Страница 4 из 11
Когда станешь на молитву обремененный грехами многими и одержимый отчаянием, начни молиться с упованием, духом горящим, вспомни тогда, что Сам Дух Божий способствует нам в немощах наших, ходатайствуя о нас воздыхании неизглаголанными. [38] когда ты вспомнишь с верою об этом в нас действии Духа Божия, тогда слезы умиления потекут из очей твоих, и на сердце будешь ощущать мир, сладость, оправдание и радость о Дусе Святе, [39] ты будешь глаголом сердца вопиять: Авва Отче!
Когда молишься о прощении грехов своих, укрепляйся всегда верою и упованием на милосердие Божие, готовое всегда прощать наши грехи по искренней молитве, и всячески бойся, как бы не запало в сердце отчаяние, выражающееся тяжелым унынием сердца и принужденными слезами. Что твои грехи против милосердия Божия, каковы бы они ни были, лишь бы только искренно ты каялся в них!
А бывает часто, что человек молится и внутренне сердцем не надеется, что грехи его будут прощены, считая их как бы выше Божия милосердия. За то, действительно, и не получает прощения, хотя и источники невольных слез прольет, и с скорбным стесненным сердцем отходит от щедрого Бога, - того он и достоин: веруйте, яко приемлете, говорит Господь, и будет вам.
[40] Неуверенность в получении просимого у Бога – хула на Бога.
Если согрешишь в чем пред Богом (а мы грешим премного каждый день), тот-час же говори в сердце своем, с верою в Господа, внимающего воплю твоего сердца, со смиренным сознанием и чувством своих грехов, псалом Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей, и прочитай сердечно весь псалом; если не подействовал он один раз, сделай другой прием, только прочитай еще сердечнее, еще чувствительнее, и тогда тебе немедленно воссияет от господа спасение и мир душе твоей.
Так всегда сокрушайся: это верное, испытанное средство против грехов. Если же не получишь облегчения, вини себя самого; значит ты молился без сокрушения, без смирения сердца, без твердого желания получить от Бога прощение грехов; значит, слабо уязвил тебя грех.
Иной как будто молится Господу, а сам работает диаволу, гнездящемуся в сердце, потому что молится устами только, а сердце его холодно, не чувствует и не желает того, чего уста просят и что говорят, и далече отстоит [41] от Господа. Также есть много причастников, которые причащаются тела и крови Христовой не искренно, не с великою любовию, а только устами и чревом, с маловерием, холодностью, с сердцем пристрастным к пище и питию, к деньгам, или склонным к гордости, злобе, зависти, лености, и сердцем далече отстоят от Того, Кто весь любовь, святыня, совершенство, премудрость и доброта неизреченная.
Таковым нужно глубже входить в себя, глубже каяться и глубоко мысленнее размышлять о том, что есть молитва и что причащение. Хладность сердца к Богу, к молитве – от диавола; он есть хлад тартара, а мы, как чада Божии, возлюбим Господа горячайшею любовию. Даруй, Господи, ибо без Тебе не можем творити ничесоже. [42] Ведь Ты – все для нас, а мы – ничто.
Ты из небытия в бытие привел нас и всем снабдил.
Усердная, слезная молитва не только грехи очищает, но и телесные немощи и болезни исцеляет и все существо человека обновляет, и, так сказать, перерождает (говорю с опыта). – О, какой дар неоцененный – молитва! Слава Тебе, Отче щедрот и Боже всякия утехи! Слава Тебе, Сыне Божий, единородный, исходатайствовавый нам бесконечное прощение грехов наших! Слава Тебе, Душе Всесвятый, ходатайствуя о нас воздыхании неизглаголанными, [43] дающий пламенную с воздыханиями и слезами молитву, согревающий хладную душу, дающий умиление и скорбь о грехах, очищающий, освящающий, умиротворяющий, укрепляющий и обновляющий нас!
Слава Тебе, Троице Святая, безначальная, живоначальная, во веки благословляемая от всех созданий умных!
Исповедь.
Сказал Господу грехи с сокрушенным сердцем – и растаяли; - вздохнул, пожалел о грехах – и нет их. Глаголи беззакония твоя, да оправдишися. Как приходят, так и уходят. Мечта – мечта и есть. Сознал, что они мечта, нелепость, безумие, возымел намерение впредь вести себя исправно – и Бог очистил их чрез Своего служителя и св. таинства.
