Страница 10 из 103
Глава шестая
До наступления сумерок оставались считанные минуты. Такси мчало Софью Воронову из аэропорта в Москву, а она думала о быстротечности жизни. Вернее, даже о том, насколько быстро и почти не оставляя следа мимо нас мчатся события. А то, что оставляют как милостыню, мы называем воспоминаниями. Три последних дня она провела в Кельне. Вместе с подругой и компаньоном Ольгой Кремер, некогда советской немкой, а ныне гражданкой Германии, восхищалась громадой собора, бродила по узеньким улочкам, напоминавшим ей то ли андерсеновские сказки, то ли "город мастеров"
- любимый фильм детства; часами они сидели в уютненьких кафе под открытым небом. Еще вчера и Кельн, и Ольга, и пестрая, улыбчивая толпа на немецких улицах были так осязаемы, так реальны. А сегодня они в прошлом, за окном машины - пригороды столицы, счастливая трепотня шофера: он рад тому, что в конце дня, казавшегося потраченным зря, удалось найти стоящего клиента. Еще день, другой - и все, образ Кельна будет таять, таять, пока ей не будет казаться, что все это происходило с кем-то другим, а не с ней. И лишь телефонные звонки от Ольги будут доказательством того, что все это было на самом деле.
Софья открыла записную книжку. Дядя научил ее расписывать собственное время на месяц-другой вперед. Дядя... Она и забыла бы об их договоренности встретиться, но в книжке было написано: "17.04 - Смок". Его прошлый визит привнес тревогу, от которой Софья никак не могла отделаться. Дядя вообще шутил, что интуиция - самая сильная деловая черта его племянницы. "Ум плюс воля, плюс интуиция и минус лень - вот формула успеха" - это было любимое выражение Воронова- старшего. Владимир Николаевич вошел в ее жизнь, когда умер папа. Софье было четырнадцать. Дядя приехал в Старгород на похороны папы, за неделю уладил все необходимые формальности - и увез ее к себе, в Москву. Жил он один, семьи никогда не имел. Тетя Вера, сестра Сониной мамы, говорила, что у Вороновых судьба такая - жить в одиночку. Сам дядя так отшучивался на постоянные приставания дальней старгородской родни о своей женитьбе: "Я ворон - птица одинокая. Мне семья противопоказана - превращусь в ворону". Кстати, и папа, потеряв жену - Маша Воронова умерла при родах дочери, у нее было очень слабое сердце - больше так и не женился. Воспитывал дочь один. Первое время тетя Вера приезжала к племяннице в Москву, много рассказывала о маме, отце. Потом стала приезжать реже, а потом и вовсе перестала. У нее заболели ноги, и она тихо доживала свой век в спокойном и уютном Старгороде.
Но Соня до сих пор помнила их разговор на кухне старой дядиной квартиры. Тетя Вера смешила ее постоянным желанием, по десять раз на дню слушать прогноз погоды, раздражала своими постоянными нотациями - "ты должна", "ты обязана", но Соня ей прощала все хотя бы потому, что тетя оставалась последним связующим звеном с той, прежней старгородской жизнью. А еще потому, что Вера Ивановна Григорьева всегда с большой теплотой рассказывала о папе: "Я ведь ему после смерти Машеньки говорила: хватит убиваться, слезами горю не поможешь. Женись! Сонюшке мама нужна. И так я ему каждый год талдычила, пока ты в школу не пошла. Николай много лет молчал, а как-то вдруг возьми и скажи: "Я ведь не раз и не два жениться хотел, а один раз почти в ЗАГС пришел расписываться, но... Я всех женщин с Машей сравнивал и продолжаю сравнивать. Никто даже близко не стоит". Вот он, Сонечка, всю любовь на тебя и обратил".
Прошло почти десять лет с тех пор, как не стало отца. Дядя не просто вырастил Софью, дал ей все, что она сейчас имеет в жизни, он воспитал ее по своему образу и подобию. Нельзя сказать, что это удалось Владимиру Николаевичу легко. Всякий раз, когда она не соглашалась с ним или, как он говорил, проявляла строптивость, Воронов вспоминал своего младшего брата. В отличие от тети Веры, дядя был к нему настроен более критически: "Голова у него светлая была. А толку от этого? Идеалистом Никола жил, идеалистом помер. Будто нацепили ему в детстве розовые очки, так он в них и ходил, не снимая. Чужие люди из него веревки вили - я такой мягкотелости сроду не видел, а со мной до хрипоты спорил". Но Соня, в отличие от своего отца, с дядей никогда не спорила. И причиной тому была не только детская застенчивость. Дядя всегда подавлял ее железной крепостью своей логики. Единственное, что напоминало во Владимире Николаевиче Сониного отца, - оба очень любили книги. Дядя поощрял чтение племянницы, водил ее в кинотеатры, когда еще выходили стоящие, как он говорил, фильмы. Появилось видео - и вместе с Соней Смок стал собирать домашнюю фильмотеку. Как и отец, обсуждал с ней просмотренное и прочитанное. Но если папа напирал при обсуждении на мораль и действия положительных героев, то дядя подкупал ее нетривиальностью подхода вроде бы к очевидным фактам, парадоксальностью оценок.
