Страница 2 из 5
Кроме торговых пошлин хазары получали доходы с покоренных народов и племен в виде даней, которые платились или в виде разного рода товаров или деньгами. Вятичи, например, платили хазарам дань по щелагу (серебряному дирхему) с сохи. Буртасы (мордва) платили дань мехами. В то же время, помимо больших даней, покоренные народы и племена обязаны были по требованию хазарского правителя выставлять вспомогательное войско, те же буртасы должны были выставлять до 10 тысяч всадников ([6], с. 120). Правители покоренных народов обязаны были также отдавать в жены кагану своих дочерей.
Власть хазар держалась на мощной военной силе и на глубоком почитании и уважении, какой пользовался хазарский каган у тюркских и других кочевых племен. Хазарский каган, как и все каганы тюрок, происходил из рода Ашина. В глазах хазар-язычников и других тюрок и кочевников каган был окружен ореолом божественной силы, присущей его предкам, владыкой огромного государства. У кагана было 25 жен из дочерей подвластных хазарам правителей, других народов и 60 наложниц. Он был залогом благополучия народа. В случае большой опасности от врагов, хазары выводили кагана, увидев которого враги тотчас обращались в бегство. При каком-либо несчастии — засухе, голоде или поражении на войне, считали, что это произошло из-за духовной немочи кагана. Тогда народ и знать могли потребовать убить кагана.
По существовавшему у тюрок обряду, при возведении нового кагана на престол ему набрасывали на шею шелковую петлю и давили до тех пор, пока он не начинал задыхаться. Тогда его спрашивали: сколько лет он желает царствовать? Когда полузадушенный каган называл то или иное число, тогда его возводили на престол. Если, процарствовав названное им самим время, каган не умирал, его убивали. Каган не мог царствовать более 40 лет. По истечении этого срока его убивали, так как, по убеждению хазар, его ум слабел и рассудок расстраивался, его божественная сила ослабевала, и он не мог приносить пользу своему народу. Хазары воздавали почтение не только кагану, но и его могиле. Хоронили кагана под водой, сооружая над его могилой надгробие.
В начале VIII века Хазария пользовалась большим влиянием среди соседних стран. Византийский царь Юстиниан II, скрываясь у хазар от преследования, в 695 году женился на сестре кагана, получившей в крещении имя Феодоры. А сын императора Льва Константин в 732/733 годах женился на дочери кагана, принявшей в крещении имя Ирины. Сын последнего был известен на византийском престоле как Лев Хазар. Во второй половине VIII века каган выдает своих дочерей за мусульманского правителя Армении (752/753) и правителя Абхазии. Однако уже в это время в Хазарии происходят важные перемены как в государственном устройстве, так и в общественном и религиозном положении.
Примерно в 730/731 году один из знатных людей Хазарии Булан обращается в иудейскую веру ([2], с. 276). При этом обращение Булана связывается с захватом города Ардебиля в Азербайджане. В то время хазарский каган умер и правила страной его мать Паребит. По предположению М.И.Артамонова наследник престола был еще молод и его опекуншей была Паребит ([2], с. 217). Согласно рассказу хазарского царя Иосифа, жившего в середине Х в., который приводится в его письме к испанскому иудею Хасдаю ибн Шафруту, обращение Булана в иудейскую веру произошло чудесным образом. После этого Булан, по внушению свыше, решил выстроить храм и чтобы добыть для этого необходимые сокровища, совершил набег в Ардебиль ([2], с. 269). Возвратившись с большой добычей, он соорудил шатер, ковчег, светильник, стол, жертвенник и священные сосуды.
Первое обращение хазар в иудейство, как полагают исследователи, произошло в Дагестане, где находилась первоначально древняя Хазария. Обращение, по преданию, произошло в пещере, где хранились священные книги иудеев и где они праздновали субботу ([2], с. 273). По другим известиям князь хазар, принявший новую веру, получил по обращении имя Сабриель ([2], с. 270). По известию царя Иосифа, тогда же Булану удалось обратить в новую веру кагана и других хазарских князей ([2], с. 269).
