Страница 77 из 104
1. а) Число или может существовать само в себе [и, значит, созерцаться само по себе, самостоятельно], или необходимо, чтобы два также созерцалось на двух вещах, равно как и три [на трех]. Так же и единое, [одно], находящееся в числах. b) В самом деле, если [число] может быть и само в себе, без счисляемых предметов, то оно может быть [и] до сущих предметов. с) Но [может ли оно быть] также и до сущего [как такового], или же надо это оставить и — [признать, что сущее] — до числа, и согласиться, что число происходит из сущего. Но [нет, число раныие сущего], d) [В самом деле:] если единое есть сущее единое и два есть два сущих [предмета], то единое уже будет предшествовать [в смысловом отношении] сущему, равно как и число [вообще предшествует] сущим [и счисляемым вещам], [е) Стало быть, число раньше сущего].
2. [Тут числа —] по [субъективному ли] примышлению и конципированию или также и по своему ипостасийному бытию (τή έπινοία καί τή επιβολή ή καί τή ΰποστάσει)? Будем рассуждать так. а) [Пусть, в самом деле! кто–нибудь счисляет], пусть мыслит сущего человека [как некую единицу] и одно [что–нибудь] прекрасное [также как единицу]. Явно, что впоследствии он мыслит единое, [одно], там и здесь [одинаково] Точно так же, [счисляя в мысли] лошадь и собаку, [мы] тут, очевидно, [мыслим] после [этого чистое и самостоятельное] «два». b) Но пусть мы создаем [в мысли, с одной стороны], человека, а [с другой], создаем лошадь и собаку, или проецируем их вовне, в то время как они [уже] находятся в нас самих, и при этом и создаем и проецируем не по случайному стечению обстоятельств[547]. с) Мы тогда скажем: нужно идти к одному и [затем] переходить к другому одному и [тем] создавать два и создавать также и еще иное в отношении нас, [т. е. мы видим сначала единичность на человеке, потом двоичность на совокупности лошади и собаки и затем видим на совокупности этой единичности человека с дво–ичностью лошади и собаки еще новую единичность, противостоящую нам, счисляющим]. Однако нельзя [сказать, что тут] исчислено сущее в моменты своего возникновения; но, наоборот, когда оно должно было возникнуть, уже было ясно, сколько именно должно возникнуть, [т. е.
отвлеченное число возникает не из процесса счисления вещей, но самое счисление предполагает, что числа уже существуют].
3. Итак, [ясно, что] общее число было до самих сущих [вещей]. Но [что это значит?] а) Если оно — do сущих [вещей], то оно не есть сущие [вещи, и, значит, оно было в сущем как в таковом] b) А если оно было в сущем [как таковом], то оно не было числом [этого] сущего, ибо сущее уже есть одно сущее, [т. е. сущее уже предполагает единство]. с) Но, [стало быть, смысловая] потенция, [сила], числа ипостасийно–самостоятель–но раздробила сущее и как бы заставила его родить само множество. d) Потому сущность его [множества], или энергия [его], должна стать числом и само живое и ум [есть также] число. Не есть ли сущее — число в своей объединенности (ήνω–μένος), сущие же [вещи] —число в своем распределении, [раскрытии] (έξεληλιγμένος), ум — само в себе движущееся число, а жизнь — вокруг охватывающее число (περιέχων)? Раз и сущее возникло от единого (ибо оно стало этим единым) — необходимо поэтому ему быть числом, а отсюда и видам, [эйдо–сам], — называться [теми или иными] единичностями и числами.
4. Вот каково сущностное (ουσιώδης) число. От него отличается сокращенное проявление (εΐδωλον) его, т. н. монадическое число (μοναδικός)[548] , [т. е. число, которое созерцается на какой–нибудь вещи и вместе с нею и состоит из отдельных единиц, монад, появляющихся в результате счета], а) Сущностное [число]— присозерцается при видах, [эйдосах], и имманентно порождает (συγγεννών) их, в первоначальном же [и собственном] смысле оно [одновременно] — ив сущем, и с сущим, и до сущего. b) Сущие [вещи] имеют в нем свое основание, исток, корень и принцип (βάσιν καί πηγήν καί ρίζαν καί άρχήν).
с) Поэтому для сущего — единое есть начало, [принцип], и в нем оно само — сущее (ибо в противном случае сущее рассыпалось бы), d) но единое не при сущем (ибо в противном случае сущее уже было бы единым до встречи с единым; и то, что встречается с десяткой, уже было бы десяткой до достижения десятки).
