Каломирос А.

Папство является искажением уникальности единства Церкви. Оно превратило узы любви и свободы в узы принуждения и тирании. Папство есть неверие в силу Божию и доверие к силе человеческих устроений и систем.

Но не следует думать, что папство присуще лишь Западу. В последнее время оно стало появляться и среди православных. Несколько новоявленных титулов характеризуют этот дух, например, “архиепископ Всея Греции”, “архиепископ Северной и Южной Америки”. Часто можно услышать, как Константинопольского патриарха называют “главой Православия”, или как русские называют Москву “третьим Римом”, а своего патриарха — держащим бразды правления всем Православием. В самом деле, сильно проявляется дух соперничества. Все это суть проявления одного и того же духа мира сего, той же жажды мирской власти; они сродни тем тенденциям, которые характеризуют современный мир.

Люди не могут чувствовать единства в многообразии. К тому же, это великое таинство. Наша немощь или неспособность чувствовать его берут начало в состоянии отпадения, в котором пребывает род человеческий. Люди превратились из личностей в разделенные и враждебные друг другу индивидуальности, и для них теперь невозможно постигнуть глубинное единство их природы. Однако, человек есть и единое, и многое: един по природе и множествен в лицах. Это и есть таинство Святой Троицы и таинство Церкви.

XXVIII. ЛЖЕЕПИСКОПЫ

Сегодня различные патриархии и архиепископии подвергаются сильному давлению со стороны политических сил, пытающихся навязать православным линию, угодную их собственным интересам. Известно, что Московская патриархия находится под влиянием советских политиков. А Константинопольский патриархат так же допускает влияние американских политических деятелей.

Америка думает, что если Запад с помощью такого искусственного примирения объединит свои духовные силы, то это укрепит его фронт борьбы с коммунизмом. Но таким образом Церковь становится игрушкой в руках мировых политических сил, что чревато непредсказуемыми последствиями для Православия.

Рим некогда тоже имел первенство значимости и чести в христианском мире, но это не обязало христиан последовать ему по пути ереси. Общение с какой-либо церковью и уважение к ней со стороны других Церквей существует, постольку поскольку эта Церковь остается в Церкви, т.е. пока она живет и действует в духе и истине. Когда патриархия перестает быть Церковью, допуская общение с еретиками, тогда признание ее другими Церквами прекращается.

Православные люди должны осознать тот факт, что они не обязаны подчиняться епископу, какой бы высокий пост он ни занимал, если этот епископ перестает быть православным и открыто следует за еретиками в стремлении к объединению “на равных началах”. Напротив, они обязаны отделиться от него, исповедуя свою веру, потому что епископ, даже если он является патриархом или папой, перестает быть епископом в тот момент, когда он престает быть православным. Епископ — лицо посвященное, и даже если он открыто грешит, ему подобает уважение и честь, до тех пор пока он не будет соборно осужден. Но если он открыто становится еретиком или входит в общение с еретиками, то христиане не должны ожидать какого-либо соборного решения, но должны немедленно отойти от него.

Вот что говорят об этом церковные каноны: “...

Впрочем, сие определено и утверждено о тех, кои, под предлогом некоторых обвинений, отступают от своих предстоятелей, и творят расколы, и расторгают единство Церкви.

Ибо они осудили не епископов, а лжеепископов и лжеучителей, и не расколом пресекли единство Церкви, но потщились охранити Церковь от расколов и разделений” (Правило XV Собора Константинопольского Двукратного).

XXIX. ПЕРЕД КОНЦОМ

Мир и диавол ведут Церковь к столь устрашающим испытаниям, что недалек день, когда все епископы страны могут войти в общение с еретиками. Что тогда будут делать верующие? Что делать тем немногим, которые сохранят мужество и не последуют толпе, не последуют своим родным, соседям и согражданам?