Этого он добивался и от племянницы: "На все, слышишь, на все имей собственное мнение. И чем оно больше будет отличаться от мнения большинства, тем оно вернее". Помнится, тогда в качестве наглядного примера Владимир Николаевич обратился к фильму, который Соня видела десятки раз и все равно смотрела с интересом: "Скажи-ка, Сонюшка, ты ведь считаешь положительным героем в "Белом солнце пустыни" Сухова?"
Разумеется, она так считала. А еще ей нравились Петька, Верещагин и Саид, которого спас от смерти Федор Сухов.
- А вот и нет, - возражал Владимир Николаевич. - Абдулла - вот настоящий герой. Софья ушам своим поверить не могла, она думала, что дядя шутит. А тот, наслаждаясь произведенным эффектом на девочку-подростка, продолжал:
- Я не шучу. Давай рассуждать вместе. Посмотри, даже Саид уважает Абдуллу. Я читал в одной газете, что по первоначальному замыслу у фильма должна была быть другая концовка - по Абдулле, убитому Суховым, плакали жены. Говорят, цензура заставила вырезать этот фрагмент. Я понимаю, кстати, и тех, кто вырезал, и тех, кто вначале придумал такую концовку. С одной стороны, вроде бы по отрицательному герою плакать нельзя, а с другой... Это же искусство: один мазок негатива, другой - и готов негодяй. Но Абдулла-то герой положительный! Он бандит? С чего ты взяла? Абдулла живет по законам своего народа, своего племени. Да, он дикарь, да, он бьет жен, но они его обращение воспринимают как должное. У них это в крови. Помнишь, что говорит Саид про Абдуллу: "Он воин". И для него, азиата, это высшая похвала. Абдулла все берет силой? Да так во все времена было, и не только в Азии. В этом мире побеждают сильные. Таков закон природы, и никому не дано его нарушить, понимаешь? И вот в тот азиатский мирок, с тысячелетними устоями приходят Сухов и Петька. Зачем? Мировую революцию, видишь ли, захотели устроить! Вот это точно в нашем русском характере. Жену лет пять не видел, без него дети выросли, наверное, с голодухи пухнут - без мужика крестьянской семье не прожить, а он, Сухов этот, в Тмутаракани новый порядок пытается установить. Только спросил ли этот служивый, хотят ли они жить по-новому?
Что, его просили остаться и помочь, а так он домой шел? Ерунда! Захотел бы - ушел. А Петька! Дома девок полно, а он за чадрой гоняется: "Открой личико". Разве не дурь: лица не видел, а жениться готов. Он даже не понимает, что девушка - чужая жена. Я могу много из жизни этих дикарей не понимать, но это - их жизнь. И посмотри, семьдесят лет они под суховыми прожили, им вроде как культуру привили, культуру в нашем понимании, а что толку? Ушла советская жизнь - и все вернулось на круги своя. Чеченцы как похищали людей в прошлом веке, так продолжают делать сейчас. Как были в Туркмении баи, так и появились опять. Вернее, они и не исчезали. Только назывались секретарями райкомов да председателями колхозов... Вот теперь мне ответь: нужно было Сухову пытаться переделать чужой мир? Петька в тех песках навсегда остался, а Сухов, предположим, вернется. Ты задумывалась о том, что он увидит дома? Вопрос...
Болтовня таксиста вернула Софью к реальности. Он даже что-то спрашивал. Воронова отвечала односложно, продолжая листать записную книжку: "24.04 - Д.Р. Аллы". Все понятно: день рождения у Аллы Петровой, Софьиной подруги. Хотя Алла лет на пятнадцать старше, они, действительно, хорошо дружили. Бывает так в жизни: полное несовпадение вкусов, привычек, большая разница в культурных пристрастиях, а дружат люди так, что водой не разольешь. Алла довольно успешно занималась продовольственным бизнесом. Работала она как каторжная, одна растила дочь. Встречались подруги не так часто, как хотелось, - больше по телефону общались, но зато если уж встречались...