Кураев Андрей, диакон

Кураев Андрей, диакон

"И оставит человек отца и мать..."

Мне кажется, что Бог создал мужчину и женщину, чтобы они стали мамой и папой. Вы подумаете, какая я еще маленькая. И сейчас, в свои 19 лет, пока мама не поцелует меня, я не могу уснуть.

Так повелось с детства. Даже после того как мои родители разошлись (мне было тогда года 4), папа приходил каждый вечер домой, чтобы поцеловать меня, иначе я не засыпала. Когда мама забирала меня вечером из детского сада (часто самой последней), я чувствовала себя счастливой: она держала меня за руку и слушала последние мои новости. Мы шли домой, несмотря на угрозы вредных воспитательниц, что когда-нибудь я останусь в интернате. Но я знала, что у мамы много работы, и с нетерпением ждала ее прихода.

А пару раз меня забирал папа. Это было настоящее событие в моей жизни. Тогда все на свете (друзья и подруги, нянечки и воспитательницы, и просто прохожие) должны были узнать, что мой папа - самый лучший человек. Увидев его, я бежала ему навстречу с радостным "Папа!".

Первые мои детские кошмары были связаны с мыслью о возможной смерти родителей. Самым страшным для меня была разлука с ними, а тем более вечная (так мне объясняли смерть). Ночами я плакала в подушку, ведь я не могла поверить, что они могут уйти и не вернуться. Но однажды я поняла, что взрослые что-то перепутали и таких расставаний "навсегда" не бывает... С тех пор я стала думать о Боге.

Я любила их больше всех и не задумывалась, за что и почему. Наверное, Бог сотворил мужчину и женщину, чтобы в мире родилась любовь.

Света, 20 лет

“И ОСТАВИТ ЧЕЛОВЕК ОТЦА И МАТЬ...”

Тайна пола в православной традиции.

Беседа с диаконом Андреем КУРАЕВЫМ

Корр.: Отец Андрей, почему Церковь так несправедлива к женщине? Ей нельзя быть священником, ей нужно постоянно носить платок, бояться мужа и т.д. Почему она занимает такое подчиненное положение?

О.А.: Давайте сразу уясним: я ведь тоже не священник. Так что мои ответы не стоит воспринимать как попытку человека, дорвавшегося до кусочка власти, не допустить кого-то другого до этого же кусочка. Я говорю о том, чего нет и у меня. Я сам отношусь к той части человечества, которая не совершает церковных таинств, то есть к той части, к которой принадлежат и все женщины.

А лозунги о несправедливости рождаются как: сначала человеку внушают, что у него есть права, о существовании которых он и не подразумевал, а потом заявляют, что этих прав ты лишен. Жил себе человек спокойно без всякого CD-рома,а ему вдруг говорят, что каждый порядочный человек имеет CD-ром, и лишь тебя этот коммунистический (вариант: “воровской”) режим совершенно несправедливо лишил права на пользование CD- ромом. И вот человек, который доселе даже не знал, что это такое, начинает смысл своей жизни видеть в борьбе за обладание СD-ромом.

Так же и здесь: жила себе девушка и никогда и не помышляла о том, чтобы стать священницей. По правде говоря, она и в храм-то не заходила… Но тут ей говорят: “Да ты знаешь, как тебя православные унизили! Они не разрешают тебе стать священником!” – и все, одним озлобленным нервным клубком, борющимся за свои “права”, в мире стало больше…

А ведь сущность человека совсем не сводится к борьбе за свои права. Человек вообще осуществляет себя не тогда, когда реализует свои права, а когда он исполняет свой долг. Помимо того, что у человека есть права, в его жизни имеет место еще и служение.

Так вот священник – это священно-служитель.Это не человек, который обладает правами священника; напротив, он несет послушание священника, служит.

Священник – это тот, кто несет тяжелый крест служения людям и служения Богу. И этот тяжкий крест, этот тяжкий труд Церковь не возлагает на плечи женщины. По-моему, тут не столько ущемление прав, сколько простая забота о женщинах.

Если рассуждать дальше о “дискриминации” женщины в Церкви, то нечто, что выглядит как принижение женщины, можно найти не в нашем вероучении, но лишь на уровне некоторых книг (в аскетических руководствах для монахов) и некоторых приходских привычек. Здесь просто надо помнить, что общая особенность всей традиционной литературы во всех культурах, во всех странах, во всех веках состояла в том, что литература (как и политика, и культура) всегда была мужской. До нас почти не дошло свидетельств о духовной жизни и богословской мысли женщин-христианок. Нам известны лишь отдельные изречения так называемых амм (вот у нас мама, а в Египте амма: авва – это отец, а амма – мать). Мы знаем всего несколько их удивительных изречений. В основном же, конечно, церковная литература прошлого – это литература мужская.

