Страница 15 из 23
св. Марк Подвижник
Праотцы наши владели домами, имели богатство, имели жен, заботились о детях и вместе с тем, по причине своего ненасытимого смиренномудрия, беседовали с Богом; а мы удалились от мира, презрел богатство, оставили домы и, думая, что пребываем с Богом, бываем поруганы бесами за возношение.
св. Иоанн Лествичник
Раздражительность есть знак великого возношения.
св. Варсонуфий и Иоанн
Безвременно сделать что-нибудь есть исполнение своей воли, и происходит от кичливости.
св. Ефрем Сирин
Если хочешь препобедить гордость, что ни делаешь, не говори, что делается сие собственными твоими трудами или собственными твоими силами, но постишься ли, проводишь ли время во бдении, спишь ли на голой земле, поешь ли псалмы или кладешь много поклонов, говори, что при Божией помощи и при Божием покровительстве делается сие, а не моею силою и не моим старанием.
св. Иоанн Лествичник
Людям гордого нрава полезнее всего быть в повиновении, проводить житие грубейшее и презреннейшее и прочитывать повествования о пагубных последствиях гордости и сверхъестественных уврачеваниях от оной.
св. авва Дорофей
Каждый молящийся Богу: – “Господи, дай мне смирение”, должен знать что он просит Бога, дабы Он послал ему кого-нибудь оскорбить его.
св. Серафим Саровский
Тот, кто считает себя повинным пред Богом и покается, должен понести справедливое и выносимое оскорбление и безчестие в отношении себя со стороны других.
свт. Григорий Палама
Многие называют себя грешниками и говорят так и в действительности таковы; но сердце-то испытывается безчестием.
св. Амвросий Оптинский
Если сами не смиряемся, то Господь невольно нас смиряет.
св. Марк Подвижник
Если бы старались о смиренномудрии, то не было бы нужды в наказании нас; ибо все злое и скорбное, случающееся с нами, приключается нам за возношение наше.
Древний Патерик
Убегающий полезного искушения убегает жизни вечной. Кто даровал святому Стефану такую славу, какую он стяжал чрез побивших его камнями?
св. Варсонуфий и Иоанн
Уничижение, принимаемое отвне, более сердечного; ибо легче самому себя уничижить, нежели перенести уничижение от других, потому что последнее производит гораздо большую болезнь в сердце.
ее Ефрем Сирин
Все от Бога – и благое и скорбное; но
одно – по благоволению,
другое – по домостроительству,
третье – по попущению. По благоволению, когда живем добродетельно; ибо угодно Богу, чтоб живущие добродетельно украшались венцами терпения; по домостроительству, когда, впадая в прегрешения, бываем вразумляемы; по попущению же, когда и вразумляемые не обращаемся.
ст. Макарий Оптинский
Источник благости не может источать из себя никаких других волн, кроме благостных; не понимая коих, человек часто ропщет на Всеблагого.
св. Симеон Новый Богослов
Кто, будучи безчестим или досаждаем, сильно болит от этого сердцем, о том ведомо да будет из сего, что он носит древнего змия в недрах своих.
ст. Макарий Оптинский
Желающие себя исправить и побеждающиеся страстьми, смотрительно искус сей приемлют, чтобы смиряли себя хотя невольно, и сим благодать Божию к себе привлекали.
Из богословской диссертации
В истории Церкви имеется следующий рассказ. Одна христианка попала на необитаемый остров и там пребывала 40 лет в подвигах молитвы, поста и великих лишений. С приставшим к острову кораблем она вернулась на материк. Найдя одного из великих старцев, она рассказала ему про свои пустынные подвиги. Выслушав, старец спросил её:
– А можешь ли ты принимать поношения, как благовония?
– Нет, отче,– отвечала смущенная подвижница.
– Тогда ты еще ничего не приобрела за все 40 лет твоих подвигов.
сх. стиархимандрит Гавриил
Скорби же и напасти о. Тихон (Гавриил) переносил не только с терпением о Христе, но и с обильной пользой для себя. Внимая себе, он ясно научился видеть, что человек – ничто, и в борьбе с пороками и страстями бывает победителем лишь настолько, насколько смиряет себя и приемлет помощь от Бога. Да и относительно скорбен он воспитал взгляд, что они бывают посылаемы людям, когда им грозит падение от разленения плоти или духа или от разнежения. Поэтому он мужественно переносил все испытания и уже сознательно смирялся перед Богом – по чистой бескорыстной любви к Нему, ибо на опыте познал, что только “Дух животворит” (Ин. 6,63).