Все верующие должны будут понять, что Церковь не там, где она видится. Литургии будут совершаться, и храмы будут полны людьми, но Церковь не будет иметь никакого отношения к тем храмам, там клирикам и верующим. Церковь там, где истина. Верующие — это те, кто хранит неповрежденным Православное Предание, которое есть дыхание Духа Святаго. Настоящие священники — это те, которые мыслят, живут и учат так, как это делали Отцы и святые Церкви, или которые, по крайней мере, не отрицают их учения. Там, где не существует этой преемственности мышления и жизни, было бы лукавством говорить о Церкви, даже налицо все внешние признаки и указывают на нее.

Всегда найдется канонический священник, рукоположенный каноническим епископом, следующий Преданию. Вокруг таких священников и соберутся небольшие группы верующих, которые пребудут до последних дней. Каждая такая церковь будет поместной Соборной Божией Церковью. Верующие найдут в ней всю полноту божественной благодати. У них не будет нужды в административных или других связях, потому что общение, которое будет существовать между ними, будет наиболее совершенным из возможных. Это будет общение в Теле и Крови Христовых, общение во Святом Духе. Золотые звенья неискаженного Православного Предания соединят эти церкви как между собой, так и с Церквами прошлого, с Торжествующей Церковью на Небесах. В этих небольших группах Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь сохранится неповрежденной.

Но в последние дни такие внешние связи и контакты станут, в основном, невозможными. В мире будет царить такая неразбериха, что одна Церковь будет не в состоянии увериться в православности другой Церкви из-за множества лжепророков, которые наводнят мир и будут говорить: “здесь Христос” или “Христос там”. Вероятно, возникнет даже непонимание между истинно Православными Церквами из-за смешения языков, которое существует в современном Вавилоне. Но ничего из этого не сможет разорвать духовного единства Церкви.

Представление, что разрыв юрисдикционной зависимости поместной Церкви от патриархии отрезает эту Церковь от Церкви Православной, является не православным, а папистским. Кроме того, даже существование юрисдикционной зависимости Церквей от одного патриарха является идеей папской. Православный патриарх — это председатель, координатор усилий, советник величайшей важности, но это не деспот и не монарх. Он ничего не может делать вне своей епархии без согласия всех других епископов (32-е Апостольское правило).

В последние дни все будет заявлять, что они православные христиане, в их собственном понимании сути Православия. Но несмотря на все это, имеющие чистое сердце и ум, просвещенный божественною благодатью, узнают Православную Церковь, невзирая на ее явную раздробленность и крайний недостаток внешнего блеска. Они соберутся вокруг истинных пастырей и станут столпами Церкви. Пусть люди на земле делают, что хотят. Пусть собираются экуменические конференции; пусть церкви объединяются; пусть христианство будет искажено; пусть традиции и жизнь изменятся; пусть религии объединятся. Церковь Христова останется неизменной, как говорит Златоуст, потому что если даже один из ее столпов останется стоять, Церковь не падет: “Ничего нет прочнее церкви. Она выше небес и шире земли. Она никогда не стареет; она всегда расцветает”.

Столп Церкви — это каждый истинно верующий, который привержен Преданию отцов, несмотря на все устрашающие события в мире, пытающиеся отвратить его. Такие столпы пребудут до конца мира, что бы ни случилось. Кроме того, когда произойдут все те события, пришествие Господне не замедлит. Это положение дел будет самым страшным знамением того, что Его пришествие приближается. Именно тогда и наступит конец.

XXX. ЗНАМЕНИЯ ПРИШЕСТВИЯ

Слащавые или пресные и сентиментальные христиане рассматривают вышеупомянутое как чрезмерный и все отвергающий пессимизм. Как союзники мира сего, они не могут увидеть печати диавольской на том, что они одобряют. Не могут они увидеть и страшную пропасть, отделяющую мир от Бога, потому что иначе им пришлось бы признать, что та же пропасть и их отделяет от Бога.