10. [ Число, таким образом, в основе своей есть предобр а–же ни е и как бы место пребывания для сущего].
1. Итак, сущее, обстоящее во множестве, есть число тогда, когда оно, с одной стороны, проявилось в качестве многого, а с другой стороны, когда оно послужило как бы установкой (παρακσευή) для сущих [вещей] и как бы предображением (προτύπωσις) их, когда оно есть как бы единичности, [т. е. совокупность единичностей], содержащие [в себе] место для [всего] того, что на них должно быть основано. [Это ясно на таком примере.] Говорят и теперь: «Мне хочется [иметь] такое–то количество (πλήθος) золота или домов». Хотя золото [здесь] едино, [одно, т. е. есть некое число], желается, [однако], не число сделать золотом, но — золото числом, [и притом большим]; и лицо, уже обладающее числом, пытается перенести его на золото, так чтобы золото получило качество (συμβήναι), [т. е. в виде акциденции], стать [именно] столь великим.
2. Если бы сущие [вещи] произошли раньше числа, число же только присозерцалось при них в результате [известных] движений природы, [т. е. нашей субъективно–психической деятельности], счисляющей соответственно [количеству] счисляемых [вещей], то а) счисление происходило бы [тогда лишь] в силу случайности (κατά συντυχίαν)[549], а не в силу [повелительной] предустановки (κατά πρόϋεσιν) счисляемого, b) Если же счисление происходит не впустую, то число должно предсущест–вовать в качестве основы для счисляемого количества, т. е. возникшие вещи приняли участие в количестве уже при наличии числа [как такового]; и каждая вещь приняла участие в едином, [сущем до него], чтобы стать [именно] единым, [или одним] Сущей [такая вещь] является благодаря сущему [как таковому], ибо и [само] сущее является сущим благодаря самому себе; единой же Гона является] благодаря самому единому. И если единое есть в этих [вещах] сразу многое, как едина, напр., тройка, и единое в этом смысле все сущее, то и каждая вещь едина не как единство в соответствии с единицей, [с монадой] (κατά την μογάδα), [т. е.
в соответствии с абсолютно нераздельной единичностью], но как едина мириада или какое–нибудь другое число, с) Далее, если [кто–нибудь], считая десять тысяч раз, скажет, что уже нашлось десять тысяч вещей, то это он говорит не потому, что вещи сами от себя обнаруживают себя в качестве счисляемых при помощи числа 10 000, подобно тому как [они показывают] свои окрашенные поверхности, но потому, что это говорит сам [счисляющий] разум (της διανοίας λεγού–σης). Именно, если [разум] этого не говорит, то [счисляющий] и не узнал бы, как велико [исчисленное] количество. В самом деле, как он мог бы [это] сказать? [Сказать это можно] только при умении считать, т. е. при знании чисел; а знать числа можно только при наличии самих чисел. Не знать же, [игнорировать] (άγνοεΐν) ту природу [вещи] с точки зрения количества ее в смысле множественности — абсурдно, скорее же [прямо] невозможно.
3. Значит, если кто–нибудь говорит о хороших вещах, то [этим самым] или говорит он о хороших вещах самих от себя, [самих по себе], или предицирует хорошее в качестве их акциденции; и, если кто говорит о вещах в первом смысле, он говорит о первой ипостаси, [т. е. о первой умной реальности]; если же — об акциденциально хорошем, то необходимо, чтобы была [самая] природа, [т. е. умная природа], хорошего для акцидентирования и прочих вещей, или чтобы была причина, заставляющая быть [акциденцией] и в другой вещи, т. е. благо само по себе, или благо как [самостоятельное само] порождение в собственной природе, а) Так же [точно] говорящий в отношении сущих [вещей] о числе, напр. о 10, [согласно вышесказанному], будет говорить или о самой ипостасийной десятке, [т. е. о десятке как эйдосе умного мира], или, если он говорит о том, чему десятка свойственна в виде акциденции, он будет принужден утвердить десятку как именно десятку, сущую самой по себе. Стало быть, если кто говорит о сущих [вещах] как о десятке, [т. е. насчитывает десять вещей], то или необходимо, чтобы эти вещи были именно десяткой, [т. е. числом 10], или [необходимо], чтобы до этих [десяти] вещей была другая десятка — в качестве не чего иного, как именно этой самой [по себе] десятки.