О покаянии. Покаяние должно быть искренне и совершенно свободное, а никак не вынужденное временем и обычаем или лицом исповедующим. Иначе это не будет покаяние. Покайтеся, сказано, приближися бо царство небесное [44] приближися, то есть само пришло, не нужно долго искать его, оно ищет вас, вашего свободного расположения, то есть: сами раскаивайтесь с сердечным сокрушением. Крещахуся (сказано о крестившихся от Иоанна)
, исповедающе грехи своя, [45] то есть; сами признавались в грехах своих. А так как молитва наша по преимуществу есть покаяние и прошение о прощении грехов, то и она должна быть непременно всегда искренняя и совершенно свободная, а не невольная, вынужденная обычаем и привычкою. Такою же должна быть молитва и тогда, когда бывает благодарением и славословием.
Благодарность предполагает в душе облагодетельствованного полноту свободного, живого чувства, свободно переливающегося через уста: от избытка сердца уста глаголют. [46] Славословие предполагает восторг удивления в человеке, созерцающем дела бесконечной благости, премудрости, всемогущества Божия в мире нравственном и вещественном, и потому также естественно должно быть делом совершенно свободным и разумным.
Вообще молитва должна быть свободным и вполне сознательным излиянием души человека пред Богом. Пред Господем изливаю думу мою. [47]
Покаянию помогает сознание, память, воображение, чувство, воля. Как грешим всеми силами души, так и покаяние должно быть вседушевное. Покаяние только на словах, без намерения исправления и без чувства сокрушения, называется лицемерным. Сознание грехов затмевается, надо его прояснить; чувство заглушается, надо его пробуждать; воля тупеет, обессиливает для исправления, надо ее принуждать: царство небесное силою берется.
[48] Исповедь должна быть сердечная, глубокая, полная.
Плотской человек свободу христианскую считает неволею, например: хождение к Богослужению, посты, говение, исповедание, причащение, все таинства, а не знает того, что все это есть требование его природы, необходимость для его духа.
Кто привыкает давать отчет о своей жизни на исповеди здесь, тому не будет страшно давать ответ на страшном суде Христовом. Да для этого и установлено здесь кроткое судилище покаяния, чтобы нам, очищенным и исправившимся через здешнее покаяние, дать непостыдный ответ на страшном суде Христовом. Это первое побуждение к искреннему покаянию и притом непременно ежегодному.
Чем дольше не каемся, тем хуже для нас самих, тем запутаннее узы греховные становятся, тем труднее, значит, давать отчет. Второе побуждение составляет спокойствие: тем спокойнее будет на душе, чем искреннее исповедь. Грехи – тайные змеи, грызущие сердце человека и все его существо; они не дают ему покоя, непрестанно сосут его сердце; грехи – колючее терние, бодущее непрестанно душу; грехи – духовная тьма.
Кающиеся должны приносить плоды покаяния.
К чему ведет пост и покаяние? Из-за чего труд? Ведет к очищению грехов, покою душевному, к соединению с Богом, к сыновству, к дерзновению пред Господом. Есть из-за чего попоститься и от всего сердца исповедаться. Награда будет неоценимая за труд добросовестный. У многих ли из нас есть чувство сыновней любви к Богу? Многие ли из нас со дерзновением, неосужденно смеют призывать небесного Бога-Отца и говорить: Отче наш!
… Не напротив ли, в наших сердцах вовсе не слышится такой сыновний глас, заглушенный суетою мира сего или привязанностью к предметам и удовольствиям его? Не далек ли Отец небесный от сердец наших? Не Богом ли мстителем должны представлять себе Его мы, удалившиеся от Него на страну далече? – Да, по грехам своим все мы достойны Его праведного гнева и наказания, и дивно, как Он так много долготерпит нам, как Он не посекает нас, как бесплодные смоковницы?
Поспешим же умилостивить Его покаянием и слезами. Войдем сами в себя, со всею строгостью рассмотрим свое нечистое сердце и увидим, какое множество нечистот заграждают к нему доступ божественной благодати, сознаем, что мы мертвы духовно.