Страница 67 из 124
Догматические различия
и перспективы соединения
в Единое Тело
Соединение в Единое Тело Христово, которое представляет Собой неразрывную органическую целостность (то есть подлинный экуменизм), возможно только в Истине и в единомыслии об этой Истине. В основополагающем документе, принятом на Архиерейском Соборе (2000 г.), в котором устанавливаются основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию, говорится: «С точки зрения православных, для инославия путь воссоединения есть путь исцеления и преображения догматического сознания. На этом пути должны быть вновь осмыслены темы, обсуждавшиеся в эпоху Вселенских Соборов. Важным в диалоге с инославием является изучение духовного и богословского наследия святых отцов – выразителей веры Церкви» (4.4). Поэтому, пока единомыслие не достигнуто, можно лишь вести межхристианский диалог и сотрудничать друг с другом в осуществлении гуманитарных задач. Идея же соединения христианства с другими религиями, которую высказывают теософы и некоторые христианские богословы, не имеет под собой никакого основания ни в Писании, ни в христианском Предании. С самого начала для христиан важнейшим моментом их исповедания было свидетельство о том, что только Христос является Спасителем мира. Христианство хотели поставить в один ряд со всеми остальными религиями.
И если бы христиане согласились на это, то у них не было бы никаких проблем с языческими властями, потому что христиане были честными и законопослушными гражданами, доблестными воинами, которые защищали свое отечество. Их гнали только за то, что они настаивали на этой исключительной роли христианства и не пожелали, чтобы его поставили в один ряд с другими религиями. Беда современных христиан в том, что многие из них утеряли это сознание невозможности соединить христианство с язычеством, потому что в таком соединении язычество не перестает быть язычеством, а христианство перестает быть христианством, но становится язычеством [273].
Таким образом, в идее тварности Сына, возникшей в самой первой ереси евионитов, мы можем проследить преемственную генетическую связь всех ересей. Эта идея, так упорно насаждаемая еретиками на протяжении веков, является идеологической подготовкой человеческого сознания к приходу антихриста. Вот почему Церковь с такой силой обрушилась на эту антихристианскую идею и сумела выработать против нее духовное противоядие – догматическое учение, запечатленное в четких догматических формулах.
Однако эта борьба еще не закончена – она будет продолжаться до скончания века. Церковь лишь выработала критерии для определения чуждого антихристианского духа. Основной смысл этих критериев наилучшим образом выявил преподобный Иустин (Попович) в богословском комментарии на текст апостола Иоанна Богослова: «Возлюбленные! Не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире. Духа Божия (и духа заблуждения) узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога; а всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь есть уже в мире» (1 Ин. 4, 1–3). «Все духи, которые населяют наш земной шар, – пишет архимандрит Иустин, – делятся на два вида: на тех, которые от Бога, и на тех, которые от диавола. От Бога суть те, которые признают и исповедуют, что Иисус Христос есть воплощенный Бог Слово, Господь и Спаситель; а от диавола суть те, которые этого не признают.
В этом вся диавольская философия: не признать Его присутствия и влияния на мир, не признать Его воплощения, вочеловечения в мире; твердить и проповедовать: нет Бога ни в мире, ни в человеке, ни в Богочеловеке; бессмысленно верить, что Бог воплотился в человека и может жить, как человек; человек весь без Бога, существо, в котором нет ни Бога, ни Божьего, ничего Божественного, бессмертного, вечного; человек полностью преходящ и смертен, по всем признакам он принадлежит животному миру и почти ничем не отличается от животных, поэтому, мол, и живет естественно, как животные, которые ему единственные законные предки и естественные собратья».
Вот она, философия антихриста, который любой ценой стремится заменить Христа, занять Его место и в мире, и в человеке. Во все века появлялось бесчисленное множество предтеч, исповедников и почитателей антихриста.«Всякий дух» – а этим духом может быть личность, учение, идея, мысль, человек, ангел и диавол. И все они: всякое учение, личность, идея, мысль, человек – если не признают, что Иисус Христос есть Бог и Спаситель, воплощенный Бог и человек, – происходят от антихриста и антихристовы суть. А таких личностей, учений и т.д. было много от самого явления Господа Иисуса Христа в мире. Поэтому святый тайновидец и апостол Иоанн Богослов говорит об антихристе, что «и сейчас уже есть в мире». Так или иначе, антихрист является творцом всякого противохристианского учения, а все учения можно разделить на два вида: учения от Христа и учения от антихриста. В конце концов, человеку нужно в этом мире решить одну проблему: идти за Христом или против Него. И каждый человек, хочет он того или нет, только и делает, что решает проблему, – и каждый из нас есть христолюбец или христоборец, или христопоклонник или диаволопоклонник, третьего не дано» [274].
Остается только добавить, что идти за Христом можно лишь, пребывая в Его Теле, то есть в Церкви и держась за догматическое учение Православной Церкви, которое является выражением на человеческом языке откровения Бога о Самом Себе и о человеке.
Демократия и религия
«В руке Господа власть над землею, и человека потребного Он вовремя воздвигнет на ней» (Сир.10, 4)
«Когда царская власть падет и народы всюду заведут самоуправство (республики, демократии), тогда антихристу действовать будет просторно. Сатане нетрудно будет подготовлять голоса в пользу отречения от Христа»
(Святитель Феофан Затворник. Толкование на второе послание к Солунянам)
Понятие «демократия»
в свете христианского
учения
Все мы постоянно употребляем слово демократия. Мы привыкли к нему – оно стало для нас обыденным. Мы уверены в том, что хорошо понимаем, что оно значит, поэтому никогда особо и не задумываемся над его содержанием. Однако опыт показывает, что чем более обыденным становится понятие, тем более затемняется его подлинный смысл. Так, к примеру, было с понятием коммунизм. Более употребляемого слова в советские времена найти было невозможно. Содержание этого понятия нам не нужно было объяснять, мы изучали его с детства – нас могли разбудить ночью, – и мы, нисколько не задумываясь, смогли бы объяснить вопрошающему, что такое коммунизм. Но как далеки от действительного смысла коммунизма оказались наши представления о нем.
Сегодня в обществе возник ощутимый интерес к религии, потому что религия занимает все более значимое место в политике, – политика становится все более и более религиозной, а религия все более и более политичной. И это характерный признак нашего времени. Нас, христиан, приучили к тому, что христианство далеко от политики. Но сегодня, когда политика все более и более соприкасается с религией, – нам уже не удастся остаться в стороне от политической жизни. К примеру, процесс глобализации, что это, только политическое дело или еще и религиозное, ведущее к единому мировому государству, во главе которого воссядет антихрист? Ведь его политика будет полностью совпадать с его религиозной деятельностью. Поэтому сегодня очень важно политику оценивать с точки зрения религии.
Политика в своем существе является тем, что успешно управляет общественными энергиями. Наиболее эффективно этими энергиями можно управлять с помощью того, что стоит над физическим миром, то есть с помощью метафизики, ибо слово (информация) первично по отношению к энергиям. Но вот здесь-то как раз и находится та область политических спекуляций, с помощью которых можно эффективно не управлять обществом, а порабощать его – паразитировать на его энергиях.
Смысл всякой власти заключен в служении Богу и людям. Существуют объективные критерии, по которым мы можем оценить возможности власти осуществлять такое служение. Именно по этим критериям мы и постараемся оценить демократию. С этой целью демократическую форму власти надо рассмотреть в историческом контексте, и прежде всего в контексте библейской истории.