Последнее большинство ученых считает маловероятным. Действительно, для обращения верховного правителя государства или народа должны произойти какие-то важные события, вынудившие его на такой шаг. На этом основании многие ученые относят принятие хазарами веры к началу IX века ([2], с. 280) или к последней четверти VIII века ([6], с. 151), ссылаясь на первые известия о принятии иудаизма каганом у арабских писателей.
Известный исследователь Хазарии А. Данлоп пришел к выводу, что около 740 года хазары приняли измененный иудаизм, а примерно в 800 году — раввинский ([6], с. 150). Есть однако возможность объяснить это различие во времени принятия иудаизма хазарами, учитывая положение иудеев в VII-IX веках среди других народов и вер, обязывавшее их скрывать свою веру. Об этом говорит и предание о пещере, где Булан был вынужден принять новую веру.
Через два года после удачного похода хазар в Закавказье, в 732/ 733 году арабский полководец Маслама, предприняв ответный поход, под Дербентом нанес сокрушительное поражение хазарскому войску. Бывший при нем каган был ранен, но в начавшейся во время вхождения арабов суматохе успел спастись бегством ([2], с. 267).
В 737 году новый полководец арабов Мерван, собрав 150-тысячное войско, вторгся далеко в пределы Хазарии. Каган бежал Отборное войско хазар в 40 тысяч во главе с Хазар-тарланом было разбито. При этом 10 тысяч хазар было убито, 7 тысяч попало в плен, а остальные разбежались. Каган, узнав о гибели своего войска отправил к Мервану посла с просьбой о мире. Мерван согласился при условии принятия каганом ислама. Каган согласился, но очевидно, для видимости. Дождавшись возвращения кагана в столицу, Мерван, восстановив его власть и назвав своим братом, с большой добычей из скота и 40 тысяч пленных вернулся в Закавказье. Хазарии было нанесено страшное, небывалое поражение. Страна была опустошена. Вероятно, сложившимся в стране положением воспользовались силы, связанные с военачальником Буланом.
Два страшных поражения, понесенные хазарами от арабов, опустошение страны и неизбежно начавшиеся бедствия народа, должны были подорвать веру простых хазар в божественную силу кагана — их владыки и хранителя благополучия. Из этого убеждения должно было явиться требование убийства кагана, как это было в обычае тюрок.
В награду за сохранение жизни, каган, возможно, согласился принять иудейскую веру и предоставить особые преимущества силам, стоявшим за Буланом. Что это были за силы становится ясным из дальнейшей судьбы Хазарии. Кроме сохранения жизни кагану, возможно, была обещана помощь деньгами в восстановлении войска и управления страной. Косвенно высказанное предположение подтверждается упрочением власти кагана с помощью арабов. С их уходом безопасность кагана и его власть обеспечивались военачальником Буланом и подчиненным ему войском. Возможно, что и помощь арабов кагану в укреплении его власти была куплена теми же силами, которые поддерживали Булана.
Принятие каганом иудейской веры, видимо, совершилось в глубокой тайне и оставалось неизвестным для большей части хазар. Только ближайшее окружение кагана из числа родственников и знати, так же принявшее иудаизм, знало о новой тайной вере кагана. Скрытный характер веры кагана, с одной стороны, позволял держать в трепетном повиновении хазар-язычников, для которых личность кагана была священной, а с другой стороны, держать в подчинении самого кагана, в угоду Булану и поддерживающим его сторонникам, под постоянной угрозой раскрытия народу его истинного лица и неизбежного вслед за этим устранения.
Конечно, и сам иудаизм, как вера избранных, презирающих всякий иноверный народ, гоев, в какой-то мере была близка мировоззрению кагана, считающего себя божественным. Тайным характером новой веры кагана и объясняется, почему о принятии хазарами иудаизма сообщается в источниках довольно поздно. К сокрытию новой веры кагана побуждало и желание не осложнять отношений с христианской Византией, во время Льва Исавра (717-741 гг.), начавшей новое преследование иудеев, с исламским халифатом и собственными подданными — христианами, мусульманами, язычниками. Как бы то ни было, но с арабских войн (732-737 гг.) происходят важные перемены. Влияние одного из военачальников хазар Булана чрезвычайно возросло в ущерб власти кагана и других князей.