Страница 3 из 5
Трудно, и очень? Ничего не поделаешь! Другого пути к вечной и блаженной жизни нет.
Вот, допустим, проникнуть к твоей семье и близким в дом можно только чрез малую и очень трудно проходимую дыру, и больше никак к ним не попадешь. Полезли бы вы в эту дыру? Полезли бы, увидели своих - и радости бы не было конца, и дыра эта неудобная забылась бы.
Весной змея должна сменить кожу: если не сменит кожу, то умрет. И вот инстинкт сохранения жизни заставляет ее искать кучу из хвороста и камней, и она продирается сквозь эту груду, хворост ранит ее, сдирает старую шкуру, змея вылезает из этой груды, оставляя в ней старую кожу. Хотя она вся изранена и окровавлена, она бесконечно довольна тем, что содрала с себя ветхую кожу, и знает, что взамен будет у нее расти новая и она останется жить.
Хотя бы у змеи поучиться нам приобретать жизнь, спасать себя от смерти! Тем более сказано нам: "Будьте мудры, как змии" (Мф 10. 16). Будем же мудры, как змеи, не будем бояться боли, ран и крови, продеремся сквозь груду христианских подвигов. Они обдерут с нас кожу ветхого человека, и в этом - залог нашего спасения. Не будем бояться труда, пота, хотя бы и кровавого, не устрашимся ни боли, ни скорби, ни тесноты, ни самой смерти. Господь поддержит нас и скажет нам Свои великие утешительные слова: "Женщина, когда рождает, терпит скорбь, потому что пришел час ее, но когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир. Так и вы теперь имеете печаль, но Я увижу вас опять, и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас" (Ин 16. 21-22). "Вы восплачете и возрыдаете, а мир возрадуется; вы печальны будете, но печаль ваша обратится в радость" (Ин 16. 20). "В мире будете иметь скорбь, но мужайтесь: Я победил мир" (Ин 16. 33).
Итак, встанем, возьмем свой крест и пойдем за Христом. И пойдем твердой поступью, решительно и не оглядываясь назад, помня слова Спасителя: "Никто, возложивший руку свою на плуг, и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия" (Лк 9. 62). И как только мы начнем свой крестный путь, немедленно, тотчас же нам готова помощь. Невидимо и неслышно подойдет к нам наш Господь и Учитель, и подставит Свое плечо под наш крест, и пойдет вместе с нами - и таким легким покажется нам крест наш, и так радостно будет нести его.
Всякий, кто старается хоть сколько-нибудь жить по-христиански, наверняка замечал, как многое из того, что для людей мира сего кажется трудным, было для него легко и приятно. Например, затащи человека мирского в храм и заставь его простоять службу - мука будет для него. А многим из нас служба доставляет такую радость, такое облегчение, такую помощь в трудной жизни, что мы выходим из церкви с облегчением, словно кто нас обрадовал, утешил, успокоил, обласкал.
Многие из христиан находили великое наслаждение в самом посте телесном. Например, на Страстную, насыщенную воспоминаниями крестных страданий Господа, не с принуждением воздерживались от пищи, но с радостью и наслаждением. На это указывал Господь Иисус Христос: "...когда отнимется у них Жених, и тогда будут поститься" (Мф 9. 15). Не только не хочется съесть что-либо скоромное на Страстную, но, наоборот, если бы принудили, то это было бы неподдельным страданием.
Я знаю, некоторые из христиан любят строгость святых постов, ждут их и встречают с радостью. Отчего это? Подвиги превращаются в поведение, которое нравится, имеет в себе притягательную силу. Это именно оттого, что Христос подошел к верному Своему ученику-крестоносцу и облегчил труд его, так что он из тяжкого превратился в желанный, радостный.
Известно, что мученики Христовы с радостью, с неземной улыбкой на устах, с гимнами в честь Воскресшего Господа встречали самую смерть. А это отчего? Оттого же! От той же великой помощи, которую оказывает Христос Спаситель Своим верным ученикам: "...вы имеете печаль, но Я увижу вас опять, и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас" (Ин 16. 22).
