому сохранял он полное послушание и сыновнюю любовь, ревностно занимался он обращением магометан к христианской вере.
В этом подвиге помогали ему, после святой жизни, знание языка и веры татар и искусство врачевать болезни. — Знание татарского языка доставило ему удобства входить в близкое сношeниe с татарами, а основательное знание учения Магометова, при его глубоком уме, представляло обличения его магометанству неотразимыми. — Уменье лечить болезни привлекало к нему больных всякого рода, тогда как болезнь сама отворяет душу для всего лучшего и след. для принятая мыслей христианских; к тому же терпеливое и бескорыстное лечение больного со стороны Варсонофия внушало доверие к Варсонофию не только в больных, но и в здоровых.