Древний Патерик
Блаженный архиепископ Феофил пришел некогда на гору Нитрийскую. К нему пришел и авва горы. Архиепископ говорит ему:
– Что нашел ты, отче, лучшего на пути сем? – Старец отвечает ему:
– Постоянно обвинять и осуждать себя.– Архиепископ говорит ему:
– Действительно нет другого пути, кроме сего. Старец был спрошен:
– Как некоторые говорят, что мы видим видения ангелов? – Старец отвечал:
– Блажен тот, кто всегда видит грехи свои.
св. Симеон Новый Богослов
Глубина смирения – сей спасительной жертвы– должна быть измеряема мерою грехов.
игумен Никон
Чем человек действительно, а не мечтательно ближе к Богу, тем он чувствует себя недостойнее, грешнее всех человеков.
cв. Варсонуфий и Иоанн
Если станешь непрестанно осуждать себя самого, то сердце твое сокрушится и обратится к покаянию.
Будем всегда обвинять самих себя: в этом и состоит победа. И для решимости удалиться в пустыню, как сказали Отцы, есть три условия, которые если кто соблюдет, то может жить и между людьми, и в пустынях, и куда ни пойдет, а именно:
укорять себя,
оставить волю свою позади себя,
и почитать себя ниже всей твари.
Сколько имеешь силы, уничижай себя день и ночь, понуждаясь увидеть себя ниже всякого человека.
Вменять себя ни во что, значит ни с кем не сравнивать себя и не говорить о (своем) добром деле.
Смирение состоит в том, чтобы считать себя землею и пеплом на деле, а не на словах только и чтобы говорить: кто я такой? И кто считает меня за что-либо? Я ни с кем не имею дела.
св. Никита Стифат
Смирение состоит не в наклонении выи, или в распущении волос, или в одеянии неопрятном и бедном, в чем многие поставляют всю суть добродетели сей, но в сокрушении сердца и смирении духа, как сказал Давид:
– “дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже (Пс. 50, 19).
св. Антоний Великий
Твердо содержи в уме своем, что ты виновен во многих грехах.
игумен Никон
Если человек не видит своих грехов, это не значит, что их нет у него. Это значит, что человек не только во грехах, но еще и в слепоте духовной. Через самооправдание мы лишаем себя возможности к росту духовному.
Нужно свои падения и свою ветхость использовать как средство для приобретения смирения. Борясь с грехом, живущим в себе, и постоянно впадая в те или другие грехи, человек опытно, а не теоретически познает свою порчу, свое безсилие и постепенно приобретает смирение. Всюду и постоянно побежденный грехами, он наконец в глубоком сокрушении сердца, со слезами припадает к Господу, сознается от всей глубины души в своей греховности, в своем бессилии самому победить грех и будет умолять Господа:
– “Боже, если хочешь – можешь меня очистить (как говорил прокаженный), а сам я ничего не могу сделать...
Господи, научи мя творити волю Твою, Господи, изведи из темницы душу мою”. Тут человек познает и великое милосердие Божие к падшему человеку, ибо при искреннем раскаянии Господь ограждает человека, снимает с него грех, исцеляет язву в душе, сделанную грехом, и человек на своем опыте познает бытие Божие, промышление Его о человеке, познает, что “близ Господь к сокрушенным сердцем”, что Он воистину врач душ наших, и прочее и прочее. И таким образом, грехопадения, будучи злом, делаются причиною величайшего добра. В этом дивная премудрость Божия, как и во всем, во всем.
С гордостью человек не может спастись. При наличии гордости он и в раю опять может отпасть от Бога уже окончательным падением, подобно демонам. Поэтому в течение всей жизни Господь дает человеку познать, что без Бога он ничто, он раб своих страстишек и раб диавола. Вот почему до смерти Господь не позволяет вырвать плевелы, чтобы не повредить пшеницы. Это значит, что человек без недостатков с одними положительными качествами обязательно возгордился бы. Если теперь с малыми добродетелями мы находим возможность гордиться, то что же было бы, если бы для нас еще здесь открылась вся слава обоженной души? Даже апостол Павел нуждался в отрицательной помощи ангела-сатанина, пакости дающего, дабы не превознестись. О нас же и говорить нечего.