Вот о какой особенности христианского крестоношения не нужно забывать. Это крестоношение нераздельно с радостью общения нашего духа с Духом великого Крестоносца - Господа нашего Иисуса Христа, исполняющего Свое обетование: "Не оставлю вас сиротами, прииду к вам" (Ин 14. 18). Это христиане твердо знают, а потому с уверенностью говорят с Апостолом Иоанном Богословом: "Заповеди Его не тяжки" (1 Ин 5. 3). Да и Сам Христос говорил нам это: "Иго Мое благо, и бремя Мое легко" (Мф 11. 30).
Так совершается чудо превращения трудности христианского крестоношения в неизъяснимую легкость и радость. И исполняются слова Христовы: "Приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы" (Мф 11. 28). Вот и пропадает страх перед трудностью подвигов - не одни мы понесем их тяжесть, а вместе с нами наш Великий Учитель и Господь, Который "Сам искушен быв, может и искушаемым помощи" (Евр 2. 18).
Вспомните, как Он Сам был оставлен в саду Гефсиманском всем миром. Он взял с Собою трех любимых Своих учеников, но и они спали, а затем разбежались. Это испытал Спаситель наш, но нам не дает этого испытать: "Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них" (Мф 18. 20). "Я с вами во все дни до скончания века" (Мф 28. 20),- говорит Господь. Он не заснет, не оставит нас одних, а всегда протянет руку, когда мы будем изнемогать.
Запомним это, и тогда это воспоминание тихим радостным светом осветит нашу скорбную жизнь. Будем взывать: "Господи! спаси нас, погибаем" (Мф 8. 25) - и сейчас же ощутим протянутую руку помощи, и "печаль наша в радость будет" (Ин 16. 20).
Я не останавливался подробно на телесной стороне поста. Она усвоена всеми, кто желает быть христианином, он знает, какой род пищи, в какой пост предписывается Церковью, знает и исполняет строго и неопустительно. Не исполняют пост лишь "обросившиеся" христиане, которых и по имени трудно назвать христианами, которые в неведении своем и заблуждении дают пощечины Матери нашей Церкви и не слушаются ее даже в малом, не признают ни среды, ни пятницы и никаких постов. "Пустяки,- думают они,- "не то, что входит в уста, оскверняет человека" (Мф 15. 11), подумаешь, не все ли равно, что есть?" Так, одна дама в разговоре с епископом Феофаном Затворником сообщила ему, что она не то в среду, не то в пятницу в пути выпила стакан молока. "Это, конечно, вещь неважная",- сказала дама. А епископ ей ответил: "Матушка, ты не стакан молока выпила, а пощечину Матери-Церкви дала! Вот в чем грех-то, и грех большой - Матерь-то свою не признавать, пощечинами-то ее награждать. А кому Церковь не Мать, тому Бог не Отец. Вот оно куда пошло дело-то, а ты говоришь - пустяки, неважная вещь!"
На духовной стороне поста я остановился нарочито подробно, потому что она не так привита в постовом быту современных христиан. Зачастую строго блюдут телесный пост, посуду даже меняют, чтобы посудой, в которой варилось скоромное, не оскоромиться: ее оставляют, варят в другой. А вот о необходимости такой же строгости духовного поста очень многие даже и не подозревают. Между тем необходимо так же строго следить за духовной стороной поста, как и за телесной. В христианских семьях старшие должны следить и за собой, и за младшими, за детьми.
Я писал выше, что для истинно христианской жизни необходимо бороться с грехом, и бороться не от случая к случаю, а постоянно. Но если это необходимо всегда, то постом становится необходимым вдвое, втрое больше. Грех постом приобретает как бы большую силу, усугубляется. Если вообще благочестивому [вы знаете, что "чистое и непорочное благочестие пред Богом и Отцем есть то, чтобы призирать сирот и вдов в их скорбях и хранить себя неоскверненным от мира" (Иак 1. 27)] необходимо всегда себя хранить неоскверненным, то постом - в особенности. Пост есть время святое, нарочито Церковью установленное, чтобы мы проводили его, и в особенности его, свято и непорочно. Поэтому постом, какой бы грех ни приражался, и взрослые, и дети должны с ним энергичнее, чем всегда, бороться. Рассердится кто - нельзя, остановись: пост! Поссорился - примирись сейчас же: пост! И так во всем. Всякие греховные мысли, настроения и дела должны пресекаться немедленно. Взрослые следят за собой сами, детей останавливают взрослые.