Только сейчас, уже на наших глазах рождается православная женская богословская мысль. Она уже отмечена замечательными именами: Татьяна Горичева в Париже, Олеся Николаева и Ирина Силуянова в Москве. Есть замечательные православные философы: Пиама Гайденко, Рената Гальцева, Тамара Кузьмина. Самое замечательное, что Церковь ничего против их творчества не имеет: книги Силуяновой и Николаевой издает Троице-Сергиева Лавра. Обратите внимание: это самый консервативный мужской монастырь, но именно он проявляет вполне похвальный в данном случае модернизм.

А традиционная монашеская литература – мужская –писалась естественно, “для своих”: старец обращается к своим послушникам. При этом ему хорошо известно, что они не евнухи, что у его юных послушников есть “основной инстинкт”. Естественно, что этот инстинкт у большинства из них ориентирован в нормальную сторону – на девушек. Поэтому старец и говорит: смотрите, уклоняйтесь от общения с молодыми девицами, чтобы не было повода никаким искушениям и мечтаниям.

Одним словом, вполне понятный аскетический принцип. Кстати сказать, присутствующий во всех религий, где есть аскетическая традиция (в буддизме, например, тоже есть похожие советы).

Корр.: Вы хотите сказать, что и здесь нет никакой дискриминации?

О.А.: Конечно. Более того, если бы до нас дошли письма, написанные старицами женских монастырей, там то же самое было бы сказано по поводу юношей: избегайте встреч с молодыми людьми, чтобы их образ не носить в себе, не встречайтесь с ними и не беседуйте, ибо юноши – это источник греха и вместилище скверны… В аскетических наставлениях речь идет не о том, что женщина хуже мужчины (или наоборот), а о том, что у нормального человека всегда есть эротический интерес к противоположному полу. И если задача монашества состоит в том, чтобы взять под контроль этот инстинкт (не отсечь его, а преобразить в любовь ко Христу) то соответственно в женских монастырях говорят “будьте осторожны при общении с юношами”; а в мужских – “будьте осторожны при общении с девушками”.

Повторяю, именно в силу того, что литература была мужская, “мужскоязычная”, создалось впечатление, что Церковь что-то имеет против женщин как таковых.

Сегодня почему-то модно говорить, что христианство унизило женщину, а язычество ее превозносит. Чтобы посмотреть, так это или нет, проведем небольшой эксперимент. Вертикальный лист делим на две полосы. В правой половине пишем “Правое”, в левой – “Левое”. Под какой из этих категорий мы должны подписать слова “добро” и “зло”? Ясное дело – “добро” подписывается в той колонке, что надписана “Правое”, а “зло” – вносится туда, где уже находится “Левое”. Теперь распределяем по колонкам следующую пару категорий: “свет” и “тьма”. Затем – пару “хаос – порядок”… Получается “правое-доброе-светлое-упорядоченное” – “Левое-злое-темное-хаотическое”… Спрашивается, в какую часть следует написать “мужское”, а в какую – “женское”, если исходить из фольклорных архетипов, сказок и языческой философии? Чтобы долго не гадать, вспомните даосские понятия инь и ян, черно-белый даосский круг, вспомните, с каким из его цветов отождествляется мужское начало, а с каким женское, и всё станет ясно: женское начало в большинстве нехристианских культур отождествляется с началом тьмы, зла и хаоса. Но именно этому представлению и противостоит библейское повествование о сотворении человека, сотворении женщины.

Корр.: Каким образом – творением из ребра? Как любят шутить мужчины – из единственной кости, не содержащей мозга?

О.А.: Шутка эта, может, и остроумная, только вот к библейским смыслам прямого отношения не имеет. Если внимательно читать первые главы книги Бытия, то нельзя не обратить внимание на то, что мужчина создан из внешнего – из праха земного. Женщина же создана из внутреннего, из сокровенного, она взята от сердца (от ребра). Жена дана только в саду, и не раньше. Женщина – дитя Эдемского сада. Мужчина создан вне сада, но женщина – именно райское создание.

Далее. Когда Адам видит женщину впервые, он произносит очень странные слова: “Оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут два одна плоть”.